Созвездие Дракона
Шрифт:
Таня вцепилась в руку Денри, но смотрела только на Адриана, будто тот мог её защитить. Ей вдруг стало холодно, словно она оказалась на продуваемой всеми ветрами площадке, а не в душной камере.
— Зачем я им понадобилась? Что они хотят со мной сделать?
— Это ты мне скажи, — хмыкнул Адриан. — Кому ты могла так понадобиться, что он заставил Гетика рискнуть своим положением? Кого настолько сильного ты знаешь, кто способен вообще приказывать сенатору?
Таня молча помотала головой.
— Никто не приходит на ум. Но что мне делать? — во рту у неё вмиг пересохло. — Что со мной будет, если я попаду к ним в руки.
— Моё предложение ещё в силе, — Адриан неопределённо махнул рукой. — Я забираю тебя отсюда, приставлю к тебе охрану, и никто впредь до тебя не доберется.
— Да, Менив, возвращайся в нашу квартиру, — сказал Денри, и Таня недовольно посмотрела на него. Надо было ему обязательно обозначить свои права. — А ещё лучше — к Итари. Там ты будешь в безопасности, и никто тебя не достанет…
— И как ты её отправишь? — вклинился Мангон. — Через Ажхаду? Султан будет рад её возвращению.
— Нет, конечно, но есть же другие пути…
— Нет, — сказала Таня, и голос оказался на удивление твёрдым. — Никто меня никуда не отправит. План вернуться к мятежникам остаётся в силе.
— Менив, ты же сама говорила… — начал было Денри, но Таня упрямо мотнула головой.
— Ладно, я испугалась, доволен? Но теперь я взяла себя в руки. Нет, — добавила она, увидев, что Денри готов спорить. — Я не вернусь.
— Что ж, — вздохнул Адриан. — Мои приготовления почти окончены. Я собирался устроить твой побег во время перевода в тюремную крепость, но кажется, дэстор Гетик оказывает нам услугу.
— Он требует встречи с тобой, — сказал Денри.
— Значит, встретимся. Как я могу отказать любимому дядюшке? — недобро усмехнулась Таня.
— Ты уверена? Хорошо, пусть будет так, — кивнул Мангон. — Узнаем, что ему нужно. Будь готова: он может давить и манипулировать. Ни на что не соглашайся, тяни время, вместе подумаем, как дальше действовать. Если что, ссылайся на страх передо мной.
— Да, мы же страшные драконы, — Денри широко улыбнулся, демонстрируя острые зубы, и приобнял Таню за плечи.
— А если он захочет… Ну… Что-нибудь сделать со мной? — Таня старалась, чтобы её голос звучал не слабо. — Поймите, я не знаю, зачем ему это может понадобиться. Но вдруг?
— Я отдам особое распоряжение, чтобы его внимательно обыскали.
— Ты же говорил, что нам нужно быть осторожными со знатью. И особенно — с сенаторами, — напомнил Денри, и Таня остро почувствовала, сколько всего происходит вне её поля зрения, насколько она лишняя в делах этих двоих.
— Помню, — раздраженно отозвался Мангон. — Только я не пущу его к Татане без обыска. Не согласен — пусть идёт к Бурунду в трещину.
Таня прыснула от нервного смеха: она не привыкла слышать ругательства от обычно сдержанного дракона. А Денри напомнил:
— Менив-Тан, не забывай. Ты так подставишь её рано или поздно.
— Ладно-ладно, я понял, — согласился Адриан, а в уголках губ пряталась улыбка, и глаза лукаво блеснули, когда он встретился взглядом с Таней. — Я подпишу ему разрешение на встречу с тобой. Помни, у него должно остаться ощущение, что ты обманываешь нас.
— Обманывать его, что обманываю вас, — кивнула Таня.
— Не кажется, что это слишком?
— Хочешь сказать, что я не справлюсь? — спросила она, прямо глядя в глаза Мангону. Она почувствовала приступ неуверенности в себе, а затем — раздражения. Зачем он раз за разом смущает её спокойствие?
— Я хочу сказать, что ты никогда не участвовала в подобных интригах. Ты как кролик, что заполз в клубок змей и хочет всех убедить, что он такая же змея. Мятежники опасны, Гетик — опытный и хитрый политик. И мы, если честно, ничем не лучше.
Таня смотрела на Мангона во все глаза. Он сидел, вальяжно облокотившись на грязный тюремный столик и закинув ногу на ногу, всем видом выражая холодность и скуку, и бросал колючие взгляды из-под черных ресниц.
— Говори за себя, — пылко возразил Денри, притягивая Таню к себе и сжимая её плечо до боли. — Мы с Менив всегда за одно.
— Спасибо, Денри, — выдохнула Таня, и он поцеловал её в лоб. Она и забыла, какие горячие у него губы. А потом вздрогнула, когда Адриан громко хлопнул в ладони.
— Что ж, видит Матерь, я тебя предупреждал. Гетику не терпится попасть к тебе. Возможно, он приедет сегодня же или в ближайшие дни. Продумай свою линию поведения.
Таня подумала, что вид у неё сделался совсем несчастным, потому что Мангон добавил:
— Не переживай, я тебя не брошу. Скорее всего, я буду настаивать на личном присутствии и, если что, выдерну тебя из Гатиковых лап.
— Спасибо, — слабым голосом откликнулась Таня.
— Вместе навсегда, помнишь? — проговорил Денри, прежде чем уйти. Таня кивнула. Он обхватил её лицо своими горячими руками и прислонился лбом к её лбу.
— Всё будет хорошо, — она улыбнулась. — Ты будешь мной гордиться.
Гетик не обманул: он сделал все для того, чтобы вызволить Таню из тюрьмы. Он не оставлял Мангона в покое, написал к нему несколько обращений, пытался надавить на начальника тюрьмы, и по всему выходило, что племянницу свою он очень любит и жаждет видеть её дома.
— А потом он заверил, что отошлёт тебя в наказание из столицы, чтобы ты не соблазнялась пороками, — говорил ей Адриан в последнюю встречу. — Знаешь, какие у него планы?