Проводник
Шрифт:
— Дошла, надо полагать, весточка из-под могильной плиты…
Вокзал Гамбурга, даже и ранним утром, напоминал разворошенный муравейник. Спешили по своим делам служащие железной дороги. Неторопливо шествовали важные пассажиры первого класса. Мелкой рыбешкой сновали в толпе вездесущие мальчишки.
Прогуливавшийся около билетных касс Костриков, внимательным взглядом процеживал проходящих пассажиров и прочую публику. Не то… всё не то… никого похожего не видно.
— Нет никого?
— Нет… — спохватившись, он еле сдержал себя и медленно повернул голову. — Мы знакомы?
— Моё имя Герхард Штройбер. Мы с вами встречались на торговой ярмарке в Вене.
— Очень приятно, герр Штройбер! Кофе?
— Не откажусь…
— Сколько у вас лиц, Харон? — откинувшись на спинку стула, Филимонов скучающим взглядом обозрел помещение небольшого кафе. — Каждый раз, когда я вас вижу — это другой человек!
— Много, майор… Или вас уже успели повысить? — Проводник отхлебнул кофе и покачал головой. — Совсем совести нет у людей! Назвать эту бурду именем благородного напитка!
— Хороший кофе вы теперь в таких забегаловках не найдёте.
— Пожалуй, — согласился его собеседник. — К делу?
— Давайте.
— Хочу выразить свое восхищение вашими талантами! Как вам удалось уйти?
— Куда?
— Точнее — откуда. Из гостиницы. Ведь все же видели мертвое тело! Его опознали!
— Опознали гауптмана фон Мекка. Кавалера многих орденов и члена «Стального шлема». Между нами говоря, покойный был изрядным негодяем! На том свете черти, небось, все жданки съели, его ожидаючи. Он приехал в гостиницу чуть раньше меня. Гауптман был кокаинистом и ожидал очередную партию этого зелья. Фон Мекк кокаин не только потреблял, но и перепродавал. Оттого и спускался вниз так часто — ждал звонка. Заодно и дал возможность англичанам себя рассмотреть. А я сняв номер, вышел на улицу перед его приездом. И вошел назад вместе с матросами, портье меня и не заметил.
— Или сделал вид…
— Возможно. Так вот, к началу штурма фон Мекк уже давал отчет в своих действиях святому Петру.
— И не жалко вам его было? Всё-таки человек…
— Наркоман.
— Понятно…
— Мне осталось только перетащить его тело в пустой номер и приготовить всё для инсценировки.
— А откуда вы знали, что англичане посадят стрелка у вас под окном?
— Это же британцы! Прямолинейные, как столб и столь же предсказуемые! Стрелки просто обязаны были где-то там сидеть! Их так учат!
— Хм…
— Пальнув из пистолета вниз, я спровоцировал ответные выстрелы. Оставалось только сунуть гранату под труп фон Мекка и зажечь разлитый заранее керосин. Сделав это, я ушел в соседний номер — ключ у меня был. Ну а из гостиницы выбежал во время пожара, когда все покидали дом.
— Как всё просто…
Тут уже хмыкнул Проводник.
— Ладно, вы же меня не для выяснения этих обстоятельств искали? Не уверяйте, что только любопытство погнало вас в такую даль…
Спецсообщение.
Горбунову.
Встреча состоялась. Наши предложения приняты. Ожидаю ваших указаний.
— Слушаю, товарищ народный комиссар! — на пороге большого кабинета появился секретарь.
— Чернова мне отыщи.
— Есть!
Когда старший майор Чернов постучался в дверь наркома, тот стоял у окна и смотрел сверху вниз на площадь.
— Заходи, Михаил Николаевич! Присаживайся… — Берия неторопливо обогнул стол и опустился в кресло. — Какие соображения по известному вопросу?
— Проект приказа я подготовил, — Чернов положил на стол тонкую папку. — Но есть множество вопросов… В частности — по инструкторскому составу.
— А именно?
— Нет ясности с инструктором оперативно-тактической подготовки, по минно-подрывному делу… с рядом других. На кого возложим общее руководство?
— Да имеется у меня один кандидат… — нарком открыл взятую с приставного столика папку. — Есть такой человек… вот его всеми этими вопросами и озадачим… с него и спрос будет.
— Кто такой? — удивлённо поднял бровь старший майор. — Из наших? Кто же это?
— Да как тебе сказать? — Берия оторвал глаза от текста. — Не совсем, хотя и рядом работает.
— А с опытом у него как? Я вот своих, кто меньше пяти лет этим занимается, так даже и не рассматриваю!
— С четырнадцатого года — хватит?
— Ну… раз так… А звать его как? В каком звании?
Нарком выдрал из папки лист бумаги, свернул его фунтиком.
— Александром Ивановичем. А фамилия… ну пусть будет — Гальченко. Спички есть?
— Зажигалка.
— Давай.
Огонёк охватил поставленный на тарелку бумажный конус. Тот задымился, схватился пламенем… и осыпался на неё пеплом.
— Вот так! — подвёл итог Берия. — Давай приказ, подпишу…
«…В целях улучшения подготовки личного состава для выполнения особо важных правительственных заданий и для повышения боевого мастерства,
1. Создать при управлении материально-технического снабжения НКВД специальное учебно-боевое подразделение;
2. В дальнейшей переписке именовать указанное подразделение „отдел В1“ УМТС НКВД СССР;
3. Начальником отдела назначить старшего майора ГУГБ НКВД СССР Чернова Михаила Николаевича;
4. Начальником оперативно-тактической подготовки назначить тов. Гальченко Александра Ивановича.
5. Присвоить Гальченко Александру Ивановичу, 23 апреля 1893 г.р., русскому, звание майора ГУГБ НКВД СССР.
Народный комиссар внутренних дел СССР
Комиссар государственной безопасности