Чтение онлайн

— Уф! Федорыч, чего-то сегодня народ прорвало! А? — она повернула голову в сторону майора.

Как выяснилось, в комнате прибавилось действующих лиц. Гальченко притиснули к стене, и он сидел ровно, положив на стол руки. Около него стоял человек в темном комбинезоне, покачивая в руке пистолет.

Ещё один, точно такой же, стоял сейчас около неё.

— А?! Что такое? — её рука метнулась в сторону винтовки, которая должна была стоять сбоку от стола.

Должна. Но её там не оказалось.

— Не надо так волноваться, мадмуазель, — стоявший рядом с нею человек, покачал головой. — Оружие вам не потребуется.

— Кто вы такой?! И что тут делаете?

— Немцы это, — не меня положения, хриплым от волнения голосом, сказал майор. — Похоже, что всех нас повязали уже…

— Вы не ошиблись, — кивнул немец. — Позвольте представиться — обер-лейтенант Рауф! Вы все взяты в плен и от того, как будете себя вести, зависит то, что с вами произойдёт дальше.

— Что вы хотите? — поинтересовался майор.

— Вы старший?

— Нет. Старшина Федоров, он в той комнате, — движением головы указал Гальченко.

— Кто дежурит на связи?

— Я. И младший сержант. У старшины тоже есть телефон, он может звонить, минуя нас.

— Хорошо. Продолжайте вашу работу. И… дорогуша, это касается именно вас — постарайтесь вести себя так, чтобы у ваших корреспондентов не возникало бы ненужных вопросов. Вы меня понимаете? Учтите, жизни всех, кто сейчас находиться здесь, зависят именно от этого. Не буду скрывать, если что-то пойдёт не так… то я вынужден буду отсюда уйти. И никто из персонала поста мне, в этом случае, будет не нужен. Я ясно выражаюсь?

— Да… — Марина не узнала своего голоса. — Пусть мне дадут воды…

Тихо ступая ногами, в комнату вошёл ещё один десантник. Пристроившись сбоку от стола, он быстро развернул на нем свою радиостанцию.

— Клаус будет вас контролировать, фройляйн. Так что постарайтесь не вызвать у него подозрений.

Топоча сапогами, в комнату вошли ещё несколько человек. Двое здоровенных десантников подталкивали перед собою обезоруженных бойцов. Мельком бросив на них взгляд, Котенок облегчённо вздохнула — всё целы! Половину лица у Женьки Маркова занимал здоровенный синяк. Именно Женька сейчас играл роль часового, надо полагать, его фрицы при захвате приголубили. По команде Рауфа их всех усадили на пол в углу. Напротив пленных расположился плечистый десантник с ручным пулеметом. В комнате сразу стало тесно и душно.

— Окно…

— Что? — приподнял бровь офицер.

— Нечем дышать, может быть, вы прикажете приоткрыть его? — произнесла Марина.

Немец осмотрел комнату. Приняв какое-то решение, отдал приказ. Один из десантников подошёл к окну, осмотрел рамы и, не найдя ничего подозрительного, открыл створки. Демонстративно оттянув затвор у автомата, плавным движением выскользнул в оконный проем и, надо думать, занял позицию напротив него или где-то поблизости.

В наушниках послышались сигналы — вызывал соседний пост.

— Отвечайте, фройляйн, — кивнул на рацию Рауф. — И — помните…

Пулеметчик лязгнул своим оружием.

Рука девушки легла на ключ. Странно, но занявшись привычным делом, она даже перестала думать о сопящем над ухом фрице! Пальцы заработали, посылая в эфир сочетания точек и тире. Краем глаза она уловила одобрительный кивок Клауса — немец никаких подвохов не заметил.

«… направление движения цели — курс сто девяносто пять. Высота полёта — двадцать восемь тысяч метров…» — снова вышел в эфир соседний пост.

Хмыкнув, Марина автоматически исправила неверную цифру — не двадцать восемь тысяч метров, а две тысячи восемьсот.

Уловив вопросительный взгляд Клауса, пояснила: «Сейчас вечер, на такой высоте самолёт просто не увидят. Да и не летает никто настолько высоко».

Удовлетворённый объяснением, немец кивнул.

«А русский язык он знает! И неплохо…»

Постояв ещё немного за её спиной, Рауф отошел в сторону и что-то негромко приказал пулемётчику. Повернулся и вышел из комнаты.

Снова потянулись томительные минуты ожидания. Марина слышала, как дублировал её сообщения по телефону майор. По-видимому и его поведение не вызывало никаких подозрений у десантников. Во всяком случае, вели они себя спокойно и за оружие больше не хватались.

Прошел час.

«… направление движения цели — курс двести тридцать, высота тысяча восемьсот, снижается…»

— А вот это сообщение дублировать не нужно, фройляйн! — молчавший доселе Клаус, открыл рот.

— И что я должна передать?

— Курс сто тридцать, высота тысяча восемьсот.

— Но он услышит!

— И что?

— Перезвонит по телефону!

— Но самолет мог ведь и изменить курс?

— Мог…

— Так и передайте!

«…Цель изменила курс на сто тридцать, прекратила снижение. Высота тысяча семьсот метров…»

— Федорыч! Передай — цель изменила курс на сто тридцать, прекратила снижение. Высота тысяча семьсот метров.

«Это их самолёт! Интересно, майор всё понял? Жаль, что я не могу обернуться, немцы заметят мои движения…»

— Можно воды?

Клаус, не отрывая взгляда от радиостанции, что-то сказал. Вскоре на столе перед девушкой появился стакан с водой.

«Так, ну вроде всё пока идет правильно. Открытое окно — сигнал, что все наши здесь. Исправленная неточность в данных — сигнал работы под контролем. Второй стакан с водой — сигнал майору, что самолёт на подходе. Да он и сам всё мог слышать, мы говорили не шепотом. Всё? Да пока, вроде бы всё…»

Уловив краем глаза движение, Котенок чуть довернула голову — немец работал на ключе.