Чтение онлайн

– Ро-он!

Я открыл глаза, но почему я ничего не вижу?

Так это солнце! Оно было слишком ярким. Чье же это лицо? Льорка! Э, да я же дома! Ха!

Рон сидел верхом на толстой ветке ротоука. Руджен восседал чуть пониже, в развилке, упираясь ногами в ствол. В десяти ярдах от них лес резко обрывался, и начинались поля пограничной деревушки. Теперь она уже не существовала.

Еще один бой. У Вильне. Первыми приняли на себя удар Друскен и Тино. Сперва ротени не очень волновались. Их граница всегда была надежна, а сделать ее и вовсе непроходимой было очень легко. Множество засек, ловушек и засад выросли на пути врагов. Но каватсы не желали сражаться в лесу, где каждый ротен, даже малыш, стоил десяти врагов, пробираться через засеки и ловушки. Поэтому войска Империи превращали в пустыню все, что встречали на своем пути. Трис-Брок лежал в руинах. Фронт раскинулся по всей северозападной границе Ротонны. В Мэгиене их наступление временно застопорилось, но Серентин пал, а Кэрол Тивендаль был в осаде. К счастью, в долине Эйну было достаточно продовольствия, чтобы делиться им с осажденным городом и его защитниками. Опытные маги умудрялись не передавать еду, а копировать ее. К сожалению, таких было не очень много. Тем не менее, дальняя связь действовала весьма успешно, и враги, не подозревавшие о ее возможностях были разочарованы, когда поняли, что голод не будет их помощником. Таким образом, в военных действиях на востоке наблюдалось затишье.

Но на западе дела шли угрожающе. Прежде независимые острова были захвачены, а после того, как падет Ротонна, и каватсы получат в качестве базы ее побережье, та же участь неминуемо ожидает и западные острова, а следом за ними и Элдарон, опасно близкий к Аулэйносу.

До сих пор флот Элдарона мог защитить свои владения. Но, так как на корабли можно перебросить очень ограниченное число людей и запасов, не говоря уж о том, где взять столько магов на кораблях, наличие дружественных портов имело огромное значение.

Осознав все это, твен немедленно заключили с ротени военный союз, обязуясь защищать Ротонну вместе с ее жителями, а в случае поражения – перебросить оставшихся в живых на восточный материк.

«Скорее всего, так оно и будет.» – мрачно подумал Рон.

Каватсы стремились давать сражения только на открытых пространствах, где они свободно могли манипулировать колоннами зомби. Сначала ротени пытались отступать, надеясь все-таки заманить врагов в лес. Но вражеские лучники под прикрытием огромных машин засыпали леса страшными снарядами, которые приносили с собой мешочки с воспламеняющейся жидкостью. Использовались и огнеметы. Положение усугублялось тем, что лето было необычайно жаркое.

Сами каватсы заставляли зомби поливать водой то немногое имущество, которое тащили с собой воины империи, и которое могло загореться.

И лучники, и огнеметчики были рекрутами, действовавшими в трансе. Они ничего не боялись и не чувствовали боли, продолжая выполнять свои задания, несчадно обстреливаемые ротийскими лучниками.

Каватсы не слишком печалились, теряя солдат. Ведь с каждым захваченным городом или деревней в империю тянулась новая колонна «необученного материала».

В конце концов, ротени не выдерживали и принимали бой. Как сейчас. Собственно говоря, это не было заранее спланированным сражением. Каватсы занимались своей рутинной деятельностью – превращением леса в пепелище, которое потом можно будет сравнять с землей, а ротени пытались не подпустить поджигателей к лесу.

Мэгиена посылала в бой пехоту, а ротени составляли кавалерию. Основной задачей последних было уничтожение команд поджигателей и захват огнеметов. Из опыта трех предыдущих сражений, на других участках фронта, Рон знал, что выполнить ее было очень трудно. Каватсы, видя, что их атакуют, немедленно оттягивали назад ценное оборудование, и вперед выходили колонны зомби и рекрутов, не давая всадникам приблизиться. Позади на случай прорыва вскоре сосредотачивались кадровые военные.

В сражении чувствовать себя свободно из всей армии каватсов могли только гвардейцы. На остальных оказывалось ментальное давление различной силы. Например, от кадровиков требовали выиграть бой во что бы то ни стало, а рекрутам неслышно шептали: «Ни шагу назад!».

Сражение пехоты твен с колоннами зомби происходило очень нетривиально. Когда твен подходили достаточно близко, первая шеренга закрытой со всех сторон и сверху щитами колонны, отделялась, бросая щиты на землю. Перед пехотой возникало двадцать дикарей, вооруженных палицами с шипами. Одновременно их мозги наполнялись яростью: «Они – твои смертельные враги, ты их ненавидишь, у тебя только один шанс, тебе нечего терять».

Профессионалы Мэгиены сражались блестяще, и лучники Ротонны были настороже, но, по меньшей мере двое воинов из армии союзников, погибали или получали тяжелы ранения прежде, чем все 20 зомби уничтожались. Против разъяренного быка даже ловкость и мужество порой дают осечку.

Рону порой казалось, что на его глазах творится какое-то безумие. Каватсы теряли сотни людей, чтобы уничтожить единицы врагов и продвинуться на несколько ярдов. И тут же возмещали их своими пленниками. Не исключено, что эта немыслимая война станет самоубийством для человечества. От него останется лишь жалкая кучка детей в Мэгиене и Каватлоне. Но как остановить этих безумцев?

На поле метались колонны, то и дело поворачиваясь. Словно, кто-то пытался тяжелой булавой действовать, как рапирой.

– Более дурацкого боя в жизни не видел! – с раздражением сказал Рон. Несмотря на серьезность ситуации Руджен хмыкнул:

– У тебя, по всему видать, богатый опыт!

Опять пошел дождь. Группа магов сосредоточилась на управлении погодой, чтобы в случае пожара пламя можно было быстро потушить. Но получалось у них не всегда. Другая группа пыталась воздействовать на зомби с помощью четвертого, предпоследнего пароля, который узнал Рон в форте Мэкса. В Друскене это удалось, и несколько колонн безмозглых принялись уничтожать друг друга и находившихся поблизости военных, а другие в панике разбежались по полю, прямо навстречу ротени. Тогда было захвачено немало трофеев. Но вражеское командование, видимо, быстро раскусило уловку врагов и сменило пароли. Рон был в этом уверен, но маги еще надеялись.

Великой мечтой командования Мэгиены было захватить «языка» – зомби. В штабе были уверены, что смогут вытрясти из него пяты пароль – пароль держателя. Тогда каватсам пришлось бы туго.

Однажды этот план едва не удался, но после этой попытки любой зомби, находящийся больше, чем в двадцати ярдах от своей двадцатки кончал жизнь самоубийством. Даже естественные нужды команда справляла одновременно, в тщательно охраняемом месте.

Каватсы, не зная всех возможностей противника и уже ни в чем не уверенные, действовали с максимальной осторожностью.