Чтение онлайн

Лунный Стриж, разумеется, взял заказ. И уже через день, на рассвете, выехал из Суарда вместе с труппой бродячих жонглеров. Компания подвернулась совершенно случайно, и Хиллу показалось очень удобным отправиться вместе с ними. Всего пять человек, считая Хилла, даже без фургона. Две женщины, трое мужчин. Одна из девушек показывала фокусы и везла с собой ученого кота, трое остальных выступали на канате, жонглировали, по мере надобности шутили и довольно плохо играли кто на чем, в общем, разносторонние профессионалы. Музыкант в труппу вписался как нельзя лучше.

С циркачами Хилл познакомился всего несколько дней назад, когда они давали представление на площади Единорога, где все прибывающие в Суард менестрели и артисты традиционно давали представление. Наблюдать культурную жизнь Суарда Хилу было весьма удобно — балкон его комнаты выходил на площадь.

Хилл как раз отдыхал после довольно утомительных тренировок с Орисом — чтобы не потерять форму, они регулярно устраивали друг на друга охоту с хорошей дракой. По старой традиции, условно убитый угощал приятеля ужином, а иногда и завтраком, если состязание затягивалось на всю ночь. В тот вечер выиграл Свисток, и довольно быстро. Всё же в ближнем бою с коротким мечом или кинжалом Орису не было равных во всем Суарде, и он разделывал Хилла под орех два раза из трёх.

Идти в таверну и слушать пьяные вопли обоим не хотелось, напиваться — тем более, и они удобно расположились у Хилла. Заказали еду в ближайшем ресторанчике и, наслаждаясь теплым весенним воздухом, рассматривали симпатичных девушек на площади.

В излюбленном развлечении Ориса — соблазнении красоток — Хилл участвовал скорее за компанию. Орис порой обижался на несправедливость судьбы — почему на Хилла вешается больше чаровниц? На что Хилл добродушно предлагал забирать их всех, оптом, а ему оставить только гитару, которая точно не улетучится на следующее утро в неизвестном направлении и не потребует на ней жениться.

Временами Орису казалось, что кроме своей гитары друг никого на свете не то что не любит, а даже и особо не замечает. Нет, он, разумеется, для Ориса что угодно сделает, из штанов выпрыгнет. Но всё равно, какой-то он отстраненный, что ли. Частично в этом мире, частично где-то далеко, отсюда не видать. И простые человеческие радости его не привлекают — ни тебе напиться, ни в кости сыграть, ни на скачках поставить, ни из-за девчонки подраться. Правда, Орис и сам этого всего не любил, в отличие от остальных их соучеников… ну и где они сейчас? Один Игла остался, в этом году у него испытания, да Простак, который считай, полностью на контрабанду переключился, в Посвященные и соваться не хочет.

В позапрошлом году в Суард переехал ещё один Призывающий, откуда-то с востока, со странным именем Илсмарский Нырок. Намерения его Орису свершено не нравились — с какой стати чужак возомнил, что станет преемником Мастера? Ни для кого в Суарде не было секретом, что это теплое место предназначено Орису. С самого начала, сколько он себя помнил, отец готовил его как будущего Главу Гильдии. Политика, экономика, история — зачем все это простому убийце?

А в последний год Учитель посвящал его во всю подноготную, велел изучать архивы, знакомил с нужными людьми. Возил с собой и в Найриссу, и в Луаз, и в Присвен, и в Асмунд — по всем крупным городам — и представлял тамошним Гильдиям.

Свисток не мог понять Хилла, который с удовольствием изучал с ним вместе науки, а от административной работы отьрехивался под лшюбым предлогом. С другой стороны, не хотел бы Орис иметь его конкурентом. А так — все довольны, делить нечего. Ну, разве что девушек, иногда. Для разнообразия.

— Эй, Лягушонок! О чем размечтался? — он толкнул в бок мраморное изваяние, по недоразумению одетое в любимую Хиллову рубашку.

Отрешенность и равнодушие в заледеневших глазах друга тревожили его. Вроде пора бы и привыкнуть за долгие годы, что иногда на месте улетевшего в неведомые дали названного брата возникает вдруг некто чужой и опасный. Орису казалось, что к настоящему Хиллу этот отчужденный и непроницаемый убийца не имеет никакого отношения.

— Думаю, не съездить ли в Найриссу в ближайшее время. Хочется на море, — ожил Стриж.

— Ну да, можно и не спрашивать, что рыболюдю надо, — ухмыльнулся Орис.

— Поедем? Можем парусную лодку взять, до Зеленой бухты добраться.

— Почему бы и нет, если Мастер отпустит. Ты лучше вон на ту штучку взгляни, как на канате отплясывает! А тебе кто глянулся?

— Ну, пойдем, что ли, познакомимся.

Спускаться с балкона и лезть в толпу Лунному Стрижу явно не хотелось, но Орис был уверен, что он, как всегда, увлечется в процессе. А отказываться от законного отдыха в компании очередной очаровашки ради лени некоторых Орис не собирался. Не зря же его любимой поговоркой была «Хорошему коту всегда март».

Не утруждая себя пользованием дверьми и лестницами, юноши спрыгнули со второго этажа и направились к подмосткам, окруженным изрядным количеством веселой публики. Представление подходило к концу, и, когда они протолкались поближе, полосатый кот уже начал обход зрителей со шляпой в зубах. Мохнатый зверь шествовал неторопливо, с независимым видом задрав пушистый хвост, и косил желтым хитрым глазом на зрителей — достаточно ли им восхищаются? Публика умилялась, хохотала и щедро бросала в шляпу монетки, в основном медные, пока четверо артистов раскланивались. Недолго думая, Орис подхватил на руки закончившего обход удивленного кота, добавил в шляпу две серебряные марки и вручил животное хозяйке, удивленной не меньше своего пушистого напарника.

В этот раз поспорить из-за девушек опять не удалось. Дрессировщица коварного хищника с удовольствием провела остаток вечера и ночь в компании Хилла, а Орис с легкостью охмурил приглянувшуюся гимнастку. Убийцы, вполне успешно прикидывающиеся мирными и безобидными юношами, пригласили всю небольшую труппу в таверну, угостили артистов ужином, выслушали несколько забавных историй из кочевой жизни и поделились, в свою очередь, последними столичными сплетнями. Циркачи, как сторонники свободных нравов, без сожаления отпустили девушек новыми знакомыми, а сами отдали должное столичным удовольствиям.

Хилл и не вспомнил бы об этом маленьком приключении, если бы в разговоре один из жонглеров не упомянул, что через несколько дней они собираются отправиться в Луаз, на праздник Начала Лета. Сразу после беседы с Мастером Хилл вспомнил об этом разговоре — как раз через две с половиной недели и будет первый день лета. А банда Пророка, как самонадеянно называл себя проповедник, околачивается примерно в тех же местах. По крайней мере, в последних слухах, дошедших до Суарда, упоминалось местечко Волчья Топь, лигах в пятнадцати от Луаза.