Чтение онлайн

Тот странный и загадочный человек с Востока, которого мы знаем как Лорд Бримфорд, был встревожен с самого начала сражения этими звуками — ясно различимыми даже на расстоянии более мили от линии фронта — а также поведением своего пса, Автлы, который внезапно вскочил на ноги и сделал стойку, то есть вытянул свои вислые уши вверх настолько, насколько мог, и беспокойно посмотрел на Варлока, как если бы хотел сказать, «Хозяин, что-то беспокоит тебя?»

Бримфорд тоже встал на ноги и вышел из палатки, в которой отдыхал.

— Мой дорогой Автла, — сказал он. — Я думаю, что так оно и есть. Я представляю себе, что через несколько минут нас позовут и официально попросят выполнить нашу часть плана, а мы будем вынуждены не менее официально сообщить Чародейке с Горы Дзур, что не в состоянии выполнить ее приказ, после чего вернемся сюда, опять заберемся в палатку и будем лежать, совершенно бесполезные, и ждать исхода битвы, в которой решается будущее моей любимой, моя собственная судьба и некоторые другие, менее важные вопросы, вроде существования этой Империи, которую эльфы ценят так высоко.

Пес презрительно дернул ухом, а кошка, Сиренг, откровенно зевнула.

Пока Варлок стоял перед палаткой и разговаривал со своей семьей, гонец, на груди которого был знак, говорящий о том, что он принадлежит свите Главнокомандующей, подошел к нему, поклонился и сказал, — Милорд… — надо сказать, что эти слова вышли изо рта гонца с некоторым усилием, — битва началась и вы в любой момент можете использовать ваше колдовство.

— Очень хорошо. Где Сетра Лавоуд?

Гонец заколебался. Он, мы должны сказать, был неуверен, должен ли он отвечать на этот вопрос. В конце концов сейчас он только гонец, ему не приказывали отвечать на вопросы. К тому же Восточнику. К тому же этот Восточник даже не носил мундира (а мундир Императорских войск включал в себя значок с эмблемой Феникса, которую носили на левой стороне груди, и золотистый берет на голове — ради сегодняшней битвы этот костюм надела даже Сетра Лавоуд).

Бримфорд терпеливо ждал, и в конце концов гонец решил, что поскольку ее ставка была отмечена флагом, который можно было увидеть за пол-лиги во всех направлениях, не будет ужасным нарушением секретности, если он сообщит Восточнику эту информацию, так что он просто указал на этот флаг и объяснил, что генерала можно найти недалеко от него, окруженную гонцами и адептами, и что ее легко узнать, во-первых, по бледной коже, и, во-вторых, по трем мечам, вышитым на берете и символизирующим ее ранг.

Бримфорд вежливо поблагодарил гонца, и, следуя этим совершенно ненужным указаниям (то есть, если бы гонец просто сказал, «она в своей ставке», этого было бы вполне достаточно), быстро нашел Чародейку, которая спокойно сидела под своим тентом на низком, удобном стуле и, на первый взгляд, отдыхала, вытянув ноги перед собой. Автла немедленно сунул нос в ее руку; Сиренг, со своей стороны, прыгнула Сетре на колени.

Варлок поклонился и сказал, — Генерал, так как, надеюсь, именно так я должен обращаться к вам…

Чародейка пожала плечами, как если бы хотела сказать, что ей совершенно все равно, как к ней обращаются.

— Я надеюсь, что сражение идет достаточно хорошо.

— Приветствую вас, сэр. Однако еще слишком рано о чем-то говорить. На Старой Западной Дороге битва в полном разгаре, и то же самое на Нижнем Кейроне. Если и будет атака по Дороге на Северные Ворота, то она, по меньшей мере, еще не началась. Я думаю, вам передали, что вы можете начинать — то есть вы здорово поможете нам, если опять сделаете то, что с таким успехом делали раньше.

— И, тем не менее, как я имел честь сказать вам вчера, что-то мешает всем моим попыткам.

— Но это было вчера, мой дорогой сэр. Пытались ли вы сегодня?

— Да, на самом деле, да.

— Тогда продолжайте ваши попытки. У меня есть все основания надеяться, что, рано или поздно — и, я надеюсь, скорее рано — у вас получится.

— Очень хорошо, Генерал.

— То есть вы продолжите ваши попытки?

— Я буду делать их каждую минуту. Видители ли, Генерал, я бы не хотел ничего другого, но только помочь вам в сражении. И я, конечно, незамедлительно сообщу вам, если мне это не удастся.

— Да, действительно хорошо знать, что у вас ничего не вышло. Но также я бы хотела немедленно узнать, если у вас получится, потому что тогда я смогу изменить тактику и действовать иначе.

— О, если я у меня получится, я имею честь думать, что вы очень скоро об этом узнаете. На самом деле я даже настаиваю, что в этом случае произойдут события, которые не оставят места для сомнений.

— То есть результаты будут достаточно впечатляющими?

— Даю вам слово.

— Очень хорошо, полагаюсь на вас, сэр.

— Вы можете, Генерал.

Бримфорд отдал неслышный приказ Автле и Сиренг, дав им знать, что он хочет от них, и эти странные, даже загадочные звери пробежали через лагерь, пересекли дорогу и исчезли в лесах, находящихся на северо-запад от Адриланки. Варлок, со своей стороны, уже собирался в очередной раз попробовать свои особые заклинания, когда из павильона, находившегося за спиной Чародейки, появился гонец и подошел к ней.

Как мы уже сказали раньше, это было первое сражение, в котором была использована телепатия, то есть способность одного индивидуума переговариваться с другим, физически находящимся далеко от него. Сказав это, мы должны добавить пару слов о том, как это было сделано.

Сетра Лавод немедленно оценила то, в какой степени такой способ передачи сообщений может повлиять на удачный исход сражения — на самом деле говорили о том, что как-то раз она заметила Ее Величеству, что возможность постоянно принимать и передавать сообщения более важна в битве, чем разрушительная сила всех заклинаний вместе взятых. Поэтому еще до того, как он узнала, что Кана предпримет атаку, от которой ей придется защищаться, она начала создавать этот вид связи. Для этого несколько месяцев назад Чародейка начала обучать пятьдесят или пятьдесят пять волшебников, которых назвала «войска связи», и отдала их всех под командование некоего Ястреблорда по имени Паарфи Ховаальский (который, мы должны добавить, никак не связан с автором этих слов). Ко времени битвы было уже несколько пар «двухсторонних адептов», как называла их Чародейка, или «адептов», как они называли себя сами, когда Чародейки не было поблизости — волшебников, каждый из которых мог легко говорить с другим, примерно так, как говорят друзья, стоя лицом к лицу друг с другом (и даже легче чем, например, в том случае, когда вы пытаетесь поговорить в переполненой общей комнате постоялого двора).