Странники
Шрифт:
В тени под накренившимся огромным боком тарелки, а также на свету, среди обломков, устилавших ближайшее пространство, лежали трупы космонавтов в истлевшей от времени и солнца форменной одежде, некоторые в скафандрах. Тела их уже давно мумифицировались, и тёмная кожа обтягивала черепа так плотно, как будто ссохлась до состояния бумаги. В материале одежды и плотной ткани скафандров виднелись многочисленные прорехи - похоже, бедолаги натерпелись при экстренной посадке. И выбрались из своего разбитого судна только затем, чтобы умереть возле его ни на что более не годных останков.
Джед невольно поёжился. Он посмотрел в обе стороны, куда простирался каньон.
– Так много кораблей в одном месте...
– высказал он невероятную догадку.
– Да, - мрачно отозвался Альваар, - они просто сбрасывают сюда обломки, когда выпотрошат корабль дочиста. Ведь в запасах много еды, всякой органики в бортовых оранжереях, потом ещё топливо.
– Кто - они?
– не понял Джед.
– Ливорусы, конечно, - сердито посмотрел на него волшебник, как будто сердился на недогадливость приятеля.
– Вот, посмотри, - далее уже показывал он, проносясь вместе с Фальконе над поверхностью планеты.
Глубоких трещин природного происхождения было на континентах немало, и все они были заполнены останками разбитой техники разных видов. Большей частью всё было размолото в кусочки, искорёжено самым зверским образом. Целых кораблей было мало, но все они носили следы чудовищного разрушения прямо изнутри, как будто толпа варваров, вооружённых самыми разными примитивными инструментами, накидывалась на несчастные корабли и ковыряла их с немыслимым упорством. Как будто голодные стаи маньяков доискивались до запасов пищи.
– Это они?
– с ужасом спросил Джед, догадавшись, наконец, до смысла слов Альваара.
Тот кивнул, указывая на останки жертв, лежащих тут же и похожих на высушенные лепестки - даже головы были расплющены.
– Они людоеды?!
– Они жрут всё. Органика для них чистое лакомство, топливо они хлыщут, как выпивку, даже металл умудряются высасывать.
Альваар указал на изъеденный коррозией корпус корабля - чуть тронь, и осыплется.
– Это не коррозия, это следы высасывания. Когда они разделываются с очередным уловом, то скидывают останки в эти щели.
– Они умеют двигаться?!
– Ещё как умеют! Раньше не умели, только жрали то, что к ним попадало в пасти. Для этого у них служили цветы. А за миллионы лет эволюции, пока я не мог контролировать их развитие, они обзавелись такими приспособлениями! Эта планета настоящее кладбище космических кораблей! Ты ещё не знаешь, какую штуку они придумали!
– Они разумные?!
– Вполне! Только весь разум их направлен на поиски новой жрачки!
– Профессор, почему же вы их не уничтожите?!
– потрясённо вскричал Джед.
– Потому что не знаю - как! Я подошёл с этим вопросом к Пространственнику, а он мне говорит: погоди, вот закончу строительство Тартаросса.
– Так ведь закончил!
– Ох, - махнул рукой волшебник, - у него сейчас своих проблем полно. Идём, я тебе кое-что покажу.
И он перенёс приятеля на новое место.
Открытая площадка, на ней лежал явно повреждённый корабль. Нос у него отломился, стабилизаторы искорёжены, отражатели разбиты вдребезги. Но выглядел он так, словно свалился из космоса только сейчас - обшивка сияет, как начищенная, иллюминаторы блестят, входной люк распахнут, а вокруг картинно разложены трупы космонавтов - в почти целой одежде, но высушенные полностью.
– Вот. Это они приготовили приманку, - прошептал волшебник, как будто опасался, что ливорусы его услышат.
Яркий, пестрящий разными цветами лес окружал место трагедии, почтительно отступя на расстояние. Неподвижные деревья как будто спали.
– Выедают они всё внутри, а корабль выставляют напоказ, даже начищают металл. В космосе полно всяких авантюристов - пиратов, праздных путешественников, мелких торговцев, патрульных и прочего народу. Увидят они разбившийся транспортник и соображают: добра навалом - иди, бери! Тут их на живца и ловят мои мерзавцы.
– Неужели столько пиратов...
– оторопело пробормотал Джед, рассматривая мелкие металлические детальки, покрытые старой патиной, заросшие чем-то вроде сухих остатков плесени - те в изобилии покрывали открытую площадку. Ясно, что крупные обломки ливорусы припрятали, а мелкие не стали подбирать.
– Вот в том и штука!
– вскричал профессор.
– Они посылают в Космос сигналы о помощи: караул, спасите, падаем на незнакомую планету, у нас ценный груз! На этого червя клюёт всякая рыба. Они подлетают сюда, такие довольные, и тут у них необъяснимо глохнут передатчики - это ливорусы создают помехи связи. Ребята думают: ну ладно, сядем, покопаемся в добыче, починим передатчики. Садятся, и тут их живенько ловят. Ты думаешь, эти корабли разбились? Нет! Ливорусы их опутывали своими ловчими щупальцами и разрушали, а потом стаскивали обломки в пропасть!
– И ты такую штуку припёр к нам на Землю в юрском периоде?!
– в негодовании вскричал Фальконе, - Чтобы через сотню миллионов лет наша планета стала, как эта?!
– Ну что ты, - удивился Альваар, - тогда это был мелкий хищник. Я его привил на местные деревья, думал вырастить экспериментальную популяцию. А ты взял и сорвал единственный женский цветок. Так что вашей Земле ничего не грозило!
– Это потому что я сорвал! Ты даже не пытался уничтожить этот рассадник людоедов!
– Ну почему только людоедов?!
– защищался Альваар, - тут полно других видов, не обязательно антропоидных! Но я пытался...
– А, пытался?..
– не поверил Джед и с подозрением посмотрел на отчего-то смутившегося волшебника.
– Да, я пытался их уничтожить - после возвращения с Рушары. И у меня ничего не получилось.
– Ничего не получилось?
– притворно-сочувственно спросил Фальконе.
– Да, мне было стыдно признаться Пространственнику, что я не справился со своими творениями и зря потратил Силы. Поэтому я надеялся, что с вашей помощью сумею это сделать, - горячо признавался волшебник.
– Поэтому так азартно напросился в битву?
– насмешливо отозвался собеседник.