Чтение онлайн

Затем он начал перебирать содержимое ранца. Результаты обрадовали гораздо больше. Четыре больших банки мясных консервов, пять плиток шоколада, кусок шпика в целлофановой оболочке, несколько пачек галет, столько же горохового концентрата и твердая как камень палка колбасы — гарантировали, что их новый хозяин в ближайшее время с голоду не умрет. А вот котелок Иван прихватить с собой забыл.

Есть по-прежнему не хотелось, но Ваня все-таки заставил себя сжевать две галеты, так как прекрасно понимал, что силы ему еще понадобятся.

После продуктов, он открыл офицерский планшет и вытащил карту, но определить свое местонахождение так и не смог. Пачку писем в надушенных конвертах просто выбросил, за полным нежеланием читать чужую переписку. Несколько больше Ивана заинтересовало фото белокурой красивой девушки на фото большого замка, но и оно отправилось на землю.

После планшета Ваня хотел заняться хотел остальным, но тут, совершенно неожиданно, услышал едва различимое скуление, очень похожее на плач ребенка…

— Откуда здесь ребенок? — Иван растерянно оглянулся.

Скуление стихло, но через несколько секунд, легкий ветерок принес новые звуки.

— Этого еще не хватало… — зло буркнул Ваня, забросил на плечо ремень автомата и пошел искать источник плача.

Инстинкт самосохранения отчетливо подсказывал, что надо держаться подальше от проблем и забот, которые могут принести дети, но ноги сами тянули его вперед.

Плач затихал и возобновлялся, несколько раз пришлось менять направление, обходя болотные бочаги и буреломы. Окружающая действительность не прибавляла настроения, через кроны деревьев почти не пробивалось солнце, на ветвях висели огромные бороды мха, а воздух заполнял смрад сырости и гнили.

Через полчаса Иван выбрался на заросшую кустарником старую гать, замощенную склизкими бревнами.

Пройдя по ней полсотни метров, Ваня снова остановился. Плач окончательно стих, куда идти дальше он совершенно не представлял.

— Да идет оно все лесом… — Ваня ругнулся, собрался возвращаться, как звуки неожиданно возобновились, причем их источник находился совсем близко.

Иван пригнулся и прячась за деревьями, пробежал пару десятков метров.

Плач стал громче, вдобавок, порыв ветра принес жуткий смрад тухлятины, щедро разбавленный едким больничным запахом.

Наконец, в просвете между деревьев, Иван заметил палатку. Обыкновенную, большую палатку, из выцветшего брезента, на боку которой виднелся белый круг, с красным крестом в нем.

«Госпиталь? — догадался Ваня. — Но почему так смердит?»

Плач стал громче.

— У-у-у-уу… — скулил тоненький хриплый голосок. — Мамочки… как же это так… Марья Ванна, Ван Ваныч… у-у-у, за что… сволочи, сволочи…

Иван перебежал за кривую березу, присел, осторожно выглянул и тут же прикусил губу от дикого ужаса, пронзившего мозги.

На большой поляне стояло несколько палаток, все они были промаркированы красным крестом в белом круге. Рядом с ними застыли несколько телег с задранными дышлами и две старинных грузовых машины, на тенте которых тоже белели круги с красным крестом.

Но не все это поразило Ивана, его чуть не свели с ума десятки полураздетых трупов, которыми была завалена поляна.

Ване очень захотелось сбежать, увиденное напрочь отказывалось укладываться в голове. Он даже зажмурился, не веря своим глазам, но, когда открыл глаза, ничего не изменилось.

Мертвых тел было очень много, они лежали на носилках, под импровизированными навесами, в палатках и просто под открытым небом, а на ветке большого дерева, висела обнаженная полная женщина и какой-то мужчина, в окровавленном белом халате.

Посередине поляны стоял на коленях маленький человечек в грязной, мешковатой советской военной форме.

— Лучше бы меня… — тихо причитал он. — Что же теперь делать… как же так… ненавижу-у-уу…

Немного подумав, Ваня вышел из-за березы. Что делать, он даже не представлял, но сбежать посчитал ниже своего достоинства.

Человечек, видимо почувствовал, что за ним наблюдают, резко вскочил и обернулся.

Ваня неожиданно сообразил, что это девушка — вместо штанов на ней была юбка, а из-под пилотки торчали тоненькие светлые косички.

На несколько секунд повисла пауза, а потом, чумазое личико девушки исказилось в жуткой гримасе, она схватилась обеими руками за кобуру и неловко выхватила из нее револьвер.

Иван хотел сказать ей, что свой, но не успел, стукнул сухой выстрел.

— Твою ж мать!.. — с перепуга заорал Ваня и юркнул обратно за березу.

— Свой? — растерянно пискнула девушка, но револьвер не опустила и решительно скомандовала. — А ну выходи!!!

— Убери ствол… — зло отозвался Иван. — Опусти, иначе в задницу его тебе засуну!

— Что? — возмутилась девушка. — Ты кто такой? Выходи, сказала, иначе пристрелю!

— Да пошла ты… — буркнул Ваня.

— Ну выходи же, — уже жалобно взмолилась военная. — Если свой, стрелять не буду. Я военфельдшер [2] Курицына Мария Ивановна, а ты кто?

— Конь в пальто… — ругнулся Ваня, немного помедлил и все-таки вышел из-за дерева. — Совсем сдурела, по людям пулять?

Девушка нахмурилась, рассматривая Ивана, а потом нагло потребовала.

— Звание, фамилия!

Ваня помедлил, рассматривая военфельдшера Курицыну. Худющая, щуплая и маленькая, она больше смахивала на совсем юную девчонку, а не на военфельдшера. Худенькие ножки в драных чулках болтались в голенищах сапог, а наган в руке смотрелся как здоровенный дуэльный пистолет. Старшеклассницы в двадцать первом веке выглядели гораздо старше ее.