Страж
Шрифт:
Я прерывисто выдохнула и посмотрела вниз. Я хотела поднять футболку и начать давить на живот. Я не могла, хотя, это могло вызвать абсолютный нервный срыв.
–
Это все меняет.
Я подняла взгляд и встретилась глазами с Айденом. Его глаза сверкали серебром и мое сердце пропустило удар.
Когда они были такого цвета, Айден испытывал сильные чувства, что-то хорошее, но я не знала, что думать. Беременна ребенком Айдена? Я не могла быть матерью. Серьезно. Я едва вспоминаю почистить зубы утром. Быть ответственной за ребенка, особенно в этой заварушке в мое жизни? У этого ребенка не будет шанса. Его бы съели койоты или еще что-то.
Одна сторона губ Айдена изогнулась.
–
О чем ты думаешь?
–
О чем ты думаешь?
Мое сердце колотилось.
–
Я думаю...о многом, но если это то, что Боги чувствовали в тебе, нам, действительно, нужно подумать о том, чтонам делать.
Он притянул меня к себе.
–
Я знаю, это происходит в неподходящее время.
Я засмеялась на это.
–
Да, это ужасно неудачное время.
–
Но разве это плохо?
– спросил он.
Взглянув на его лицо, открытое, честное и - о, Боги - намек на признание, я была поражена.
–
Ты относишься к этому нормально?
Айден опустил глаза на мгновенье и затем сел передо мной. Он взял меня за руки, и внезапно, я поняла, как это было важно. До меня медленно доходило.
–
Это не подходящее время для нас, - начал он сплетая свои пальцы с моими.
–
Не все, что происходит, но...как я могу плохо к этому относиться?
Я потеряла дар речи. Кому-то нужно было записать это.
–
Я люблю тебя, Алекс. Это никогда не изменится, и хотя, никто из нас к этому не готов, я могу подготовиться кэтому. Мы оба можем, и мы встретим это вместе. Я не могу относиться плохо к тому, что стану отцом. Я имею ввиду, мне пришлось поднимать Дикона, и он все еще жив. Он засмеялся и легкий румянец появился на его щеках.
–
Но если все так, мы должны подумать о том, что мы делаем. Я знаю, никто из нас не может отказаться от того, что мы должны сделать - что ты должна сделать - но нам нужно внести некоторые коррективы.
Я даже не могла понять, какие коррективы нам нужно было сделать. Если я была беременна, могу я, на самом деле, идти и сражаться? Могу я забрать силу у Сета? И, о, Боги, какой вид ребенка получится? Часть полукровки, часть чистокровного, часть Аполлиона?
Этот ребенок мог разрушить мир.
Но Айден...Боги, я хотела плакать. Я хотела, чтобы эти слезы полились потому, что я была так счастлива, что он был у меня. Большинство парней сейчас были бы в другом состоянии.
Слезы не падали, я не могла двигаться. Я встала на колени и он знал, что я хотела сделать. Он открыл руки навстречу мне, я взобралась к нему на колени, обняла его руками за шею и прижалась к нему как осьминог.
–
Ты идеален, - сказала я, уткнувшись лицом между шеей и плечом.
–
Я не идеален.
Он запустил руки мне в волосы и положил руки мне на затылок.
–
Я просто не могу расстраиваться из-за того, что у нас может быть ребенок.
Я зажмурила глаза от нахлынувшего острого приступа эмоций во мне. Среди бури страха и смятения, приятный, едва заметный там, осколок...счастья появился во мне, как струйка дыма. Полукровки происходили от чистокровных и смертных и не могли производить потомство. Кроме того, Стражи не имели детей, даже чистокровные, выбравшие этот путь. Они просто не жили так долго, чтобы успеть их вырастить. Так, что я даже не рассматривала возможность иметь ребенка, но это - если это было именно это - ребенок Айдена, разве я могу этого не хотеть? Особенно, когда мы оба были не готовы к чему-то такому важному, Айден был прямо здесь со мной. Не только из-за чувства долга, а потому, что любил меня и любил нашего ребенка.
А я? Я, возможно, буду самым безответственным родителем из всех, но я люблю его с каждым вздохом.
Мои, Боги, мой мозг был измученным, я даже не думала, что придет день, когда я буду думать об этом.
Айден поцеловал меня в висок.
–
Нам нужно встретиться с доктором здесь, чтобы убедиться на сто процентов и тогда...тогда мы займемся этим вместе.
О, вау. Сделать быстрый визит в больницу, чтобы проверить беременность? Это было бы так неудобно. Меня осенило.
–
Маркус попытается тебя убить.
Глубокий, богатый смех пророкотал из его груди.
–
Мои, Боги, ты права.
Я начала улыбаться, но потом реальность обрушилась на мою голову и тот маленький огонек счастья погас.
–
Я не могу быть беременной, Айден.
–
Алекс -
–
Ты не понимаешь.
Я откинулась назад и слезла с его коленей, я сдвинулась к изголовью кровати. Я вздохнула и прижала колени к груди.
–
Не то, чтобы я отрицала как мужское и женское тела взаимодействуют, но мы не делали этого с тех пор как приходил Арес, если бы я была беременна, ребенок не выжил бы в том сражении.
Серебряные блики немного потухли.
–
Я не подумал об этом. О, Боги, - сказал он, потирая челюсть.
–
Как я мог не подумать об этом? Было бы...
Он покачал головой, челюсть напряглась.
Я не знала, что на это сказать потому, что шанс на то, что я была беременна, был безумно маленький. Боль пронзила мою грудь. Его глаза потухли, так много волнения было в них. Я ненавидела, что забрала это у него.
Айден лег на бок и похлопал по месту лядом с ним. Прикусив губу, я сдвинулась вниз и легла рядом с ним. Никто из нас ничего не говорил потому, что я думаю, никто не знал, что сказать. В какой-то момент Айден выключил свет рядом с кроватью и обосновался позади меня.
Некоторое время спустя, посчитав, что Айден уснул, я глубоко вздохнула, закрыла глаза и сделала то, от чего считала себя безумной.
Я положила руки на низ живота.
Мое сердце подпрыгнуло в груди, хотя я не почувствовала никакой перемены. Могла ли я быть беременной и это нет, не это. Это ребенок. Это был ребенок Айдена. Мог наш ребенок выжить в сражении с Аресом? Сумасшедшие вещи случаются. И в моей жизни, я почти ожидала, что невозможное могло произойти. Так что шанс был. Я понимала это. Я просто не знала, что думать или делать.