Чтение онлайн

Мне нужно было просто найти выход из тоннелей в дальнюю часть зала у занавеса, а там я…

Что я там сделаю?

Аиды, не знаю. Отрежу Чоса Деи то, что на Северном языке Дел называла гехетти — если у волшебников они есть — и преподнесу их Дел как трофей.

Если к тому времени она еще будет жива, чтобы их получить.

Если ее не разрежут на куски.

Держись, Делила, Песчаный Тигр уже близ…

Гончие взвыли.

Голос Чоса Деи перекрыл их вой.

— …можно использовать любую песню. Я могу переделать любой меч. Давай попробуем, так?

Ты не позволишь ей снова умереть.

Я бегу. Спотыкаюсь, ругаюсь, кашляю от дыма, щурюсь от света… Свет… Аиды, пол тоннеля провалился, сквозь трещины был виден зал за охранным занавесом Шака Обре.

Я упал на пол тоннеля и заглянул в одну их трещин. Задержал дыхание, чтобы не вдыхать вонь и дым, но из глаз потекли слезы. Я моргнул и картина прояснилась. За момент до того, как снова навернулись слезы, я заметил блеск яватмы Дел, увидел сжимавшийся круг зверей.

И Чоса Деи подо мной.

Если бы я мог уронить меч точно острием вниз, я бы расколол его голову как дыню.

Но я мог и промахнуться, а он бы получил еще одну яватму.

Трудно сказать что-то о человеке если видишь только его макушку и плечи. Глаза могут рассказать многое, так же как и выражение лица, поза. Ничего этого я не видел. Только темные волосы и плечи, окутанные темной тканью.

Но я ясно видел Дел.

Гончие окружили ее. Она не двигалась, стоя в круге как каменное изваяние. В ее руках была Бореал — тонкая черная линия. Сияние горна освещало сталь, отблеск занавеса окрашивал ее в цвет крови.

Дел могла изменить цвет. Ей стоило только запеть…

Но Чоса Деи мог использовать ее песню, и это лишало Дел оружия.

Но Чоса Деи ничего не знал обо мне.

Аиды, что же мне делать?

Чоса Деи заговорил:

— Показать тебе, как я переделываю человека? Как я превращаю его в зверя?

Дел ничего не ответила.

— Думаю, что тебе надо показать.

Мои ноги словно вросли в камень, я смотрел и не верил глазам. Дел стояла в кольце гончих и не могла остановить волшебника. Чоса Деи мог делать все, что хотел, и он подозвал одного человека из тех четверых, которые следили за горном. Человек опустился на колени и Чоса положил ладони на его голову.

Мысленно я кричал, умоляя человека вырваться, бежать, освободиться от Чоса Деи, но он ничего не сделал. Он молча стоял на коленях и безучастно смотрел перед собой, пока Чоса опускал ладони на его голову.

— Нет, — тихо сказала Дел.

Чоса тоже не повысил голоса.

— А я думаю да.

Он переделал человека. Не спрашивайте меня как. Я просто видел, что контуры человеческой фигуры как-то стали меняться, как-то были изменены, плавно и неуловимо, пока нос не вытянулся вперед, челюсть не ушла назад, плечи вдавились, бедра изогнулись — и человек уже не был человеком, а существом в форме зверя.

Засияли белые глаза, хвост вытянулся из-под ягодиц. Он… оно… существо, покрытое шерстью, прижалось к каменному полу и уже ничем не напоминало человека.

— Нет, — повторила Дел, но теперь в ее голосе звучал ужас.

— Переделан, — сказал Чоса. — Теперь он присоединится к остальным, и может быть именно он вцепится тебе в глотку.

Ну аиды… Ну боги…

Я на секунду закрыл глаза, но снова заставил себя смотреть.

Дым валил из горна. Большая часть его прорывалась сквозь занавес, остальная рассеивалась по комнате, выскальзывая в тоннели сквозь трещины, щели и проломы.

Трещины, щели и проломы. Шепча непристойности, я сильнее прижался лицом к щели и поискал глазами пролом побольше. Я нашел его почти сразу, поднялся и пробежал по тоннелю еще шагов двенадцать, где меня поджидала трещина в камне. Мой вход в зал.

Она была самой большой, Я понял это по тому, сколько дыма у нее выходило. Самый большой пролом в потолке пещеры, но все же слишком маленький. Может Дел и удалось бы в него проскользнуть, но мне вряд ли, если только раздеться, намазаться мазью алла…

Плоть спасовала, дух тоже. Идея свалиться вниз без объявления — и предстать перед волшебником в голом виде меня не прельщала. Она сразу не понравилась всем частям моего тела.

Особенно, как сказала бы Дел, моим гехетти.

Так что пришлось идти на компромисс и скидывать только половину одежды.

Я опустился на колени около дыры, положил рядом меч, расстегнул широкий пояс с тяжелыми украшениями, который мог зацепиться за что-нибудь, снял перевязь — не расстегивая пряжки, а стянув ее через руки и голову — и наконец откинул в сторону обе туники. Холодный воздух тоннеля обдул голую грудь и руки и заставил меня поежиться.

Сначала нужно все проверить: я опустил ноги в пролом в скале, оперся локтями и ладонями на обе стороны дыры и осторожно перенес на них вес. Я медленно начал опускаться. Когда дело дошло до грудной клетки, я понял, что если рискну просто свалиться в пролом, спуск будет очень болезненным.

Аиды, как же больно — я приподнялся, тяжело дыша сквозь стиснутые зубы, и выбрался из пролома.

Снова заговорил Чоса.

— Скоро мои звери совсем проголодаются. Назови мне имя меча.

Не сдавайся, Дел. Держись… я делаю что могу.

Осмотрев стенки тоннеля, я заметил несколько острых выступов. Я понимал, что прыгать все равно придется, но был не прочь уменьшить высоту полета. Проще всего было использовать пояс и перевязь, с их помощью спуститься в пролом как можно ниже, а потом спрыгнуть. Я рисковал сломать ногу. Но вообще-то я рисковал столь многим, что такая мелочь как единичный перелом не имела значения.

Я обернул пояс вокруг самого надежного выступа в стене тоннеля и тщательно застегнул его. Потом снял с перевязи ножны, разорвал шов и перевязь превратилась в два длинных ремня. Я пропустил их через пояс, а концы опустил в пролом.