Чтение онлайн

– То-то я тебя давно у Митры в гостях не видел, – улыбнулся Дмитр. – Нашёл, значит, новую любовь.

– Да иди ты. Знаешь, как хочется уже наконец нормальной, живой девки?

– Могу представить.

– Тебе хорошо, тебя босс в Нориам отпускает. Готов поспорить, половина наших финансов в борделях остаётся. А нам тут как хочешь, так и выкручивайся.

Осенённый внезапной идеей, Лайкон перевёл взгляд на клетку, в которой сидела Шенни, и некоторое время разглядывал девушку, насколько это позволяла решётка.

– Слышь, Дмитр? Может, пообщаемся поближе с этой некроманткой, пока никого нет? А то сидит тут без дела, жрёт на халяву.

– Ну иди попробуй, если в прошлый раз не хватило, – усмехнулся Дмитр, демонстративно кинув на стол связку ключей.

– Да ладно, если бы босс меня тогда не остановил, она бы сейчас половину зубов в кармане носила.

– Ты уверен, что он останавливал именно тебя?

– Да ладно, что эта малявка мне сделает?

– Можешь проверить, а я отсюда посмотрю. Заодно будет Ортею сокамерник, а то ему, наверное, скучно одному сидеть.

Лайкон задумчиво поглядывал на девушку, обдумывая слова приятеля. На лице разбойника разворачивалась картина битвы между похотью и инстинктом самосохранения.

– Ладно, чёрт с ней, – наконец буркнул он, поворачиваясь обратно к столу.

– Не грусти. Может, Фариманы скоро доделают свою технику, вот и попросишь у босса подарок.

– Моё хозяйство усохнет и отвалится, пока эти некроманты хоть раз что-нибудь доделают.

– Что это за Фариманы, о которых они говорили? – поинтересовался Дариан, не желая следить за дальнейшим ходом беседы разбойников. – Я пару раз слышал эту фамилию в городе.

– Одна из семей некромантов, – коротко ответила Шенни.

– И они тоже бьются над какой-то особой техникой?

– Да, вроде того, – протянула Шенни со странными нотками в голосе.

– Что-то, связанное с плотскими утехами? – догадался юноша.

Поняв, что ей не избежать расспросов, Шенни обречённо вздохнула.

– Как ты только что узнал, призванных используют не только для физического труда, но и для… других целей. Находятся и вот такие извращенцы, которые с ними спят. Обратив на это внимание, семья Фариманов задалась целью создать породу призванных, максимально достоверно повторяющих женскую физиологию, включая такие мелочи, как запах и… Ааа, давай не будем об этом.

– Ладно, я понял. До чего только не додумаются…

– До чего угодно, если речь идёт о деньгах. Даже на аренде обычных призванных можно сколотить состояние. А уж если некромант научится создавать что-то особенное…

– И как, кто-нибудь уже научился? Я в последнее время только и слышу о незаконченных исследованиях. Сваливаете их на детей, внуков, спускаете кучу денег, а довести до ума так никто ничего и не может.

– Кориусы. Они стали первой семьёй, сумевшей внести существенные изменения в ритуал призыва и создать новую разновидность призванных.

– И что это за разновид… Постой-ка, – Дариану тут же вспомнился случай, до сих пор не дававший ему покоя. – Тогда, в особняке, на нас напал один из ходоков Арганела. Я сначала вообще принял его за наёмника – слишком уж он шустро двигался.

– Именно. Это и есть особая разновидность призванных, выведенная родом Кориусов.

– Значит, они теперь делают вот таких скоростных ходоков?

– Вроде того. Смотри, в чём тут дело. Слышал когда-нибудь о Гилберте Кориусе?

– Нет. Из этой семейки я теперь знаю только Арганела, хотя и его вживую ни разу не видел.

– Арганел приходится сыном Сарану – первому некроманту в роду Кориусов. Гилберт был его родным братом, но не владел магической силой, да и не нуждался в этом. Он был учёным и занимался исследованиями человеческого тела. В тысяча шестьсот девятом году он сделал одно интересное открытие. Гилберт заявил, что люди не используют реальный потенциал своего мозга и тела даже наполовину.

– Думаешь, я понял хоть слово?

– Проще говоря, на самом деле ты намного сильнее, чем тебе кажется. Ты мог бы быстрее бегать, выше прыгать и наносить более мощные удары в бою, но внутренние блокировки не позволяют тебе этого делать.

– Почему? – лениво спросил Дариан. Он уже успел пожалеть, что поднял эту тему.

– Потому что тогда твои мышцы просто порвутся. Уверена, ты и сам замечал, как они болят после физических нагрузок, например, когда тебе приходилось много бегать. Поэтому мозг не позволяет тебе выжимать из организма больше, чем он способен выдержать. Теперь понимаешь?

– Примерно. Слышала когда-нибудь о Тарнаудских монахах?

– Может, Тарадских? Есть такая страна на юге.

– Наверно, я не запоминал. Старый Дрегг когда-то рассказывал мне о них. Якобы эти ребята могли сражаться, как демоны, с нечеловеческой силой и скоростью, и каждый из них стоил десятка обычных воинов. Но цена силы была такова, что после боя они падали замертво или оказывались полностью парализованы, после чего просто валялись на земле и стонали от боли. Я думал, это сказка, да и Дрегг тоже. Получается, что такие монахи вполне могли существовать?

– Может быть, но мы сейчас говорим о призванных. Так вот, совершив это открытие, Гилберт, сам того не зная, дал ответ на вопрос, уже давно мучивший некромантов: почему призванные получаются более медленными и неповоротливыми, чем были при жизни. Оказалось, что после ритуала у них смещается та самая точка блокировки, из-за чего допустимый уровень задействования ресурсов организма оказывается ниже, чем у людей. Стоит ли говорить, что Саран, которому прежде не было дела до увлечений брата, загорелся жаждой наживы и поспешил втянуть Гилберта в исследование некромантии. С тех пор род Кориусов задался целью сместить блокировку в телах призванных, а лучше полностью от неё избавиться. Тогда они смогли бы создавать воинов наподобие тех монахов, о которых ты мне рассказал.

– Ну, я бы не назвал того парня в особняке демоном. Может, чуть быстрее обычного человека, но не более.

– Верно, Арганелу удалось ослабить блокировку, но его исследования ещё далеки от завершения. Тем не менее, он уже достиг хоть какого-то эффекта, в отличие от нас или Фариманов.

– Тогда зачем ему понадобилась ваша техника? Может, он сначала разберётся со своими исследованиями, а уже потом будет отбирать чужие?

Ответить на этот вопрос Шенни смогла не сразу. Собравшись с мыслями и глубоко вздохнув, она спросила: