Чтение онлайн

Воспоминания, когда она сегодня вышла из ванной, вернулись, подсказывая, что белья на ней нет, но сушится в ванной, создавая уморительный контраст с темной плиткой и черными полотенцами. А еще, халат под одеялом распахнулся, открыв доступ мужским рукам. Ядвига осмелела настолько, что закинула ногу на талию Ажура. Устроилась удобнее, обняла, положила голову на плечо, крепкое, словно высеченное из камня. Прикрыла глаза.

— Ты замечательный, Кружавчик, — прошептала Ядвига, понимая, что вот-вот отключится и уснет беспробудным сном.

— Рад, что ты заметила, — пробормотал Ажуров, и Ядвига почувствовала, как его бесстыжие руки скользят по ее обнаженной спине, попе, оглаживают бедра.

— И все-таки ты подлец! — лениво пробормотала Ядвига, понимая, что сил на сопротивление не осталось.

— Спи, Ягодка, — выдохнул Ажуров, лениво поглаживая бархатистую кожу, уговаривая себя не торопиться и не набрасываться на Ягушку, когда она настолько открылась ему, что сама практически влезла на его тело. И не торопилась кутаться в халат.

Ядвига уснула, и когда тихий храп пощекотал слух Ажура, мужчина понял, что ему предстоит длинная и бессонная ночь.

***

***

За окном рассвет посеребрил крыши домов, Степан пошевелился и встал с постели. Он не боялся разбудить Ягушу своими шагами. Она, как обычно, спала так, что он мог бы палить в спальне из ружья, а девчонка бы даже и не шелохнулась.

Вернувшись из ванной, Ажуров отключил будильник. Несмотря на то, что мужчина проспал всего несколько часов, усталости как и не бывало. И когда Степан принял решение сварить кофе и приготовить завтрак для его девчонок, то Ядвига пошевелилась во сне. Мило всхрапнув, перевернулась на спину, раскидывая руки в стороны. Звезда, как ни крути.

Сдержав рвущийся смех, Степан потер лицо ладонью. Нет, бесспорно, эта девчонка самая удивительная из всех, кого он знал. И, кажется, другой ему и не нужно.

И словно прочитав его мысли, Ягушка пошевелила ногой, отчего одеяло сбилось к талии, а мягкая ткань халата разошлась в стороны.

— Вот жежжжж… — пробормотал Степан.

Он честно не собирался приставать к сонной Яге. Возможно, нарисовал бы пару-тройку картинок. Пусть даже порнографического характера. Он уже и место подобрал — упругую попку. Но девчонка спутала все карты.

Степан осторожно, точно хищник, подкрался к спящей красавице, присел на край постели. Он и сам не заметил, как его пальцы коснулись мягкой бархатистой щеки. Девчонка все так же не двигалась. Обещанная утренняя фея явилась в полной красе. И как итог — адское возбуждение накрыло все тело Ажурова.

Жадный взгляд скользил по девичьей груди, запоминая, изучая, наслаждаясь открывшимся видом. Степа честно уговаривал себя свалить из спальни. Но сил не было. А поэтому, Ажуров устроился на постели удобнее, и шумно втянул воздух носом у самой кожи девчонки. Точно долбанный шизанутый псих, страдающий от помутнения рассудка. Ведь и, правда, страдал. Иначе как сумасшествием это влечение не назвать.

Губы коснулись теплой кожи на плече и спустились ниже. Степан чувствовал, как от его горячего дыхания по телу Ядвиги пробегают мурашки. А вершинки груди сжались в плотный комок.

Шумно выдохнув, Степа накрыл влажными губами нежную грудь. Прикрыл глаза от острого удовольствия. А его руки пустились в жадную пляску по девичьему телу.

— Степа? — хрипло прошептала Ядвига, не открывая глаз, — Что ты творишь?

— Тсс, Ягодка, — пробормотал застигнутый врасплох маньяк, коим и чувствовал сейчас себя Степан, — Ты спишь, врединка. Спишь…

— Хорошо, — послушно согласилась Ядвига.

На миг оторвавшись от своего занятия, Ажуров взглянул на лицо девчонки. Она улыбалась, лежала с закрытыми глазами, почти спала, но улыбалась. «Зеленый свет» настойчиво заморгал перед глазами Ажура, и он вернулся к манящей груди.

Опытный и властный рот не отпускал женское тело из своего плена. Ядвига уже не спала, но лежала все так же, тихо и недвижимо. И только рваное дыхание выдавало ее с головой.

Степа спустился ниже, медленно отбрасывая одеяло с ног своей Яги. Она предстала перед ним во всей красе. Мир, кажется, полетел ко всем чертям. Потому что такого совершенного тела Степан еще не видел. Оно было идеальным для него.

Губы скользили ниже, так, как и хотел Ажуров. Он целовал каждый сантиметр любимого тела так, как мечтал, как видел в своих снах. Но только теперь все происходило не во сне. А наяву.

Пальцы вернулись к вершинкам сосков, а рот — наоборот — прижался в откровенном поцелуе ниже.

— Черт, Кружавчик! — взвизгнула Ядвига, — Я же не сплю!!!

Девчонка готова была подорваться с места, но Степан вернул ее на постель.

— Я осторожно… Аккуратно… Совсем чуть-чуть… — приговаривал Степа, не выпуская ее из своих рук, — Просто полежи немного, пожалуйста…

От его слов Ядвига растаяла. Сонная нега окутала не только мозг, но и все тело. Девушка не нашла в себе сил, чтобы оторвать голову Степана от своего тела. Она предпочитала не думать, что именно он там собрался делать своей головой между ее ног. А потом, когда все же приступил к своему занятию, она и вовсе забыла обо всем на свете.

Ее тело то сворачивалось в тугой комок сплошных нервов, то разлеталось на куски. Ее руки зарылись в волосы Степана, то ли чтобы удержать, то ли оттолкнуть. На щеках появился румянец смущения. А глаза закрылись.

Степа видел, как девчонка послушно прогибается в его руках, как подстраивается под каждое движение, отпуская себя и стремясь к нему. Он бы победно улыбнулся и порадовался ее капитуляции, безоговорочной и окончательной. Да не мог. Его возбуждение достигло предела и все силы уходили на то, чтобы контролировать себя и сосредоточиться на ее удовольствии.

— Степаааа… — хныкала девчонка, извиваясь в его руках.

Но Степан молчал, не переставая вести Ядвигу по неизведанному ею пути удовольствия.