Чтение онлайн

– Ну не так уж все это маловероятно, – раздумывал я. – Все перечисленные вещи вполне могут иметь место. В любом случае ни одну из этих баек не стоит скидывать со счетов. Кто-то что-то еще может добавить?

– Я пробовала активировать надпространственный двигатель в районе дислокации военных, – сказала Анна. – Он запускается, но картина надпространства там очень запутанная и постоянно меняется, я бы вряд ли смогла вести толково даже контроль за проложенным курсом.

– Двигатель во время пуска вышел в режим, – дополнил Краппс. – Так что практически погружение в надпространство возможно, по крайней мере, на границе зоны, где стоял заслон вояк.

– Интересная информация, – отметил я. – Но в любом случае нужно будет посмотреть на месте.

Вывесив все возможные щиты "Бурундук" крался к цели своей миссии. Параганские военные оставили кое-какие корабли для патрулирования зоны, но сеть выглядела изрядно дырявой. Наши шансы проскочить незамеченными казались близки к золотой сотне процентов. И хоть картина не виделась полностью из-за использования лишь пассивных режимов сканирования, появилась ясность, что периметр аномальной зоны имеет не слишком ровные очертания, и границы эти довольно сильно "плавают".

На некотором удалении за параганским кордоном обнаружилась сеть каких-то малых объектов, судя по логике, наблюдательных станций. Военные весьма серьезно отнеслись к вопросу охраны периметра, так что после их возвращения обратно выскользнуть станет значительно труднее. В этом случае помог бы уход в надпространство, но в такую возможность я верил мало. Иначе число выскользнувших, явно исчислялось бы не считанными единицами. Вояки, наверняка предусмотрев такой срюк, заняли позиции у границы, где такая возможность напрочь отсутствовала. В итоге все решала скорость космолета в реальном пространстве. Нарушителя обычно перехватывали, пока он не достиг зоны уверенного погружения в надпространство.

– Да, что-то мне подсказывает, что толку алурсианским воякам от маяков не обломится, – размышлял я вслух, рассматривая сеть станций слежения. – По крайней мере, скакнуть внутрь системы за кордоны они вряд ли смогут.

– Остается вариант пассивного наблюдения за пространством, – отозвался Краппс. – Алурис сможет с их помощью собирать сведения. В любом случае, нам стоит сделать то, за что нам обещали заплатить.

– Ну, так мы и сделаем, – согласился я. – Не зря же таскали эту груду оборудования на борту.

– Обратно можно попытаться проскользнуть, используя "плавающий" режим зоны, – высказалась Шила. – Во время расширения можно подойти к краю, а по "отливу" на всех парах ломануться наружу, вполне можно достичь зоны уверенного погружения в надпространство.

– Наблюдение интересное, – похвалили я. – Жаль, что не можем выверить динамику уменьшения помех надпространства в соответствии с удалением от зоны. Нас элементарно обнаружат по следу возмущения в пространстве. Ладно, всем на боевые посты, мы достаточно увидели, начинаем операцию. Может, успеем выскользнуть до возвращения основных сил, хотя что-то мне подсказывает, что эти мечты совершенно несбыточны.

"Бурундук" без помех продвигался в сторону аномальной системы. Редкая сеть параганских военных кораблей не смогла заметить нарушителя. Вскоре стали попадаться "бусины" системы слежения. Принципиально их сенсоры не отличались от корабельных, разве что в активном режиме сканирующие посылы оказались немного слабее. Тем не менее, сетка этих "бусин" оказалась опаснее корабельного оборудования патрулей, по причине отсутствия паразитных шумов развернутая сеть имела более высокую чувствительность. Кроме того "бусины" системы слежения по космическим меркам оказались рассыпаны довольно плотно, но до поры до времени нам удавалось пройти в оставленные ими дырки пространства. Имелся довольно высокий шанс, что нас обнаружили, а отсутствие погони могло говорить лишь о принципе "всех впускать, никого не выпускать".

– Шерш, "бусины" становятся все плотнее, – высказала Шила свое наблюдение. – Нам придется проходить в зоне прямого оптического распознавания.

– Скорее всего, это начало их полосы слежения, – ответил я. – Если предположить, что они блокируют в большей степени выход из аномальной системы, то нарушителя желательно обнаружить на самых дальних подступах, чтобы увеличить время перехвата.

– Ты хочешь передать на память нашу картинку в банк данных параганских нарушителей? – уточнила Шила. – Проникся к ним любовью?

– Шила, в том банке практически все граждане-пираты, – ответил я. – А если учесть, что все параганцы в той или иной мере – пираты, то в банке данных состоят все параганские граждане.

– Но далеко не все из них посещали аномальную систему, – подчеркнула Шила. – Я бы проделала дырочку пошире посредством уничтожения пары-тройки "бусинок". Перехватывать не будут, а вот четкой картинки им уже не получить.

– Давай, – согласился я, слегка увеличивая скорость. – Ты сможешь снять цели на таком расстоянии?

– Шутишь? – засмеялась Шила.

Проделав прореху из трех наблюдательных "бусин", "Бурундук" совершил рывок на трети мощности в сторону центра системы. Погоня отсутствовала, что подтверждало мои рассуждения о контроле периметра в сторону выхода. Приблизительно через полчаса мы погасили скорость относительно системы до безопасной. В отличие от постоянно подчищаемых систем Алуриса или Маятника, в закрытой системе роились кучи разного хлама, делавшего передвижение по ней весьма некомфортным.

– Кэп, мы уже внутри сферы задач, – сообщил Ося. – Можно выставить первый маяк.

– Давай, – согласился я, снижая скорость. – Только собирай в трюме, готовое изделие активируем и вытолкнем. И не нужно мне рассказывать про технологию сборки и невозможность пройти тестовые программы в условиях трюма. Если не запустится, тогда и выйдешь в "открытку" для наладки на месте. Тут не совсем тот курорт, что мы представляли себе.

– Да не особенно и хотелось, – буркнул Краппс.

Пока мы добирались до закрытой системы, Краппс провел некоторые подготовительные работы по сборке изделий. К сожалению после устранения последствий обстрела "Бурундука" наемниками, по стечению обстоятельств сородичами Шилы, оба ремонтных робота пребывали в полуфункциональном состоянии, и от греха подальше Ося загнал их в транспортные ниши до полной "промывки мозгов". Из-за этого окончательная отладка первого из маяков, густо "смазанная" плохо переводимыми комментариями нашего механика, заняла минут с двадцать. Худо-бедно, первое изделие алурсианской шпионской мысли вышло на тропу информационной войны. Еще минут пятнадцать-двадцать изделие производило ориентировку и привязку к местности, выдав по окончании требуемый нам сигнал. Получив условное подтверждение, маяк приступил к исполнению обязанностей.