Плеяда
Шрифт:
Спустя некоторое время Каскад вышел на связь с бригадой и поинтересовался как результатом, так и необходимостью повторного удара.
– Отличный результат, им достаточно будет, больше не надо! – заявил Ветер, подумав о штурмовиках.
– Обращайтесь, - удовлетворённо ответил Каскад, довольный результатом применения столь мощного оружия.
ГЛАВА 7
– Не сидим, шевелимся! – повышенный тон Диксона гремел на весь пункт управления. – Собираем всех – тыловые службы, ремонтный батальон, батальон связи, всех бездельников в строй! Артиллеристов - тоже всех в пехоту – всё равно не работают, гасятся где-то, на связь не выходят! К вечеру Еремеево должно быть наше! Всем всё понятно?
В этот момент Диксон увидел своего начальника артиллерии, лицо которого было бело как лист и несло печать пережитого кошмара.
– О, Запал! Явился – не запылился! Что с дивизионом? Узнал?
– Дивизиона больше нет, товарищ полковник! – начарт сказал это тихо, но его услышали все.
– Как нет? – спросил Диксон. – А где он?
– Две волны пакетов кассетных «Хаймерсов». По огневым позициям.
– Что? – переспросил Диксон, но осёкся, начиная осознавать ситуацию.
– Убитых – не счесть, - произнёс Запал. – Трёхсотых – не счесть…
– Да вы охренели все тут? – заорал Диксон секунду спустя. – Ты понимаешь, что ты говоришь?
В этот момент звякнул закрытый телефон. Диксон снял трубку.
– Что у тебя происходит? – в трубке звучал голос Каскада.
– Работаем, товарищ генерал, - сделав над собой усилие, ответил Диксон.
– Время – пятнадцать ноль-ноль! Где доклады о продвижении? Твой сосед Ветер уже фактически выполнил задачу дня! Дивизия тоже! Один ты топчешься на месте! У тебя самая мощная группировка, а ты стоишь!
– Товарищ генерал, идёт бой за Еремеево, - заявил комбриг. – Противник обороняется, мы его ломаем.
– Ломаем чем? – спросил Каскад, намекая на свою осведомлённость о реальном положении дел в бригаде. – Вы мне морочите голову, полковник! Почему я не от вас, а от других узнаю о том, что штурмовые колонны двести второй бригады остановились на подступах к Еремеево? Вы намеренно вводите меня в заблуждение? Что случилось?
– Идёт бой… - Диксон начал искать слова оправдания, но Каскад перебил его.
– Значит так, полковник. Если ты через час не будешь в Еремеево, я тебе всё припомню, все твои прошлые «заслуги». И я уже не смогу сдерживать желание ВКР повесить на тебя пару уголовных дел. У меня всё. Решай вопрос.
Пару минут поразмыслив, Диксон позвонил Эльбрусу.
– Владимир Сергеевич, я веду тяжелейший бой за Еремеево, а Каскад постоянно пытается вмешиваться в процесс управления, склоняет меня к действиям, не прописанным в утверждённом вами плане!
Диксон прекрасно знал, что не Эльбрус, не кто-то другой из вышестоящего руководства, в окончательном варианте плана не ставил свою подпись под размашистым «Утверждаю», но таким образом он попытался вызвать у командующего группировкой чувство сопричастности к идущему тяжелому бою, показывая командующего армией в виде препятствия, стоящего на пути к успеху сражения.
Но главной причиной этого звонка был тот факт, что Эльбрус являлся Диксону двоюродным дядей, и вот уже несколько лет оказывал некоторое покровительство, что уже неоднократно выручало командира бригады от обоснованных претензий со стороны своего непосредственного командования.
– Как успехи, Саша? – по-родственному спросил Эльбрус.
– Работаем, Владимир Сергеевич! Скоро возьму это Еремеево!
– Так что там Каскад, сильно мешает?
– Сил уже никаких нет! Прошу – оградите меня от его пустых придирок!
– Хорошо, - согласился генерал-полковник. – Не беспокойся, он тебя больше не потревожит!
– И ещё просьба, Владимир Сергеевич…
– Что?
– У нас в резерве армии есть отряд «Шторм». Дайте его мне, пожалуйста! Прямо сейчас! Он мне позарез необходим.
– Хорошо, - ответил Эльбрус, для которого решение такого уровня практически не отражалось на общей картине оперативной обстановки, складывающейся сейчас на фронте – это был далеко не его формат.
– Благодарю, - сказал Диксон.
Эльбрус позвонил командующему армией.
– Скажи, Сергей Николаевич, как у тебя развивается наступление?
– Дивизия, товарищ генерал-полковник, и семьдесят шестая бригада фактически выполнили уже задачу дня, ведут разведку боем для дальнейшего движения… а вот двести вторая забуксовала пока. Надеюсь, к вечеру они выйдут на назначенный рубеж.
– Ты вот что, Сергей Николаевич, отдай-ка в двести вторую свой армейский «Шторм», причём, немедленно! Нужно нарастить удар на направлении действий двести второй бригады!
– Товарищ генерал-полковник, «Шторм» предназначен для решения самой сложной задачи, по плану он будет действовать на первой линии обороны Сталегорска!
– Ты, Каскад, ещё дойди о этого Сталегорска! Мне что-то подсказывает, что без «Шторма» ты на этом Еремеево, и шагу не сделаешь!
– Я вас услышал, товарищ генерал-полковник! – ответил Каскад. – Разрешите выполнять?
– Действуй!
Отдав необходимые распоряжения относительно направления «Шторма» в двести вторую мотострелковую бригаду, Каскад связался с Диксоном.
– Полковник, чтобы ты там не топтался на месте, я даю тебе «Шторм». В двадцать ноль-ноль я жду от тебя доклада о взятии Еремеево. Если доклада не будет, ты у меня сам побежишь в это «бабка-село» с флагом в руках. Я достаточно ясно выражаюсь?
– Так точно, - ответил Диксон, представив, как его двоюродный дядя нагнул командующего.
– Ну что, - он повернулся к офицерам, находящимся на пункте управления. – Кто хочет воткнуть российский флаг в это село? – На глаза попался начальник артиллерии, - ты, Запал?