Чтение онлайн

Я прижала кусочек марли к неглубокому порезу у линии роста волос мужчины.

— Просто поверхностная рана. Даже зашивать не понадобится.

— А вот ей может понадобиться доктор, — с другого конца комнаты выкрикнула Сара.

Я взяла руку мужчины и прижала её к марле.

— Подержите.

Встав, я пересекла комнату и подошла к Саре, обогнув перевёрнутый на бок стол и перешагнув через два тела. Сара стояла на коленях у белого большого патио, которое тянулось вдоль одной стены, полированная поверхность была испачкана брызгами крови.

Я присела рядом с Сарой и рыжеволосой женщиной, за которой она ухаживала. Глаза женщины были закрыты, а кожа была почти что мертвецки белой, за исключением синяка, формировавшегося на правой щеке.

— Сесилия, — позвала я, вспомнив её имя, прозвучавшее ранее ночью. — Ты меня слышишь?

Лицо женщины скривилось, но она не открыла глаза.

— Какого хрена? — громкий мужской голос наполнил помещение. — Сара?

— Здесь, — откликнулась Сара.

Я встала и увидела Николаса, шагающего к нам, его выражение лица было смесью гнева и облегчения.

В противоположной части просторной гостиной стоял Рауль, и я могла только предположить о чём он думал, осматривая представшую перед ним сцену. Почти все окна комнаты были разбиты, белые стены были забрызганы кровью, а также там красовался след от ожога в форме человека — дело рук Сары. Всё, что из дорогой мебели не было опрокинуто, было украшено раненными или пьяными людьми.

Николас подошёл к нам и присел рядом с Сарой.

— Ты в порядке?

— Да. Но у нас тут люди, которым нужна медицинская помощь, — она саркастически улыбнулась ему. — Или хорошая доза пасты-гунна.

Его черты смягчились, и он улыбнулся, запустив руку внутрь куртки и вытаскивая банку пасты, которую передал ей. Потом он встал и оценил ситуацию, и после посмотрел на нас с Джордан.

— Сколько?

— Шестеро, — ответила Джордан.

Она ушла проверить блондинку, которая блевала за растением в горшке, чудесным образом пережившим резню.

Я услышала бегущую поступь, и в дверном проёме появился Крис. Его волосы были взъерошены ветром, словно он ехал на мотоцикле без шлема. Он взглядом окинул комнату и отыскал меня, и у меня перехватило дыхание от напряжённости его пристального взгляда, пока он осматривал моё разорванное платье и голые ноги. Кровь на ногах была не моей, но вероятно это создавало довольно ужасную картину.

— Ты ранена?

Надрыв в его голосе удивил меня. Он никогда не разговаривал так со мной, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с ответом.

— Нет.

Что-то не поддающееся расшифровке промелькнуло в его глазах, прежде чем он перевёл взгляд на Николаса.

— Парни в нескольких минутах езды отсюда. Пока что никто полицию не вызвал, но у главного входа двое мужчин с камерами.

Николас мрачно кивнул.

— Папарацци. Только этого нам не хватало.

Он повернулся к Джордан, которая шла к нам.

— Сара час назад написала мне, что вы едите на вечеринку в дом к какой-то знаменитости. А потом она звонит и говорит, что ей нужна группа зачистки. Что, чёрт возьми, сегодня произошло?

Джордан передёрнула плечами.

— Мы были в "Соблазне", и Брент Ласситер пригласил нас присоединиться к нему в вип-зале.

— Кто такой Брент Ласситер? — спросил Крис, нахмурившись.

— Это новоиспечённый золотой мальчик Голливуда, — Джордан вскинула брови, посмотрев на меня. — Который совершенно точно испытывал похоть к нашей девочке Бет.

Как по команде, светловолосый парень с дивана, о котором я позаботилась, сел и в замешательстве осмотрелся по сторонам.

— Бет? — тихо произнёс он и скривил лицо. — Кто все эти люди? И почему у меня болит голова?

Рауль направился к нему с банкой пасты-гунна в руке. Я повернулась к Николасу, намеренно не смотря на Криса, который подошёл и встал рядом с ним.

— Брент пригласил нас к себе домой на вечеринку, — сказала я. — Мы пробыли тут двадцать минут, как вдруг появился кто-то из его друзей с вампирами. Вряд ли его друзья знали, что с ними были вампиры. А вампиры никак не ожидали встретить тут нас.

Джордан широко улыбнулась.

— Сара почувствовала их приход, так что мы были готовы к ним. Видели бы вы лица тех вампиров, когда они осознали кто мы. Бесценно. Мы позаботились о них, но вышло немного неряшливо, как вы видите.

Николас потёр подбородок.

— Да, вижу. Есть потери среди людей?

— Нет, — гордо ответила я. — Но некоторым из них, возможно, потребуется медицинская помощь.

Я снова ощутила на себе взгляд Криса, и мне пришлось побороть желание посмотреть на него. Сегодня в нём что-то было не так, и я чувствовала скатывавшееся с него напряжение. Он был зол на меня? Неужели он думает, что мы могли справиться с ситуацией лучше?

Неопределённость точила меня, пока я ждала, что он скажет. Несмотря ни на что, мысль о том, что он разочарован во мне, скрутила крошечный узелок в моём животе. Будь он проклят. Почему меня вообще волнует, что он подумает обо мне?

Снова открылась дверь, и в комнату вошло восемь воинов. Крис с Николасом стали раздавать приказы, и я выбросила мысли о Крисе из головы, когда мы занялись осмотром людей и удалением всех следов вампиров. Избавляться от тел вампиров было не так забавно, как их убивать.

Все работали со сдержанной эффективностью, и через два часа дом выглядел так, словно тут по-варварски нахулиганили, а не устроили поле битвы. Людей осмотрели и дали по дозе горума, наркотика, который мы использовали для изменения краткосрочной памяти. Большинство людей не были готовы узнать о настоящем мире, так что частью нашей работы было сохранить это в секрете. Люди будут думать, что стали жертвой проникновения в дом, и никогда не узнают, насколько близки были к чудовищной смерти.

Даже двоим папарацци у ворот дали горум, чтобы те забыли об огромных фургонах, въезжавших и выезжавших в предрассветные часы. Никто не любил накачивать людей наркотиком, но это была необходимая часть нашей работы, если мы хотели оставаться в тайне. Это не говорило о том, что никто из людей не знает о нашем существовании. Совет работал с чинами на самом высоком правительственном уровне и правоохранительными органами в каждом штате, и люди знали, что для их же блага лучше хранить наше существование в секрете.