Чтение онлайн

Профессор Аргон понял, что совершил первую в жизни большую ошибку: он принял светящегося жучка за неизвестное небесное тело. Вероятно, этот жучок не мог почему-то улететь и в течение двух суток переправлялся по нитке от одной крыши до другой. А потом шторм сорвал нитку.

Когда в кабинет вошел удивленный и испуганный Эник, профессор чуть не плача рассказал ему о своей ошибке. Его ничуть не огорчало, что опасная планета оказалась зеленым жучком. Бенэм Аргон не беспокоился, что его ошибка станет всем известна и над ним будут смеяться. О Зеленой Искре знал лишь один Биром Бахбур, а ему все равно никто не поверит, если сам профессор не подтвердит.

Но профессор не мог себе простить, что отдал в руки миллиардера страшное оружие. Имея Розовый Луч, Железный Бахбур был не менее страшен, чем Зеленая звезда.

Профессор позвонил Бахбуру, желая предупредить его о бесполезности постройки аппарата и предложить расторгнуть сделку. Однако тот уже запросил крупнейшие обсерватории мира и убедился в ошибке профессора. Поэтому он не пожелал разговаривать с Бенэмом Аргоном. Секретарь ответил, что господин Бахбур находится в деловой поездке.

Профессору очень хотелось разбить трубку о голову секретаря, но тот был далеко, и он разбил ее о бронзовый письменный прибор. А к полуночи у него поднялась температура. Профессор простудился, когда искал под дождем пластинку. Он заболел.

Утром профессор выписал сам себе рецепт, и Эник сбегал в аптеку за лекарством. Потом профессор сказал, что ему лучше, и отправил Эника гулять. Тот помчался в порт. Он был подстрижен и одет в белый матросский костюмчик — обычную одежду «приличных мальчиков» Города Острых Крыш. Хорошо одетые прохожие уже не шарахались от него…

На одном из перекрестков стоял мальчуган, одетый в лохмотья, со скрипкой в руках. Маленький скрипач играл, и многие прохожие останавливались, чтобы послушать. Шляпы у него не было, и люди осторожно опускали мелкие монетки в карман его старой куртки. Чаще всего это были подвыпившие моряки.

Мальчик играл песенку о старом моряке, который, почувствовав приближение смерти, решил умереть в море и вышел в океан на парусном баркасе. Но в море его встретил шторм. Долго боролся старик с этим давним врагом моряков и остался победителем. В борьбе со штормом он помолодел и прожил еще много лет.

Вдруг на перекрестке показался велосипедист. Это был чрезвычайно толстый человек с красным лицом. Видимо, врачи посоветовали ему заняться велосипедным спортом для борьбы с ожирением. Кажется, толстяк плохо освоил технику езды на велосипеде. Руль не слушался его, и, несмотря на все старания свернуть в сторону, велосипедист наехал на мальчика-скрипача.

Увидев приближающегося полицейского, толстый господин немедленно обвинил мальчика в том, что тот пытался перебежать дорогу перед самым велосипедом. Так он хотел избежать штрафа. Полицейский схватил мальчика за ворот и собрался тащить в управление. Но тут подоспели еще двое велосипедистов: мальчик в черном матросском костюме и широкополой шляпе и необычайно худой и длинный человек в клетчатом кепи.

До этого они ехали за толстяком и с любопытством наблюдали за его попытками справиться с велосипедом. Сейчас мальчик-велосипедист с разгона остановился перед полицейским, едва не ударив его передним колесом.

— Вы видели, что мальчик не виноват! Отпустите его! — крикнул он. Полицейский шарахнулся от колеса, но скрипача не отпустил.

— Кто ты такой?! — заорал он на маленького велосипедиста.

Худой человек в клетчатом кепи необычайно жалобным и тонким голосом сказал:

— Вы с ума сошли! Это сын господина Бахбура!

Полицейский выпустил скрипача, щелкнул каблуками и, выгнувшись дугой, забормотал извинения.

В то время подошел Эник. Он не слышал, о чем говорил худой человек, но видел, что полицейский отпустил мальчика со скрипкой по требованию велосипедистов. В скрипаче он узнал своего товарища Сколя. Схватив его за руку, он нырнул в переулок — подальше от беды. На бегу он остановился и крикнул мальчику на велосипеде:

— Спасибо, друг!

Когда они пробежали квартал, Сколь остановился, оглядел Эника и спросил:

— Откуда?

— Потом, — отмахнулся тот, — бежим в порт.

По дороге Эник спрашивал:

— Румб пришел?

— Нет капитана.

— Давно пора бы…

— Пора. Но был шторм… а шхуна старая.

— Нет. Он, наверно, просто пережидал шторм.

— Может быть.

Ребята говорили спокойно, как бывалые моряки, но обоим было тревожно.

У портовых складов их встретили два брата — Азик и Рум. Оба голодные, но веселые. Увидев Эника в новой одежде, Азик свистнул и сказал:

— Эник получил наследство.

— Ничего подобного, его усыновил Железный Бахбур, — возразил Рум.

— Бросьте шутить, ребята, — возмутился Эник. — Бахбур не при чем. Я потом все расскажу.

— Вчера на заводах Бахбура была забастовка, — тихо сказал Азик. — Бахбур приказал стрелять в бастующих. Многих убили.

— Смотри! — указал Рум на высокую стену портового склада. Там была выведена известью громадная надпись:

— Гад! — сказал Эник.

— Где Нааль? — спросил он через минуту.

— Наверно, у Памятника, как всегда.

— Пойдем к нему, — просит Эник ребят.

— Да расскажи в конце концов, откуда ты свалился в таком виде, — не выдерживают все трое.

— Там и расскажу. Пошли.

Мальчики идут по старым переулкам к пляжу. Вдруг Эник спохватывается:

— Есть хотите?

Он достает из кармана монету в один таним, которую ему сегодня подарил профессор.

Потом друзья продолжают путь, жуя на ходу жареную рыбу с хлебом, купленную у бродячего торговца.

Около трехсот лет назад к Городу Острых Крыш подошел трехмачтовый корабль. Не входя в гавань, он приблизился со стороны Белых скал, рискуя разбиться о камни. Пренебрегая опасностью, он встал у самого берега, поднял черный флаг и стал обстреливать город. Все береговые укрепления были у гавани, потому что никто не думал, что вражеские корабли могут подойти к скалам.

Пользуясь безнаказанностью, пираты громили город и готовили десант.

Вдруг в той же стороне появился другой корабль. Он встал рядом с пиратами и, не поднимая флага, дал по ним залп всем бортом. Пиратский корабль сразу загорелся и стал тонуть. Большинство пиратов погибло, уцелевшие высадились под огнем неизвестного корабля на берег и с боем ушли в леса.