Чтение онлайн

– Я позвонил по своему мобильному отцу. Рассудив из всей той болтовни по радио, что вы должны быть очень заняты в то время…

– Занят?
– подкатил под лоб глаза Рендольф.
– Сынок, ты и половины всего не знаешь. Ты правильно сделал, что позвонил отцу. Он же практически тоже служит в нашем участке.

– Отец мигом взял двух офицеров - Фрэда Дентона и Джеки Веттингтон, - и они приехали к дому Маккейнов. Когда уже Фрэдди фотографировал место преступления, к нам присоединилась также Линда Эверетт. Потом появились со своим похоронным экипажем Стюарт Бови и его брат. Отец решил, что так будет лучше, потому что в госпитале такая горячка после того бунта в супермаркете и все такое.

Рендольф кивнул.

– Очень правильно. Живым помогай, мертвых прячь. Кто именно нашел жетоны?

– Джеки. Она карандашом разогнула пальцы Энджи, и жетоны выпали на пол. Фрэдди все сфотографировал.

– На суде это поможет, - произнес Рендольф.
– Который мы проведем сами, если этот Купол не исчезнет. Мы запросто можем это сделать. Знаешь, как сказано в Библии: с верой мы горы можем свернуть. В котором часу ты нашел трупы, сынок?

– Около полудня.
– «После того, как в последний раз простился с моими подружками».

– И сразу же позвонил отцу?

– Не сразу.
– Джуниор подарил Рендольфу стесняющийся взгляд.
– Сначала я вышел на улицу и поблевал. Они там были такие, такие ужасно побитые. Я сроду не видел ничего подобного.
– Он тяжело вздохнул, не забыв добавить в голос чуточку дрожи. Магнитофон едва ли уловит этот трепет, но Рендольф его запомнит.
– Когда я уже проблевался, вот тогда и позвонил отцу.

– О'кей, думаю, я получил все, что надо.

Никаких дополнительных вопросов, касающихся хода событий во времени или его «утреннего патрулирования»; даже предложения написать рапорт Джуниору (что было к лучшему, потому что писание сейчас неизбежно откликнулось бы ему болью в голове). Рендольф наклонился вперед выключить магнитофон.

– Благодарю, Джуниор. Почему бы тебе не отдохнуть остаток дня? Пойди домой и отдохни. У тебя измученный вид.

– Я хотел бы присутствовать сэр, когда вы его будете допрашивать. Барбару.

– Не следует тебе беспокоиться, что пропустишь сегодня что-то. Мы дадим ему время повариться в собственном соку. Это идея твоего отца, и она очень правильная. Допрашивать его начнем завтра днем или вечером, и ты тоже будешь присутствовать. Даю тебе слово. И допрашивать мы его будем решительно.

– Да, сэр. Хорошо.

– Никаких тех штучек с «мирандой» [299] .

– Ясно, сэр.

– И, благодаря Куполу, никто его не передаст окружному шерифу.
– Рендольф взглянул на Джуниора.
– Все будет как в той поговорке: «Что случилось в Лас-Вегасе, должно остаться в Лас-Вегасе».

Джуниор не знал, что ему на это ответить: «да, сэр» или «нет, сэр», потому что не имел понятия, о чем этот идиот за столом сейчас болтает.

Рендольф еще мгновение или дольше так же с намеком смотрел на Джуниора, словно желая убедиться, что они поняли друг друга, а потом вдруг всплеснул ладонями и встал.

– Иди домой, Джуниор. Ты немного переволновался.

– Да, сэр, есть такое. Думаю, я пойду. Отдохну, то есть.

– У меня в кармане лежала пачка сигарет, когда меня погружал в воду преподобный Коггинс, - произнес Рендольф тем сердечным тоном, которым делятся любимыми воспоминаниями. Он обнял Джуниора за плечи, провожая его к дверям. Джуниор сохранял на лице почтительное, заинтересованное выражение, хотя готов был, чуть ли не плакать под весом этой упитанной руки. Словно несешь на себе галстук из мяса.
– Они испортились, конечно. И я никогда больше не купил себе ни одной пачки. Спасенный от дьявольского зелья Сыном Господним. Разве не благодать Божья?

– Чудеса, - сподобился Джуниор.

– Бренда и Энджи получат самое большое внимание, конечно, и это нормально - выдающаяся жительница города и молодая девушка, у которой вся жизнь была еще впереди, но преподобный Коггинс тоже имел своих приверженцев. Не говоря уже о большом количестве прихожан, которые любили его.

Уголком левого глаза Джуниор видел пухлую ладонь Рендольфа. Ему подумалось, а как бы повел себя Рендольф, если бы он вдруг укусил его за эту руку. Может, даже отгрыз бы на фиг какой-то из его толстых пальцев и выплюнул на пол.

– Не забываем и о Доди, - он сам представление не имел, зачем это произнес, но оно подействовало. Рука Рендольфа упала с его плеч. Человека словно громом ударило. Джуниор понял, что тот просто забыл о Доди.

– О Господи, - проскулил Рендольф.
– Доди. А кто-нибудь звонил Энди, сообщал ему?

– Не знаю, сэр.

– Твой отец должен был бы, точно?

– Он чрезвычайно поглощен заботами.

Это было правдой. Большой Джим сидел дома, в кабинете, и писал план своей речи на городском собрании вечером в четверг. Той, которую он объявит как раз перед голосованием жителей города за предоставления чрезвычайных полномочий совету выборных на время, пока будет длиться кризис.

– Наверное, я сам ему позвоню, - сказал Рендольф.
– Хотя, вероятно, лучше мне сначала об этом помолиться. Хочешь стать на колени вместе со мной, сынок?

Джуниор лучше бы сам себе в штаны налил бензина и произвел поджог собственных яиц, но вместо этого произнес:

– Говорите с Богом один на один, и вы яснее услышите Его ответы. Так всегда говорит мой отец.

– Хорошо, сынок. Это дельный совет.

Не ожидая, пока Рендольф успеет еще что-то сказать, Джуниор выпорхнул сначала из кабинета, а потом и из полицейского участка. Он пошел домой, погруженный в мысли, опечаленный потерей своих подружек, думая, не случится ли ему найти кого-нибудь другого. А еще лучше несколько.

Под Куполом все возможно.

15

Пит Рендольф честно старался молиться, но слишком много всякого разного взрывало ему мозг. Кроме того, Господь помогает тем, кто помогает себе сам. В Библии этого нет, думал он, но все-таки так оно и есть. Он позвонил Энди Сендерсу на мобильный, найдя его номер на стене, в списке, пришпиленном к доске объявлений. Надеялся, что ему никто не ответит, но тот откликнулся уже на первый гудок - разве оно не всегда так случайно?