Чтение онлайн

«Есть и другая причина, по которой я жила отшельницей», – продолжала Алистер. – «Мне рассказали о могущественном пророчестве относительно моего рождения. В нем говорится, что я буду нести одновременно и великое исцеление, и великое разрушение тем, кто меня окружает. Я не хотела подчинять тебя – или кого-то другого – своей судьбе».

«Не все пророчества сбываются, миледи», – сказал Эрек, тронутый тем, что она поделилась столь многим, понимая чувство вины, с которым она живет. – «Пророки смотрят сквозь тусклое стекло. Часто все видение является неясным. Ты не должна чувствовать себя виноватой. У тебя прекрасная душа. Не имеет значения, кто твой отец. И любое пророчество, которое говорит об обратном, ошибается».

Алистер крепко прижалась к Эреку, и он снова почувствовал, что должен ответить ей взаимностью, учитывая ее признание. Он никогда никому много не рассказывал о своем прошлом, но понимал, что тоже готов с ней поделиться.

«Я кое-что знаю о пророчествах», – произнес Эрек.

Алистер наклонилась вперед и посмотрела на него.

«Видишь ли, я родом из Южных Островов Кольца. Лишь немногие люди знают об этом, но я тоже сын Короля».

Алистер ахнула.

«Ты никогда этого не говорил», – сказала она.

Эрек пожал плечами.

«Я сужу о себе не по тому, откуда я родом, а по тому, что сделал сам. Когда я был молод, мой отец отправил меня в Кольцо, к Королю МакГилу, чтобы я поступил к нему на службу. МакГилы стали моей приемной семьей, и мне так нравится быть членом Серебра, что я никогда не возвращался домой, никогда больше не видел ни своего отца, ни своих людей».

«Значит, ты не являешься наследником престола Южных Островов?» – спросила Алистер.

«Нет», – признал Эрек. – «Они гордые и великие люди, и они ждут моего возвращения. Однажды, может быть, я вернусь. Это многое будет значить для моего отца и для моих людей. Я откладываю свое возвращение, потому что знаю – когда я вернусь домой, мне будет сложно когда-нибудь вернуться в Кольцо. Я чужой здесь, но в некотором смысле Кольцо стало моим домом. И преданность – это то, к чему я отношусь очень серьезно, всем сердцем».

Они продолжили ехать в уютной тишине, когда Эреку что-то пришло на ум.

«Если я когда-нибудь вернусь туда, поедешь ли ты со мной?» – спросил он, волнуясь из-за того, что девушка может отказаться.

Алистер наклонилась вперед и улыбнулась.

«Я буду сопровождать тебя на край земли», – ответила она. – «Независимо от того, кто ты – принц, прославленный рыцарь или обычный воин. Я люблю тебя всем сердцем».

Сердце Эрека наполнилось еще большей любовью, чем он когда-либо испытывал, он обернулся и, наклонившись назад, поцеловал девушку, в то время как они продолжали ехать в ночь.

Внезапно армия остановилась, когда они добрались до вершины хребта, и Эрек остановился вместе с ними. Он посмотрел туда, куда указал Герцог.

Эрек тоже это увидел – перед ними находился город, сделанный из сияющего красного камня, построенный прямо на краю Каньона.

Если они будут скакать всю ночь, то к утру приедут в него.

В Силесию.

Торгрин летел на спине Микоплес, наконец, снова поднявшись с вершины Хайлэндс в воздух, ныряя вниз, направляясь на восток к лагерю Андроникуса. Второе солнце теперь уже низко сидело на небе, поскольку Тору понадобился целый день для того, чтобы убедить Микоплес пошевелиться и снова взлететь.

Микоплес летела неохотно, делая огромные круги, немного приближаясь, после чего снова делая круг назад, дальше, пронзительно крича. Тор не понимал ее поведения. Он никогда не видел дракона таким. Он ощущал ее глубокое раздвоение чувств относительно продвижения вперед, и молодой человек не мог избавиться от ощущения, что у дракона плохое предчувствие. Она видела будущее, которого не смог увидеть он?

Тор посмотрел вниз и через впечатляющий закат, охвативший Кольцо, отбрасывающий красноватую тень на все вокруг, он увидел бесконечные войска лагеря Андроникуса. Когда Тору удалось заставить Микоплес подлететь ближе к середине, он заметил то, что могло быть только шатром Андроникуса, который в десять раз превышал размеры других шатров с широкой поляной вокруг него. Они пролетели над ним, низко кружась.

Когда они это сделали, Тор увидел страх на лицах всех воинов Империи, которые смотрели в него. Они боялись не зря – если Тор захочет, он сможет нырнуть вниз и заставить Микоплес сжечь их живьем, как она поступила с их товарищами. Он мог убить их всех одним махом, включая своего отца. Ему хотелось этого больше всего.

Но, связанный долгом, Тор поклялся выполнить приказ и принять капитуляцию Андроникуса.

Пока Тор кружил, поляна стала шире, люди Андроникуса расчистили пространство для него и для Микоплес. Микоплес встала на дыбы и закричала, когда они приблизились к земле, подняв свою голову, словно отказываясь приземляться. Тор озадаченно посмотрел на нее. Он ощущал ее желание дышать огнем, и ему понадобилась вся воля, чтобы заставить ее отказаться от этого.

«Не бойся, Микоплес», – сказал Тор.

«Я боюсь не за себя, а за тебя», – услышал он ее мысли.

«Не бойся за меня», – сказал Тор. – «Ты рядом со мной, и Меч Судьбы находится в моей руке. Никто и ничто не может причинить нам вреда».

Микоплес неохотно опустила свои большие когти на землю.

Они опустились посреди враждебного и чужого лагеря, над которым повисла мертвая тишина. Ни один человек не пошевелился, все воины Империи застыли от страха, когда Микоплес приземлилась на пыльную землю, и Тор спешился перед шатром Андроникуса. Все солдаты Империи, на чьих лицах был выгравирован страх, сохраняли безопасное расстояние.

Тор стоял, сжимая в руке Меч. В воздухе висело напряжение, и он оглянулся по сторонам, его сердце бешено колотилось в ожидании. Молодой человек нервничал перед первой встречей со своим отцом, перед первым разговором с ним. Микоплес рядом с ним издала звук, напоминающий рев или рычание. Было очевидно, что ей не нравилось находиться здесь. Тор чувствовал, как она нервничает. Он и сам был на грани. У него было дурное предчувствие.

Наконец, началось движение, и Тор увидел, как открылись створки, и из шатра вышел человек.

Его отец.

Сердце Тора неистово колотилось, когда он встретился с ним лицом к лицу. Весь его мир застыл.

Андроникус медленно вышел из шатра и шагнул к нему. Тор был ошеломлен ростом, шириной и размером своего отца. Это был огромный человек восьми футов в высоту, шириной со ствол дерева, с проступающими на его красной коже мышцами, с длинными клыками и изогнутыми желтыми рогами, выступающими из его лысой головы, со светящимися желтыми глазами. На его шее висело ожерелье, которое, к ужасу Тора, было пронизано высушенными головами.