Чтение онлайн

Я подняла крышку белой коробочки, и у меня перехватило дыхание от вида элегантной серебряной цепочки внутри. Он никогда раньше не покупал мне ювелирные изделия. Я сглотнула от мысли, что это могло значить.

Дрожащими пальцами я подняла цепочку из коробочки и стала разглядывать серебряный кулон в форме летящего голубя.

— Он прекрасен! — я прижала цепочку к груди. — Мне очень нравится.

Он улыбнулся, показав ямочки.

— Я подумал, что тебе понравится. Надень, и давай посмотрим, как она будет смотреться на тебе.

Я встала и подняла цепочку.

— Поможешь?

Несколько секунд он колебался, но потом встал и, подойдя, взял у меня цепочку. Я повернулась, и он поднял цепочку над моей головой, его тёплые пальцы коснулись моей шеи, пока он застёгивал застёжку, и от этого прикосновения по мне пронеслась изысканная дрожь.

Я опустила глаза, восхищаясь кулоном, лежавшим чуть выше моей груди, а затем повернулась к Крису.

— Как смотрится? — спросила я.

Несколько мгновений его лицо было нечитаемым. Затем этот вид исчез, и он снова улыбнулся мне, отступив.

— Красиво, как и девушка, на которой это украшение.

Радость волнами исходила из моего тела. Крис считал меня красивой и что я повзрослела, и он купил мне украшение. Я обхватила руками его шею и крепко обняла.

— Я люблю тебя, Крис.

— И я люблю тебя, Голубка.

Сделав глубокий вдох, я откинула голову и посмотрела в его зелёные глаза.

— Нет, я хочу сказать, что я по-настоящему люблю тебя.

Улыбка покинула его глаза, и лицо приняло почти что страдальческое выражение. Он положил руки мне на плечи и нежно отстранил меня от себя, а потом опустил руки по бокам.

— Бет, — неторопливо начал он. — Ты же несерьёзно.

— Да, серьёзно, — более тихо произнесла я.

Его черты лица смягчились.

— Тебе только шестнадцать...

— Через два года мне будет восемнадцать, — настаивала я.

В восемнадцать ты был взрослым и мог стать воином. Разница в возрасте больше не имела значения, когда тебе исполнялось восемнадцать лет.

— Знаю. Но за эти два года так много всего может произойти и то, что тебе нравится сейчас, может стать неважным к тому времени.

Грудь стянуло и стало трудно дышать.

— Мои чувства к тебе не изменяться.

Он отвёл взгляд, словно подбирал что сказать. Когда он снова посмотрел на меня, тоска в его глазах дала мне его ответ раньше, чем он заговорил.

— Прости, Голубка. Я люблю тебя, но не в этом плане.

Слёзы наворачивались в глазах, затуманивая моё зрение, когда я попятилась от него. Он рукой потянулся ко мне, но я развернулась и побежала к двери.

— Бет, пожалуйста, пойми, — выкрикнул он вдогонку, в его голос закралось сожаление.

Я не оглядывалась. Я убежала домой, пытаясь удержать от распада своё разбитое сердце.

Я наблюдала за лицами Сары и Джордан, когда закончила свой рассказ. Мой рассказ был менее подробным, чем истинные события того дня, но этого вполне хватило чтобы обрисовать им картину.

Понимание наполнило взгляд Джордан.

— Ты не можешь простить его за разбитое сердце.

Я покачала головой.

— Со временем я бы ему простила это.

— Тогда что? — мягко надавила Сара.

— Он уехал, и после того дня я его больше никогда не видела. Он ушёл из моей жизни и не вернулся, — я болезненно сглотнула. — Это ранило больше, чем всё остальное, что он смог бы сделать.

— Так в тот день, когда он появился здесь... — начала Джордан.

— Это был первый раз, когда я видела его после своего шестнадцатилетия.

— Вот, дерьмо, — Сара тягостно откинулась на спинку стула. — Не удивительно, что ты игнорируешь его.

Сара нахмурилась.

— Почему Крис поступил так? Он что-нибудь сказал тебе насчёт этого после его появления здесь?

— Он сказал, что сожалеет о том, как уехал, и что он считал, что делал как лучше для меня, но теперь он осознал, что всё сделал неправильно, — я теребила ножку бокала.

— Он спросил, не можем ли мы снова стать друзьями, но я не знаю, возможно ли это, после всего произошедшего.

Сара радушно улыбнулась.

— Может просто стоит дать этому время.

Как бы я хотела, чтобы всё было так просто. Иногда, когда Крис улыбался, я вспоминала мужчину, которого боготворила до того дня в его квартире. Но это всегда сопровождалось воспоминаниями о боли, после его отъезда, о чувстве покинутости и предательстве, когда он больше не появился. Он может и был искренним в желании возобновить нашу дружбу, но он всё ещё был в силах очень сильно ранить меня. Я не могла позволить ему сделать со мной это снова.

Джордан глубоко выдохнула.

— Думаю, на сегодня хватит серьёзных разговоров. Вообще-то предполагалось, что у нас дикий девичник, а вы двое расстраиваете меня.

Сара вскинула брови.

— И когда это вдруг девичник стал диким?

Джордан пфыкнула и подняла бокал.

— А что есть другие девичники?

Сара нахмурилась.

— Пошли, подружки. Обещаю, будет весело, — произнесла Джордан, игриво надув губки.

Я скрыла ухмылку за бокалом. Невозможно было долго грустить с этими девушками.

— Только танцы. Никакого безумства, — Сара пригвоздила Джордан суровым взглядом.

Джордан подняла руку.

— Никакого безумства. Слово скаута.

* * *

— Сукин сын.

Я оторвала взгляд от аптечки, в которой ковырялась, и увидела, как Джордан с отвращением скинула свои туфли.

— Что случилось?

— Я сломала каблук на своих новых Джимми Чу, — она босиком протопала туда, где я сидела на диване рядом со своими истекающим кровью пациентом. — Выживет?