Ритуал мечей
Шрифт:
Но какой у нее выбор? Они заставили ее действовать немедленно, и теперь это был вопрос жизни или смерти. Свобода и честь были намного важнее для нее – для каждого из них – чем жизнь.
Глядя вниз, Гвендолин заметила суматоху в воротах – казалось, что группа слуг спорит с прибывшим посетителем. Когда Гвен наклонилась над краем и присмотрелась внимательнее, она не поверила своим глазам. Девушка узнала спешившегося человека – он был низкого роста с кривой спиной, и нес в руках большой лук. Она узнала бы эту фигуру где угодно.
Это невозможно. Неужели Штеффен вернулся в Силесию? Или ее разум играет с ней шутку?
Вдруг у входа в парапеты раздался какой-то шум и, обернувшись, Гвен увидела, что к ней спешит старший слуга.
«Миледи», – взволнованно произнес он, потея. – «У ворот какая-то суматоха. Пришел посетитель, который заявляет, что знает вас. Конечно, учитывая его внешний вид, я полагаю, что он лжет, и мы готовы бросить его в темницу».
Лицо Гвендолин вспыхнуло от смущения. Бросив взгляд вниз, она увидела, как Штеффена уводят от главного замка по направлению к темнице. Она видела потрясение и стыд на его лице.
«Приведите его ко мне немедленно», – решительно приказала девушка.
Глаза старшего слуги широко распахнулись от удивления.
«Вы знаете его, миледи?»
«Так же хорошо, как и себя. Его зовут Штеффен, и вы должны оказывать ему наивысшие почести и уважение. Если бы не он, я была бы уже мертва. Он – моя правая рука, и ему должны быть предоставлены все привилегии, которые может предложить это королевство. Отправляйся к нему немедленно!» – сказала она повышенным тоном.
С широко раскрытыми от удивления глазами слуга поклонился, развернулся и убежал прочь.
Гвен слышала, как его шаги эхом отражаются от стен, и по страху, прочитанному в его глазах, она поняла, что он тотчас же выполнит ее приказы.
Она посмотрела вниз и увидела, как он бежит по двору к группе слуг, как он остановил их всех, как все они растерянно посмотрели на него, как на смену замешательству пришел страх. Они поклонились Штеффену, извиняясь, и Гвен с удовлетворением увидела, что Штеффен слегка выпрямился. Его повели в замок.
Через несколько минут Штеффен появился на крыше и, не медля, Гвен побежала к нему, наклонилась и обняла.
Штеффен стоял, чувствуя себя неловко, словно боялся ответить на объятие особы королевских кровей. Но, наконец, он сделал это, пусть и нерешительно. Затем он отстранился и поклонился.
«Миледи», – произнес Штеффен. – «Я пришел сразу же, как только услышал о том, что Вы покинули Башню. Если Вы решите дать мне должность с другими слугами, конечно же, я приму любое Ваше желание. Но если Вы снова позволите мне находиться возле Вас, я буду сражаться не на жизнь, а на смерть, чтобы защитить Вас от любой беды».
Гвендолин улыбнулась в ответ.
«Штеффен, ты – моя правая рука и один из немногих людей в моей жизни, кому я могу доверять. Тебе будут предоставлены все почести, которые может предложить это королевство. Больше никогда не говори о том, чтобы стать слугой».
Глаза Штеффена широко распахнулись, он улыбнулся, глядя на нее, после чего снова склонил голову.
«Да, миледи».
«Ты пришел как раз вовремя», – сказала Гвен. – «Завтра на нас нападет мой дядя. Веришь или нет, но Силесия снова готовится к осаде».
«Миледи», – сказал Штеффен. – «Что бы ни случилось, я останусь рядом с Вами».
Гвен развернулась и решительно посмотрела на своих людей.
«Давайте снова в деталях рассмотрим нашу защиту», – произнесла она. – «Где мы наиболее уязвимы?»
Срог прокашлялся.
«Миледи, защита наружной стены будет проблемой», – ответил он. – «Повреждение, нанесенное Андроникусом, обширно. Даже если мы удержим одни ворота, есть еще много других ворота, которые мы должны обезопасить. Нам просто не хватает людей. Люди Тируса являются опытными воинами – и они это знают. Кроме того, у них имеется достаточно людей для того, чтобы испытать ворота».
«Вероятно, они разведали об этом еще прежде, чем приблизились», – добавил Кендрик.
«Что вы рекомендуете в таком случае?» – спросила Гвендолин.
Кендрик потер подбородок.
«Они рассчитывают, что мы будем защищать ворота», – начал он. – «Я предлагаю удивить их. Давайте позволим им войти в ворота. Мы можем разместить своих людей у внутренней стены, у самого края Каньона, блокируя вход в Нижнюю Силесию. Они войдут и увидят пустой город, не встретив сопротивления, и это собьет их с толку. Тогда мы сможем атаковать их со всех сторон».
«Это хороший план», – сказал Срог. Он повернулся лицом к внутреннему двору. – «Мы можем разместить лучников так», – добавил Срог, указывая на различные места вдоль городских стен. – «И копья внизу. Мы сможем вывести из строя первую тысячу, прежде чем они перегруппируются».
«А что потом?» – спросила Гвен.
Срог и остальные воины переглянулись удивленными взглядами.
«После этого они одолеют нашу оборону. Пути вокруг нет», – ответил Срог. – «Но мы можем отступить к Нижней Силесии и укрываться там как можно дольше».
Гвен вздохнула.
«И если мы отступим в нижний город», – спросила она. – «Как долго мы продержимся, пока не погибнем?»
Они покачали головами, и Гвен увидела страх на их лицах.
«С той провизией, что есть у нас сейчас, возможно, мы продержимся неделю. Может быть, две», – Срог прокашлялся. – «Я бы хотел, чтобы у меня была лучшая стратегия, миледи. Но они значительно превосходят нас числом, наши люди ослаблены и наше продовольствие на исходе».
Гвендолин окинула взглядом весь город, обдумывая все, что они сказали. Она сделала глубокий вдох, положила руки на бедра и начала рассматривать городские стены и воинов. Девушка обдумывала все варианты, но ни один из них ей не нравился. Некоторые означали разрушение, но ни один не приводил к победе.