Чтение онлайн

Сейчас Ламберт понимал, что неадекватно отреагировал на ее жалкую угрозу уйти. Конечно, она это ляпнула просто так; никогда Филиппа от него не уйдет. Но уж очень она его допекла! Он до смерти перепугался и решил, что должен удержать ее любой ценой, сохранить брак, по крайней мере, до тех пор, когда что-то более или менее прояснится. Вот и сорвался. Пожалуй, он хватил через край. Ладно, зато притихнет на время…

Зазвонил телефон, и Ламберта пронзил страх. Неужели Эрика Фортескью из Первого банка звонит из приемной, сейчас поднимется сюда…

Он схватил трубку, рявкнул, пытаясь скрыть страх:

– Да?

– Ламберт? – Это была его секретарша, Люси. – Я договорилась о переносе заседания.

– Хорошо.

Ламберт положил трубку. Сейчас ему не до заседаний. Он не в состоянии ни с кем разговаривать. Нужно придумать, что делать.

Пойти прямо к Ричарду, объяснить ситуацию и попросить о помощи? Согласится ли Ричард? Сумма задолженности всплыла в сознании Ламберта, его затрясло. Число, которое казалось ничтожным на фоне гигантского состояния, обещанного Филиппе, теперь выглядело несообразно большим. Ламберт зажмурился и попробовал представить себе, как он униженно молит Ричарда о поддержке и молча выслушивает его нравоучения. Тоска-то какая! Сплошной беспросветный кошмар.

Все Ларри Коллинз виноват, подумал вдруг Ламберт, приятель, работавший в банке. Ларри сам предложил ему превысить кредит. На него произвели сильное впечатление слова Ламберта о том, что Филиппа скоро получит миллионы. Он уверял, что высоко ценит такого клиента, что вполне можно обойтись без формальностей и бумажной волокиты. Повысить допустимую сумму перерасхода – не проблема. Не будь Ларри безответственным дебилом, не хлопай ушами его начальство, у Ламберта и не было бы никогда та кого громадного перерасхода, и проблемы просто не возникло бы. Нет, никто не додумался проконтролировать, и перерасход рос как на дрожжах – а потом Ларри уволили. Смылся, голубчик, с него и взятки гладки, а он, Ламберт, отдувайся теперь за все.

Что же делать? Если взять с десятимиллионного счета пятьдесят тысяч и сунуть банковским деятелям, чтобы успокоились, то придется найти способ возместить эту сумму Ричарду до конца года. Просто так оставить нельзя, Ричард обязательно заметит недостачу. Нужно снова превысить кредит – а кто ему теперь позволит, Ларри-то в банке больше не работает! Тем более нет никаких гарантий, что Филиппа деньги получит. Ламберт в отчаянии стиснул кулаки. Хоть какое-нибудь доказательство, чтобы убедить очередного дурака подписать ему кредит. Несчастная бумажонка или письмо. Что-нибудь за подписью Ричарда.

Две недели спустя Ричард сидел в кабинете Оливера Стерндейла и подписывал одну бумажку за другой. Поставив последнюю подпись, он надел колпачок на авторучку Оливера и с улыб кой посмотрел на старого друга.

– Готово.

– Готово, точно, – кисло ответил Оливер. – Ты хоть понимаешь, что ты теперь практически нищий?

Ричард засмеялся.

– Оливер, для человека, только что распростившегося с десятью миллионами, у меня осталось неприлично много денег. И тебе это прекрасно известно.

– Ничего такого мне не известно, – отрезал Оливер.

Встретился взглядом с Ричардом, и вдруг в его глазах заиграли огоньки.

– Впрочем, раз уж тебе так полюбилась эта безумная идея, позволь тебя поздравить с ее успешным воплощением.

– Ну, поздравь.

– Поздравляю! Эти двое молодых людей теперь весьма богаты, – заметил Оливер. – Ты уже решил, когда им сказать?

– Нет пока. Времени еще много.

– Время есть, – согласился Оливер, – но нужно же их как-то подготовить. Особенно Филиппу. Как бы не оказалось, что ее тридцатилетие уже завтра, а ты только еще подыскиваешь слова, чтобы сообщить ей, что она вот-вот станет миллионершей. Такие сюрпризы имеют порой довольно неприятные побочные эффекты.

– Я понимаю, – кивнул Ричард. – На самом деле я уже думал о том, чтобы пригласить сюда Энтони и Филиппу – через месяц-полтора – и вместе с тобой все им объяснить. Ты как-никак доверенное лицо.

– Хорошая идея, – поддержал Оливер. – Даже замечательная.

– Знаешь, я чувствую себя таким свободным, – сказал вдруг Ричард. – Я и не сознавал, как все это на меня давит. А теперь я могу…

Он умолк и слегка покраснел.

– Как собирался, начать с чистого листа?

– Именно.

Оливер тактично кашлянул.

– Ричард, не хочешь ли ты мне о чем-нибудь рассказать – как своему юристу?

– Да вроде нет.

– Ты ведь сказал бы мне, если бы… что-нибудь такое было?

– Само собой.

На губах Ричарда играла легкая улыбка. Оливер строго посмотрел на него.

– Заметь, я не имею в виду факс из Лас-Вегаса: «Знаешь, нас тут оженили».

Ричард расхохотался.

– Оливер, за кого ты меня принимаешь?

– За порядочного человека и хорошего друга. – Оливер в упор смотрел на Ричарда. – А еще – за человека, которому может понадобиться защита.

– От кого, позволь спросить?

– От тебя самого. От собственной щедрости.

– Оливер, что ты говоришь?

– Я ничего не говорю. Только пообещай, что не женишься, не сообщив сначала мне. Прошу тебя.

– Честное слово, Оливер, мне бы это и в голову не пришло. И кто сказал, что я вообще собираюсь жениться?

Оливер насмешливо улыбнулся.

– Ты серьезно меня спрашиваешь? Могу пре доставить тебе целый список, если угодно. Первым в списке будет стоять имя моей жены.

– Лучше не надо! – хмыкнул Ричард. – На самом деле меня совершенно не волнует, кто, что обо мне говорит. Пусть болтают, если им нравится.

– А раньше тебя это волновало?

Ричард задумался.

– Пожалуй, нет. Зато Эмили страшно беспокоилась о таких вещах. А я, естественно, беспокоился за нее.

– Н-да, могу себе представить. А ты действительно изменился, знаешь?

– Разве? – с невинным видом спросил Ричард.

– Не прикидывайся! – Оливер помолчал. – Серьезно, я рад, что у тебя все так хорошо складывается. Ты это заслужил.

– Не уверен. Но все равно спасибо.

Взгляды мужчин встретились.

Через несколько мгновений Ричард отвел глаза.