Чтение онлайн

Сейчас, в который раз объезжая район в поисках дома Н. И. Барлоу, 19202, Лесли начала припоминать, как трудно здесь разыскать нужный адрес. Все дома располагались на частых лесистых холмах, поэтому улицы не расчерчивали местность на упорядоченную и предсказуемую сетку, а извивались и петляли, словно спагетти на тарелке, и порядок номеров самым раздражающим образом не выдерживался: то в нем появлялись пропуски, то он вдруг шел в обратном порядке.

О! Лесли остановила машину. Похоже, нужный дом действительно находится где-то поблизости. Лесли дала задний ход, повернула налево и медленно поехала вверх по склону холма.

Она вытягивала шею то в одну, то в другую сторону, читая номера домов. 19190... 19192... Нужно проехать еще один квартал, если это можно назвать кварталом, - но, похоже, цель близка. Лесли миновала перекресток и спустилась вниз по извилистой причудливой улице, по обеим сторонам которой стояли большие особняки, скрытые от взгляда огромными елями. "Да. После следующего урагана мы снова будем производить здесь съемку", - подумала она.

Вот он! 19202, Н. И. Барлоу. Очаровательный дом. Два этажа, крутая деревянная крыша, несколько мансардных окон, двухместный гараж, просторный двор с пышными клумбами рододендронов. На подъездной дороге припаркован "джип-чероки", в окнах дома горит свет. Лесли остановила машину, взглянула на свое отражение в зеркальце заднего вида, вышла и двинулась по ведущей ко входу дорожке мимо ярко раскрашенного домика на игровой площадке и заляпанного грязью детского велосипеда.

На стук дверь открыла симпатичная молодая женщина с длинными каштановыми волосами.

– Здравствуйте.

Лесли чувствовала себя немного неуверенно и держалась соответственно.

– Здравствуйте... э-э... я Лесли Олбрайт. Я... вообще-то я работаю в новостях Шестого канала, понимаете? Но... э-э...сейчас я здесь не по работе... ну, во всяком случае, не исключительно по работе.
– "Отличное начало, Лесли". Я не очень вразумительно изъясняюсь, да?

Женщина выслушала Лесли довольно терпеливо.

– Полагаю, вы хотите поговорить с моим мужем?

– М-м... а вы... миссис Деннинг? Жена доктора Деннинга? Она кивнула.

– Мужа сейчас нет дома. Он уехал в Сакраменто на собеседование по вопросу устройства на работу.

Лесли постаралась скрыть свое разочарование.

– О...

– Может, вы зайдете? Лесли расслабилась.

– О да... конечно. Спасибо.
– Она вошла в милую, хорошо освещенную переднюю с высоким потолком.
– Чудесный дом.

– Спасибо. Меня зовут Барбара.

– Очень приятно.
– Они прошли в гостиную - уютную комнату с толстым ковром на полу, мягкими креслами и диваном и мебелью из темного мореного дерева. Через большие окна открывался прекрасный вид на задний двор, где бегали маленькие девочка и мальчик.

Барбара Деннинг опустилась на один конец дивана и жестом предложила Лесли сесть на другой конец.

– Я получила ваше сообщение, оставленное на автоответчике. Это вы делали вчерашний репортаж о Брюверах? Лесли выразительно помотала головой.

– Нет, нет, ни в коем случае. Это Мэриан Гиббоне. Я работала вместе с Дин и Максом Брюверами над сюжетом о том, что случилось с их дочерью, а... ну, одним словом, мое начальство просто отобрало у меня сюжет, все перевернуло и придало ему смысл прямо противоположный задуманному. Значит...насколько я понимаю, вы знакомы с делом Брюверов?

– Именно поэтому мой муж сейчас ищет работу. Глаза Лесли расширились, и в голове ее пронеслось: "Ты напала на что-то важное. Будь внимательна".

Впервые за двадцать с лишним лет маленькая шлюпка снова увидела свет дня. Джон и Карл расчистили место возле окон, а потом из нескольких досок и козел для пилки дров соорудили верстак. Теперь все детали лодки были разложены на рабочем столе, и Карл начал сортировать их: одну отодвигал направо, другую налево, одну откладывал в сторону, другую передвигал обратно, пытаясь уяснить, каким образом они составляются в единое целое.

И надежда оставалась. Насколько Карл мог судить, все детали имелись в наличии. В данную минуту он пытался разобраться с ребрами. Одно он положил задом наперед и сейчас перевернул его, а еще два ребра, явно выпадающие из ряда, нужно переместить вот сюда. Найти киль не составило труда, и на нем уже были отмечены все места соединения с ребрами. Сам процесс работы воодушевлял. Увидев всю эту кучу дерева в первоначальном виде, любой счел бы строительство лодки безнадежным делом. Но теперь, при более внимательном рассмотрении, по получении более ясного представления о последовательности действий, задание уже не казалось столь непосильным. В один день не уложиться, но дайте время, и они построят лодку.

Дверь открылась, и в мастерскую стремительно вошел Джон, явно распираемый желанием поделиться какими-то новостями. Карл сразу понял: произошло что-то важное. Мозг отца работал так напряженно, что едва не дымился.

– У-ух!
– было первое, что сказал Джон.

– Что случилось?

– Звонила Лесли Олбрайт. Она нашла Деннинга.

Каждый легко прочитал выражение, написанное на лице другого, и оба они поняли, что испытывают одни и те же смешанные чувства: одновременно радость и сомнение, счастливое возбуждение и тревогу.

– Деннинга?
– уточнил Карл.
– Того самого Деннинга?

– Если точнее, жену Деннинга. Лесли говорит, они очень мило побеседовали. Самого Деннинга сейчас нет в городе, он уехал в Сакраменто устраиваться на работу. Усекай: его выгнали из больницы "Вестлэнд-Мемориал" после истории с Брюверами.

Карл кивнул.

– Да, мы примерно так и предполагали.

– Его уволили сразу после того, как он разрешил Папе и Максу взглянуть на заключение. В этой больнице проводится какая-то жесткая политика, действуют какие-то неписаные правила.

– Типа "Не болтай..."?

– "... или умрешь".

– И каков же вывод? Мы были правы? Джон торжествовал. Он не мог сдержать улыбки, когда утвердительно кивнул.

– Энни Брювер умерла в результате инфекционного аборта. Но это известно со слов миссис Деннинг. Когда Деннинг вернется, мы получим подтверждение от него лично.

Карл оперся о верстак и некоторое время переваривал новости. Джон был слишком возбужден, чтобы сидеть.

– Ну а... заключение о вскрытии?
– спросил Карл. Тут Джон потряс головой. На лице его снова отразились смешанные чувства.