Пророк
Шрифт:
– Жена Деннинга говорит, что в личном архиве доктора есть копия заключения, но она - по вполне понятным причинам - не может отдать документ. Отдать его может только Деннинг.
– Потом Джон добавил: - И только Брюверам.
После этих слов Карл притих. Он предоставил Джону самому решить эту проблему.
Наконец Джон сделал вывод.
– А значит... если мы хотим продолжать борьбу, нам нужно просто снова объединиться, вот и все. Думаю, дело стоит того, чтобы бороться, и я знаю, что Папа так считал. Нам нужно просто забыть все обиды и продолжать сражаться.
– Ты помнишь нашу первую встречу с Максом?
– Да, а теперь он в бешенстве. Но я попробую еще раз позвонить ему. Может, он уже немножко остыл. Право, не знаю...он должен быть заинтересован в этом. Во всяком случае, Лесли собирается позвонить Дин.
Карл попытался разложить все по полочкам и нашел задачу не простой.
– Если мы достанем заключение патологоанатома - если Брюверы согласятся снова действовать заодно с нами, чтобы получить для нас заключение, - мы сможем доказать, что Энни умерла в результате аборта, недобросовестно произведенного в Женском медицинском центре. А если эта девушка, Мэри, пожелает сделать заявление - если ее не оттолкнул сюжет, пущенный в новостях... тогда на сцене появится женщина, заведующая этой клиникой... как там она называется... Центр человеческой жизни...
– Мэрилин Вестфол, - подсказал Джон.
– Центр охраны человеческой жизни. Еще один человек, который поверил нами оказался обманутым.
– И потом у нас еще есть Рэйчел Франклин. Джон только сокрушенно покачал головой.
– Ох-ох-ох... Она страшно зла - на меня в первую очередь.
– Вероятно, сейчас она зла и на меня.
– При мысли о Рэйчел в уме Карла возник неприятный вопрос.
– В общем... если даже мы все выясним... по-твоему, это вызовет общественный интерес? После всего случившегося я не могу отделаться от ощущения, что никто даже слушать об этом не станет, что что-нибудь произойдет с... этим сюжетом, с самой...
– Истиной.
– Да. С Истиной происходят странные вещи. Я имею ввиду, даже если мы сможем все доказать, откуда нам знать, что никто не извратит и не передернет Истину, не выставит ее в совершенно другом свете, не проигнорирует ее существенные стороны...
Джон усмехнулся:
– Так обращаются с Истиной все, не только средства массовой информации. Именно так поступают люди с... ну, с вещами, которые им не хочется признавать.
– Да...
– Карл помрачнел.
– Но в таком случае даже если мы откроем Истину, кому какое дело будет до нее? Кто захочет хотя бы просто узнать о ней?
Джон поднял руку.
– По-моему, такой вопрос здесь вообще не стоит. Давай вернемся к самому началу: то, что случилось с Энни Брювер, несправедливо, и это имело значение для Папы; и мы решили, что для нас это тоже имеет значение, и...
– Джон снова взглянул на разложенные на верстаке детали лодки.
– Я не могу объяснить толком, но это похоже на еще один незаконченный проект, еще одну задачу, которую Папа очень хотел выполнить, но не успел - ты следишь за мной?
– Конечно.
– Поэтому даже если у нас ничего не выйдет и история не получит широкой огласки, бурного отклика... по крайней мере, мы будем знать: мы сделали то, что должны были сделать, -мы не сидели сиднем и не предавались скорбным размышлениям о несовершенстве мира. Папа никогда не предавался скорбным размышлениям, пока мог что-нибудь сделать.
Карл почувствовал уверенность, которую, он не сомневался, чувствовал и его отец.
– Ты думаешь, именно поэтому дедушку убили? Джон не замедлил с ответом.
– Безусловно.
– Потом он обвел взглядом мастерскую, словно пытаясь получше понять человека, построившего ее.
– И это по-настоящему тревожит меня. Все в этой истории где-то должно пересекаться. Вполне возможно, Макс не такой шизофреник, как мы думаем.
– Джон едва не рассмеялся, внезапно вспомнив одну вещь.
– Как мы там выразились по поводу увольнения Деннинга? То неписаное правило?
– "Не болтай, или умрешь"?
Джон посмотрел на Карла, спрашивая взглядом: ну и что ты думаешь?
И Карл кивнул, отвечая: думаю, ты прав. Джон подытожил:
– Папа что-то знал.
– А потом другая мысль - которая словно только и ожидала нужного толчка в нужное время -пронеслась в уме Джона.
– Ведь он мне так и сказал! Папа сказал мне, что знает что-то и хотел бы поделиться этим со мной, но...
– Джон вспомнил и все понял.
– Он сказал, что я еще не готов, я не готов понять, поскольку... о Господи... поскольку я не в ладах с Истиной.
"Да, он был прав", - подумал Карл, но промолчал. Он просто обвел взглядом мастерскую, чтобы не встречаться глазами с отцом.
– И он был прав, - сказал Джон.
– Он был прав.
– Значит...
– Карл оборвал себя. Возможно, ему не стоит спрашивать.
– Я стараюсь, - ответил Джон.
– Я стараюсь примириться с Истиной. Мне потребуется время, мне нужно преодолеть длинный путь, но... я хочу. Господь терпелив, я понял. Как сказал Иисус одной женщине, которая... кем же она была? Сборщиком налогов или... нет, проституткой. Он простил ее и сказал: "Иди и не греши больше". У Господа есть время и терпение для нас, когда у нас есть время для Него.
С этим Карл мог согласиться. Слова отца понравились ему.
– 0'кей.
– Нам нужно поехать в Папин магазин, - отрывисто сказал Джон.
"0-го!" - подумал Карл.
– Зачем?
– Не знаю точно. Но я должен вернуться на место, где мы с Папой расстались. Должен вернуться в его офис.
"Губернатор, я прошу вас, обратитесь к своему сердцу и измените свою политику, ибо если вы не сделаете этого, Господь сделает это за вас. И хотя вы говорите себе: "Никто ничего не видит, и никто ничего не слышит" - Бог видит, и Он слышит все: все, что вы говорите в сердце своем, все, что вы шепчете, все, что вы обсуждаете при закрытых дверях. Ничего не остается сокрытым от глаз Того, Который видит все!"