Страж
Шрифт:
В темноте, Айден положил свою руку туда, где была моя, на мой живот и остался так на всю ночь.
Глава 6
Утром Айден ушел, чтобы добыть что-нибудь на завтрак. Я предложила присоединиться к нему, но он настоял, чтобы я оставалась в постели и немного отдохнула. Ночные кошмары досождали мне большую часть ночи. Демоны прорвались сквозь стены. Арес нашел лазейку в защите. Все любимые мною умирали рядом со мной. Мои постоянные беспокойные метания и ворочания заставляли Айдена бодорствовать почти всю ночь, но дело было не только в этом. В затворках своего разума я понимала почему Айден хотел, чтобы я осталась. Некая его часть всё ещё верила, что я могла быть беременна. Проклятье, во мне тоже была маленькая частичка, которая думала об этом же.
Каждый раз, когда я думала о том, что такая вероятность могла иметь место, мой желудок падал, а моё сердце подпрыгивало в груди. Я не могла ни на чем сосредоточиться в тот день, но это было единственным, о чём я понастоящему задумалась, пока быстро принимала душ и переодевалась.
Я уловила своё отражение в мутном зеркале и содрогнулась. Даже влажными, мои волосы свисали прядями различной длины. Мне надо что-нибудь с ними сделать. Направившись в маленькую кухню и зону гостиной комнаты, соединяющей две спальни вместе, я нашла ножницы. Тотчас я вспомнила, как держала такие же ножницы в день, когда погиб Калеб.
Ты должна обрезать свои волосы.
Ромви/Арес однажды посоветовал мне это, и находясь в отчаянии от потери своего лучшего друга, я пыталась обрезать свои волосы. Тогда это было странной реакцией, но сейчас?
Я пристально смотрела на ножницы, чувствуя как комок разростается у меня в горле. Тогда меня остановил Сет. Всё то время, после смерти Калеба, он был там ради меня, и даже когда я вымещала всю свою боль и ярость, он оставался на моей стороне. Мы были две стороны одной медали, и если бы не он, депрессия и ненависть к самой себе поглотили бы меня.
Что с тобой случилось, Сет? Задалась вопросом я, но ответа через нашу связь не последовало. Ничего, кроме тихого гула шнура, и, на самом деле, уже было не важно, что случилось. Всё, что он сделал омрачило все хорошие поступки. И он был в команде Ареса, и после всего того, что Арес сделал со мной, я не смогу простить Сету его выбор.
Тяжело вздохнув, я вышла из комнаты и пройдя через коридор, постучала в дверь Оливии.
–
Привет, - сказала она, открыв дверь, но её улыбка погасла, когда она опустила взгляд и увидела режущий инструмент у меня в руках. Она не отступила назад, но выражение её лица говорило о том, что ей хотелось это сделать: - Что случилось?
–
Я надеялась, что ты сможешь что-нибудь сделать с моими волосами, до сегодняшнего собрания, - я начала былопомахивать ножницами, но потом решила, что я выгляжу довольно таки ненормальной, делая это.
– Мне вроде как бы не хочется выглядеть так, словно по моей голове прошлись триммером, в предверии встречи с огромным количеством людей.
Её улыбка вернулась, освещая её карие глаза.
–
Конечно! Кое-что я могу сделать, - она взяла ножницы своими ловкими пальцами.
– Я, если честно, рада, что ты пришла ко мне, потому как я хотела тебе это сама предложить, но посчитала, что это будет немного невежливо.
–
Это не было бы невежливо. Я знаю, что мои волосы измучены, - я последовала за ней в её спальню.
– Тем неменее, спасибо.
–
Не парься. Пошли в ванную комнату.
Оливия посадила меня на край ванны, ногами внутрь. Она накинула мне на плечи полотенце и затем взяла расчёску. Мы обе молчали, когда она причёсывала спутанные пряди волос, и затем она, наконец, заговорила: - Вчера было полное сумасшедствие, правда? Я никогда еще не видела ничего подобного тем птицам. А все те демоны?
–
Я знаю. Однако, вы с Люком были улётными, - я рассматривала флакон с шампунем, когда Оливия сделала ещенесколько мягких штрихов расческой.
– Артемида сказала, что они были направлены сюда Аресом.
–
Я не могу поверить, что бог опуститься до использования демонов. Есть что-то очень неправильное по своейприроде в этом, - она взяла ножницы.
– Сиди смирно, ладно?
Сидеть неподвижно не было моей сильной стороной, но я старалась.
–
Сет с Люцианом поступают также.
Руки Оливии застыли у меня над головой.
–
Я помню, как ты говорила это. Я... Я просто мотивов этого не могу понять. Я понимаю, что Арес хочет войны.
Понятное дело, он же бог войны. Он благоденствует в таких делах. А Люциан? Жаждущий власти чистокровный? Ладно. Но Сет? Я не понимаю. Я не знаю, что они ему такое предложили, что заставило его ввязаться в это.
–
Всё. Он считает, что он получит всё.
Ножницы чикнули.
–
Тебя?
–
Не думаю, что это имеет какое-либо отношение ко мне, не в этом смысле, - я очень хотела подвигаться, но мнетакже не хотелось, чтобы мои волосы стали ещё более искромсанными.
– Я просто ... средство достижения цели.
Оливия хранила молчание несколько минут, в тоже время она манипулировала ножницами у моих лопаток.
– Ты знаешь его лучше, чем я. Сет всегда меня пугал, но я вообще никогда не могла подумать, что мы дойдем до этого. Я никогда не могла представить ничего из этого.
Не думаю, что кто-либо из нас когда-либо думал, что это может привести к тому, что мы окажемся со всем миром на грани краха.
–
Ты нервничаешь по поводу сегодняшней встречи?
– спросила она, пробегаясь расчёской вновь по моим волосам.
–
Да, немного. Я имею ввиду, что у меня нет никакого представления о том, что сказать. Я не являюсь кактаковым студенческим лидером, и я не... очень мотивационна.
–
Просто расскажи правду, - ножницы вновь принялись за дело, и я вздохнула.
– Если Арес получит контроль надУбийцей Богов и отправиться на Олимп, боги уничтожат всё на своём пути, чтобы остановить его, включая каждого чистокровного и каждого полукровку.
–
А если ему получится поработить человеческий род, чистокровные будут следующими в его списке, - янахмурилась.
– Всё это отстойно.