Чтение онлайн

Дарина не сопротивлялась, словно пловец, отдавшийся на волю волн, и скоро лежала почти обнаженная под сенью ивы на широком плаще охотника. Поцелуи и объятия Назара кружили ей голову, и юной женщине казалось, что еще миг — и она познает настоящее блаженство. Но блаженство не наступило, даже когда Назар овладел ею со всем пылом молодого и здорового мужчины, добившегося близости с давно желанной женщиной. Дарина не могла воспылать ответной страстью и в какой-то миг ощутила, что ей обидна та нетерпеливая дерзость, с которой он получает удовольствие, не заботясь о ее чувствах, словно она была бессловесной игрушкой для любовных утех.

Когда все кончилось и удовлетворенный Назар, тяжело переводя дыхание, лег с нею рядом, Дарина тщетно ждала, что он с нежностью объяснит ей, как она хороша и желанна ему. Но Назар молчал, а после короткой передышки снова ее обнял и предложил:

— Ну что, давай еще раз? Только уж теперь ты меня покрепче приласкай.

— А ты спросил, хочу ли я еще раз? — вдруг вскинулась Дарина и, схватив брошенную на ветви дерева одежду, стала поспешно натягивать ее на себя.

— Что такое?.. — Назар привстал и потянул ее за руку. — Чем я тебя обидел? Или тебе со мной нелюбо? Почему же пришла?

— Я думала, что мне будет хорошо, — призналась Дарина. — Но пока я не чувствую ничего, кроме страха и тревоги.

— Аты не бойся, место здесь укромное, нас никто не найдет. А если б даже и нашли, что за беда? Ты теперь вдова, женщина вольная, никто тебя не накажет, не побьет. А ежели свекровь обидится, так уйдешь от нее, — у тебя ведь и свой дом имеется. Ну, развеселись, прижмись ко мне!

Назар вскочил на ноги и обнял готовую убежать Дарину. После крепкого поцелуя она с волнением прошептала:

— Как странно… когда ты меня целуешь и обнимаешь, у меня голова идет кругом, а потом почему-то наступает такая пустота, что даже досадно… и никакого удовольствия…

— На меня еще никто не жаловался, — горделиво объявил Назар. — А в тебе, видать, маловато пыла, или ты уж очень боязлива.

— Не знаю… Отпусти меня, Назар, мне как-то не по себе.

— А вот не отпущу, поймалась птичка! — засмеялся он, удерживая ее. — Ты мне еще желаннее, чем раньше, потому что теперь ты женщина, а не глупая девчонка. Когда еще такой случай выпадет нам с тобою натешиться друг другом?

— Давай прежде присядем, поговорим. — Дарина, выскользнув из его рук, опустилась на ствол поваленного дерева. — Я не могу тешиться, Назар, когда душа не на месте. Пойми и ты меня. Один древний проповедник сказал: «Всему свое время, и время всякой вещи под небом. Время рождаться и время умирать. Время обнимать и время уклоняться от объятий». Видно, мое время еще не настало…

— Не знаю я этих проповедников, — пробурчал Назар. — Я грамоте не обучен, церковных книг не читал. Я и в церковь-то вчера пришел, чтобы на тебя полюбоваться.

— А раньше? Раньше ты зачем приходил в церковь? Чтобы на других девок и баб любоваться?

Дарина порывисто вскочила на ноги и побежала вниз по тропинке. Назар догнал ее и снова стал обнимать. Женщина почувствовала, как он уверен в своей силе и власти над ней, и ее захлестнула обида, смешанная со стыдом.

— Воли рукам не давай! — вскрикнула она, грубовато оттолкнув его. — Ты бы лучше поговорил со мной, расспросил, что у меня на душе.

— Разве ж с красивыми бабами надо говорить? — пожал плечами Назар. — Они для другого дела созданы. По мне, так лучше бы ты вовсе была немая, потому что я твоих слов не пойму.

Дарина поморщилась от досады и сделала несколько шагов в сторону. Назар в два прыжка оказался рядом с ней. И в этот миг ветви деревьев раздвинулись, и прямо навстречу любовникам вышла Христина — жена Назара. Дарина видела ее лишь раз, да и то издали, но сразу же узнала, вернее, догадалась, кто она. Одного взгляда на большой живот и бледное лицо Христины было достаточно, чтобы понять, как нелегко сейчас было беременной женщине, преодолевшей немалое расстояние от своего села до места, где ее муж встретился с другой. Дарина почувствовала жгучий стыд. Первой ее мыслью было, что Христина следила за Назаром и все видела, но потом Дарина поняла, что это не так: ведь если бы ревнивая жена обнаружила их раньше, то не допустила бы, чтобы они стали любовниками.

— Так вот ты где! — воскликнула Христина, обращаясь к мужу. — А сказал мне, будто идешь к уряднику! Но мое сердце чуяло, что врешь! Недаром люди поговаривали про это место у ручья!

— Замолчи, Христя! — прикрикнул на нее Назар.

Но обманутую женщину было уже не остановить. Резко повернувшись к Дарине, она уперла руки в бока и заголосила:

— А ты, боярыня, не боишься ли греха? Уж если тебе невмоготу, так милуйся с ровней! Назар ведь простой мужик, да еще и женатый! Не стыдно ли тебе обнимать чужого мужа, у которого жена на сносях? Меня не жалко, так пожалей хоть моего ребеночка, который вот-вот родится! У тебя-то сын в холе и неге растет, в боярских покоях, а ты в это время отбиваешь мужа у меня, горемычной!..

Назар пытался унять крикливую жену, но она вырывалась из его рук и только сильнее повышала голос.

Не помня себя от стыда, Дарина стремглав кинулась прочь и, не разбирая дороги, падая и хватаясь за кусты, почти скатилась к подножию холма. Назар, оттолкнув цеплявшуюся за него Христю, помчался вслед за Дариной и догнал ее уже на нижней дороге, ведущей к боярскому поместью. Когда он сзади поймал боярыню за руку, она вздрогнула, вспомнив, как когда-то, больше года назад, в таком же вечернем сумраке, на этой же дороге ее схватили сзади цепкие руки разбойников.

— Не бойся ничего, Дарина, — запыхавшись от бега, промолвил Назар. — Я прикажу Христе, и она замолчит, никакой огласки не будет.

— Разве только в огласке дело? — вскинулась Дарина. — Христя правильно меня стыдила, я виновата перед ней, а ты виноват еще больше. Почему мы с тобой раньше не вспомнили о твоей беременной жене? Простить себе не могу…

— Да мне на Христю наплевать, она и без меня проживет, у нее отец богатый, — заявил Назар. — Не слишком-то я ее и люблю.

— Но ведь она тебя любит! И она ждет ребенка! Зачем же тогда женился на ней?