Чтение онлайн

От страха, что онемел навсегда, Иван чуть не сошел с ума и немного пришел в себя, только когда он и его сопровождающие, остановились на небольшой поляне.

На ней стоял огромный танк КВ-1 [5] , с заляпанной грязью красной звездой на башне, два уже знакомых Т-60 [6] , полуторка [7] и несколько импровизированный столов, под маскировочной сеткой. На одном из них стояла рация, а за вторым что-то бурно обсуждали несколько офицеров. То, что они офицеры, Ваня понял по синим галифе и фуражкам. Вокруг суетилось много людей в форме, но что они делают, Ваня так и не разобрал.

— Немедля выдвигайтесь к нашему рубежу за Глушицей. Фадей Михайлович, вы прикройте своими танками позиции… — невысокий плотный командир водил пальцем по карте.

— Так у меня топлива с гулькин хер… — густым басом оправдывался широкоплечий коротышка в замасленном комбинезоне и шлемофоне. И боекомплекта даже третьей части нет. Э-эх… — он махнул рукой. — Есть выдвигаться, товарищ комдив…

По пути к своему танку, он хлопнул Ваню по плечу и весело улыбнулся ему.

КВ рыкнул, дернулся и, выпустив из выхлопных труб густые струи сизого дыма, покатил по просеке. Следом за ним двинулись остальные танки.

Командиры разом обернулись и уставились на Ивана.

Ваня в очередной раз приготовился к смерти.

— Товарищ комдив, разрешите обратиться к товарищу майору госбезопасности! — пожилой солдат лихо бросил руку к каске.

— Дезертир, трус, самострел? — командир с двумя ромбами, видимо тот самый комдив, пропустил просьбу мимо ушей и глядя на Ваню брезгливо поморщился. — Зачем вы его притащили сюда?

— Нет, нет, товарищ комдив, — высокий, смуглый офицер, с висевшей на перевязи забинтованной рукой и одним ромбом на петлицах улыбнулся и отрицательно мотнул головой. — Скорее всего нет, но в этом деле есть непонятные моменты. Это я приказал его доставить. Буду разбираться.

Ивану он сразу не понравился, а точнее, очень не понравились его глаза, которые, казалось, пронизывают насквозь.

— Мне уже доложили по поводу этого красноармейца, — вперед вышел еще один командир, полный, круглолицый мужчина в очках с проволочной оправой. У этого в петлицах алело тоже два ромба, на рукаве гимнастерки была пришита большая звезда с серпом и молотом, но сам он был больше похож на школьного учителя, а не на офицера.

Он помедлил, а потом, строгим, торжественным голосом начал говорить:

— Красноармеец Куприн, вместе с военфельдшером Курицыной, занял брошенный по причине отсутствия горючего советский танк и преградил путь моторизированной немецкой маневренной группе, собиравшейся атаковать наши позиции с фланга. Во время боя, красноармеец Куприн огнем из пушки уничтожил немецкий бронетранспортер, средний танк, несколько мотоциклов и до взвода пехоты…

Ваня чуть рот не раскрыл от полного охренения и даже тайком ущипнул себя, чтобы проверить не спит ли он. Из всего боя он запомнил только то, что со страха даванул гашетку танковой пушки.

— Танк красноармейца Куприна подбили, — продолжил командир уже не таким официальным тоном. — Но подоспели наши танкисты и рассеяли гитлеровцев.

— Так и есть, товарищ дивизионный комиссар, — мягко вступил в разговор перевязанный, — но, как я уже говорил…

— Так это совсем другое дело!!! — недослушав его, комдив широко улыбнулся, подошел к Ване, крепко обнял его, а потом обернулся к комиссару и требовательно заявил: — Считаю, красноармеец Куприн должен быть награжден за свой подвиг. Что там у нас осталось, Сергей Корнеевич?

Комиссар пожал плечами, порылся в полевой сумке и достал маленькую коробочку.

— Только вот это, но она осталась всего одна…

Комдив недослушал и его, забрал коробочку и уже через несколько секунд на гимнастерке Вани появилась круглая серебристая медаль, с маленькой прямоугольной красной колодкой.

Ваня скосил глаза, недоуменно уставился на вычеканенный на медали старинный танк [8] и перестал понимать вообще что-либо.

Комдив тряхнул ему руку и замер, явно что-то ожидая.

Пожилой солдат больно ткнул Ивана локтем и оправдывающим тоном подсказал комдиву.

— Контузило его, товарищ комдив, речь отшибло начисто. Там его танк страсть как расшибло, чудом уцелел парень…

Ваня спохватился, хотел сказать командиру большое спасибо за награду, но опять исторг только страдальческое мычание. Вдобавок, от волнения сильно закружилась голова и он только чудом не шлепнулся на задницу.

— В лазарет! — категорично скомандовал комдив. — Сергей Корнеевич, прикажите подготовить приказ о награждении и оформить документы. И немедля доведите до личного состава подвиг красноармейца Куприна, нам не помешает подстегнуть боевой дух бойцов.

И потерял Ваню из вида, опять вернувшись к столу.

По лицу майора госбезопасности было видно, что он чем-то недоволен, но протестовать перевязанный не стал и приказал сопровождению Ивана:

— За мной…

Они отошли немного в сторону, где майор разрешил посадить Ваню на пенек, сам отошел ненадолго, а после того как вернулся, тоже присел и принялся тщательно изучать его красноармейскую книжку.

Через несколько минут гебешник поднял взгляд и заглянул Ивану в глаза.

— Значит речь отшибло, говоришь?..

Ваня машинально кивнул. Честно говоря, ему уже стало полностью безразлично, что с ним дальше случится. События последних дней вымотали Ивана до такой степени, что не пугал даже расстрел.

Сопровождающий было принялся опять что-то объяснять, но гебешник нахмурился и тот немедленно заткнулся.

Сзади послышались шаги, как выяснилось, это привели военфельдшера Курицыну и еще какого-то красноармейца, длинного и худого, с густо усыпанным веснушками лицом. А еще зачем-то приперся тот самый мужик с санитарной сумкой, которого Иван машинально двинул. Этот притащил с собой снаряжение и оружие Ивана.