Чтение онлайн

Это была операция, точнейшим образом просчитанная блестящим умом. От начальной посылки — факт появления в башне — до завоевания полного и нерушимого доверия. Именно оно, и ничто другое, было целью третьего этапа. У Сашки не было шансов, никаких. А до завершающего, четвертого, дело не дошло только благодаря Маше.

Еще с того жуткого дня турнира в прошлом году Сашка начал подозревать, что именно собиралась сообщить ему Лилия, когда в квартиру к нему вломилась Маша с вылеченным ею цветком иссопа. Действительно, почва подготовлена и тщательно удобрена, чего тянуть? Лилия, как пить дать, давно была готова к заключающему аккорду, своему главному признанию, что неминуемо поставило бы Сашку перед выбором — она или его друзья. И вот этот день настал. Всё складывалось удачно, разговор сам подошел к нужному моменту, и даже предваряющее признание смущение было разыграно великолепно, но тут случилось неожиданное.

Вряд ли Маша стала бы так яростно отстаивать свою точку зрения, не воспользуйся Андрей в позапрошлом году железной книгой, чтобы показать ей ближайшее будущее. Сашка был убежден, что Лилия ей нравилась. И даже драка его с Игорем, после которой у Маши появились первые подозрения, не изменила ее отношения. Маша честно призналась, что до момента, пока окончательно не совпали кубики той картинки, которую увидела она с помощью железной книги, свои подозрения она принимала за «показалось».

Она сделала только одну ошибку — ей следовало всё рассказать Сашке, а не действовать за его спиной. И тогда сейчас он не мучился бы вопросом, какова же была конечная цель Лилии, та самая цель, ради которой был послан сюда этот бездушный компьютер в девичьем обличии. Операция по ее уничтожению, задуманная и успешно проведенная Машей, не оставила возможности это узнать.

Но оставалась еще сама Маша, которая наверняка помнила слово в слово их диалог на лестничной площадке, после которого она запустила в Лилию иссопом. С новыми данными, полученными от Игоря, у нее могла родиться какая-нибудь идея.

Сашка решил поговорить с ней об этом при встрече или даже напроситься к ней в гости, но сначала ему надо было прийти в себя. Ему и так казалось, что он заболел и никогда уже полностью не выздоровеет.

Оттого он с радостью ухватился за спасательный круг в виде курсов оказания первой помощи и на следующий день точно в девять утра уже сидел в ярко освещенной комнате со множеством стульев по стенам, посередине которой стоял большой стол, где лежал разобранный на части несколько странный на вид манекен.

— Лучше знать, как оказывать первую помощь, ни разу не испытав в этом потребность, чем хотя бы раз изведать в ней нужду, не имея понятия, что и как делать! — громогласно заявил их инструктор, шустрый молодой человек примерно Сашкиного роста, с быстрыми глазами и стриженой под ноль головой.

Этим вступлением после знакомства он открыл курсы. «В точку!» — подумал Сашка, вспомнив свою беспомощность при виде лежавшего без сознания Андрея.

— Первая помощь относится к вещам, которые надо знать, но лучше никогда не сталкиваться с необходимостью их применения, — продолжал вещать Антон Маркович или просто Антон, как он сам просил себя называть.

Работал Антон на «скорой помощи», опыт имел колоссальный и потому являлся законченным циником.

— В чрезвычайной ситуации человек действует, пользуясь вбитыми в него навыками, — рубил он фразы, обращаясь к собравшимся в комнате двум десяткам человек, преимущественно лет на пять старше Сашки. — Или лишь создает панику, если требуемых навыков не имеет. Но и обладая таковыми, вы должны знать, что уверенный вид — залог успеха. От ваших трясущихся рук пациент сам запаникует, даже если не успел еще сообразить, что с ним произошло. Я уж молчу о каплях холодного пота с вашего лба, что непременно окажутся в его ране. Вам могут простить мерзейший характер, но никогда не простят неуверенность и некомпетентность, поэтому я здесь. Вопросы!

Все оживились. Коренастый румяный парень, что сидел в самом углу, поднял руку.

— Слушаю, — сказал Антон, поворачиваясь к нему.

Тот смущенно пробасил:

— Как насчет соблюдения закона? Слышал, что могут засудить, если не так помощь оказать.

Антон улыбнулся и оживленно заходил по комнате.

— Хороший вопрос, мы вернемся к нему позже. Однако, чтобы дать какой-то ориентир, я задам встречный вопрос. Представьте: перед вами упал человек. Дыхания нет, сердцебиение не прослушивается, пульс не прощупывается. Ваши действия, чтобы закон однозначно оказался на вашей стороне?

— Думаю, для начала спрошу согласия на оказание помощи, — неуверенно сказал крепыш.

Инструктора ответ развеселил.

— Чего его спрашивать, он уже мертв! Еще раз: дыхания нет, сердцебиение не прослушивается, пульс не прощупывается. Вы с кем общаться собрались?

В комнате раздались смешки. Бледная девушка с мальчишеской стрижкой, что сидела справа от Сашки, потянула его за рукав.

— Какой грубый! — прошептала она.

Сашка хотел возразить, что инструктор не грубый, а просто наверняка хорошо знает свое дело и потому очень уверен в себе, но передумал. Не все любят, когда у преподавателя острый язык. Хотя сам Сашка предпочитал именно таких, и великая язва Батон до сих пор оставался для него примером, как можно быстро и весело изучать сложные вещи.

Пришедшая на смену Муха тоже с каждым месяцем оттачивала хватку. Недавно Сашка ляпнул что-то, не дав себе труда подумать, и она тут же выдала с коротким смешком: «Этой фразе жалко приписывать значение определения, давайте сразу выбьем ее на скрижалях». А в другой день, придя в ужас от его решений на доске, воскликнула: «Петров, вы победили не задачу, вы победили здравый смысл!».

— Шутки в сторону, начинаем работать, — услышал Сашка. — Откройте розданные вам брошюры на седьмой странице и разбейтесь на пары.

Народ в комнате зашевелился. Сашка обежал всех глазами, прикидывая, кому бы составить компанию. Но тут его опять дернули за рукав.

— Давай с тобой! — сказала соседка и улыбнулась. — Меня Светлана зовут, между прочим.

Он улыбнулся в ответ.

— Давай! А меня Сашка.

Улыбка с губ девушки пропала, со щек исчезли славные ямочки.

— Сашка? — кисло, врастяжку и несколько заносчиво произнесла она. — Это что еще за простонародное сокращение? От Александра, что ли?

— Почему простонародное? — удивился он. — Мать Санькой называет, сам я обычно представляюсь Сашкой. Ну хочешь, зови Александром, — предложил он миролюбиво.