Чтение онлайн

Я отвернулась, поднялась по ступенькам и постучала в дверь. Витольд вздохнул, но ничего не сказал. Что было с Эльстаном, я не видела.

Дверь нам открыли не сразу. Сначала было слышно напряженное сопение, потом топот удаляющихся ног, потом — неспешные шаги, и, наконец, появился хозяин. В том, что это и есть сам некромант, а не кто-нибудь из прислуги, я почему-то не сомневалась, хотя ведьмак о нем ничего не рассказывал. Да и на некроманта он похож не был. Конечно, тут я не эксперт — он вообще первый маг, которого я здесь встретила, так что мое заочное представление о нем было чисто ассоциативным и грешило всеми возможными стереотипами. Надо сказать, до сего момента все совпадало — когда мы подходили к дому некроманта, все местное население шарахалось от нас, как от прокаженных. К счастью, Витольд знал дорогу, и нам не пришлось ее спрашивать у жителей, иначе вообще гуляли бы по пустому городу, слушая гнетущий шепот за закрытыми ставнями.

Но Руперт меня удивил. На вид это был типичный бюргер, разве только что без пивного животика — фигура у него была сухощавая, но кроме этого ничто не выдавало его принадлежности к «колдовскому сословию». В остальном же он скорее походил на торговца, — или нет, скорее на аптекаря, — выглядел он очень аккуратно, но не слишком — без особого педантизма, с легкой небрежностью.

Встретил он нас тоже достойно — все мои стереотипы рухнули к чертовой матери. Появившись на пороге, он весьма приветливо нам улыбнулся, слегка кивнул и без лишних расспросов пригласил в дом. Мы прошли. Невесть откуда возникший худенький мальчик, слуга или подмастерье, тут же кинулся закрывать за нами дверь, поспешно запирая на все засовы. Некромант поморщился.

— Дорогие гости, прошу вас простить моего ученика, он еще слишком молод и чересчур старателен, — мягко пояснил он.

— Это с возрастом проходит, — усмехнулся Витольд. — Только потом другие проблемы появляются.

— Маленькие детки — маленькие бедки? — приподнял бровь маг. — Что на этот раз?

Ведьмак опустил глаза.

— Да ладно, только не говори, что просто так, в гости зашел.

— Не скажу, — глухо проговорил ведьмак.

Руперт рассмеялся.

— Можешь не винить себя. Ко мне просто так даже муха не залетает. Все только по очень важным делам. Так что у тебя?

Витольд вздохнул. Некромант удобно расположился в кресле, закурил трубку и приготовился слушать. Витольд рассказал о наших ночных приключениях. Все, как было. Руперт все больше хмурился, время от времени покачивая головой. Потом резко встал.

— Я все понял. Но, к сожалению, помочь ничем не смогу. Хотя нет — могу предоставить убежище в моем доме, сюда нечисть никогда не сунется. Так что переночевать можете у меня. Что до остального, то это, извините, дело Инквизиции, ко мне это никакого отношения не имеет.

— Но вы же некромант!

Этот голос прозвучал в полной тишине, звонко, яростно и негодующе, всеми своими обертонами требуя справедливости, удивляясь, пристыжая и возмущаясь одновременно, выражая такую бурю эмоций, какую может заключить в одну фразу только настоящий эльф.

Все медленно повернулись в сторону Эльстана.

— И что с того? — недоуменно проговорил Руперт.

— Но ведь некроманты… они же могут… — растерялся эльф.

— А вы, сударь, у нас эксперт по некромантам?

Эльстан совсем смутился. Мне его даже жалко стало. А он молодец, не дал стрекача после той выволочки, что я ему устроила. Каюсь, это было не то, чтобы заслуженно, но в качестве профилактики — бесценно. Ему в жизни пригодится. Если он не передумал идти со мной дальше. А он не передумал. Потому и пришел, несмотря на то, что выглядел очень неважно, учитывая свою непереносимость магии смерти.

— Господин Руперт, — взяла я слово, — прошу вас простить господина Эльстана, он еще слишком молод и чересчур горяч.

Некромант проглотил мой выпад, слегка сверкнув глазами.

— Но дело не в этом, — продолжала я. — Признаюсь, чрезвычайная ситуация Феринталя меня мало волнует, еще вчера я знать не знала ни об этом городе, ни о его проблемах. Но так сложилось, что он встал у меня на пути, и независимо от того, хочется мне этого или нет, проблему придется решать. Не думайте, за то короткое время, проведенное мной в вашем захолустье, я не успела проникнуться любовью или хотя бы сочувствием к мирным гражданам, мои причины — сугубо личные.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Руперт.

Я приподняла бровь. Он поджал губы.

— Извините. Продолжайте, я весь во внимании.

Я кивнула.

— Итак, что мне нужно. Во-первых — запастись провизией и медикаментами, во-вторых — переночевать, и, в-третьих — уехать отсюда живой и невредимой, не опасаясь, что в ближайшем пролеске меня захотят пустить на котлеты ходячие куски мертвой плоти. И, наконец, в четвертых — мне нужны вы. Конечно, ваше предложение — я имею в виду убежище — очень заманчиво, но, я думаю, вы погорячились. Если вы согласитесь упокоить нежить, у вас еще будут шансы остаться в живых, как опытный некромант вы отобьетесь. Тем более, полагаю, что это на вашей практике далеко не первый случай. А вот если вы откажетесь, я вам не завидую. Когда на ваш дом набросятся оставшиеся в живых горожане, тряся топорами и вилами, вам самому срочно понадобится искать убежище, поскольку от мертвых эти стены, может быть, и защищают, но вот от живых — вряд ли.

Руперт прищурился.

— Вы мне так и не сказали, какое у вас ко мне дело.

— Да. Я скажу это сразу же после того, как закончится эта эпопея с мертвецами — знаете ли, не хочется прерываться.

Некромант вздохнул.

— Сударыня, вы меня обрисовали просто каким-то извергом, — задумчиво проговорил он. — Очень жаль, что вы меня так поняли. Сознаюсь, я дал для этого повод. Но мой отказ вызван не высокомерным нежеланием помочь городу, а тем, что это действительно не мое дело. Если я проведу ритуал упокоения, меня в лучшем случае сожгут на костре.

Я повернулась к Витольду. Он только пожал плечами.

— То есть, как? — не поняла я.

— Так. Градоправитель никогда не даст мне разрешения на ритуал, поскольку этим должна заниматься Инквизиция, а не богомерзкий некромант. А если я это сделаю самовольно, без ведома градоправителя, буду осужден за несанкционированное применение черной магии и казнен за неуважение к Великой Инквизиции, мол, поставил по сомнение состоятельность серых братьев, а это уже — мятеж против Гаронда.

Я кивнула.