Озабоченный
Шрифт:
– Да иди ты!
– Уже пришёл. Ты чего как старуха?
– А чего ты меня от дел оторвал?
– Языки с подругами чесать? С Мишкой на хате висеть, штаны протирать? Вы хоть целуетесь?
– Да пошёл он твой Мишка! Сам не знает, чего хочет, пусть сначала с собой разберётся. Как никого нет, так он со мной сюси-муси разводит, шутками сыплет, целует не серьёзно, а как маленькую; зато корова какая смазливая покажется, постарше, он к ней. Тьфу на него! – сказала, гордо вскинув голову.
– Разлюбила, значит.
– Он никогда мне не нравился! – соврала на голубом глазу.
– Молодец, сеструха, так держать! Но собрал я тебя по другому поводу…
– К нам едет ревизор? – уточнила Катришка, перебив моё выступление.
– Я уже серьёзно, Катриша. – И быстро, чтобы снова не вклинилась, продолжил. – Ты уже знаешь, что я – колдун… ведьмак, точнее. Способности получил от ведьмы, которая погибла, меня тем самым вылечив.
Сестра, всё ещё непонятно чем раздражённая, тоскливо кивнула, соглашаясь.
– А этой ночью я делал себе защитный амулет, наподобие того, какой я вам с мамой сделал, - на лице Катришки проступила явная заинтересованность, глаза сверкнули. И я вспомнил, как она ночью обиделась, когда я не стал вдаваться в объяснения, почему случилось то, что случилось. Далее заговорил более эмоционально и раскованно.
– Мне, понимаешь, ваши крестики не подойдут, потому что я – мужчина. Я говорил тебе про Инь и Ян?
– Упоминал. Инь – вроде как женский знак, Ян – мужской. Они не смешиваются… вроде.
– Верно! Вот для долбанного Ян я и затеял возню с алтарём. Чем это кончилось, ты собственными глазами наблюдала, а руками чувствовала.
– Ну хоть не зря? – произнесла Катришка крайне заинтересовано.
– Не зря. Я получил новый алтарь и амулет, а ты – способности ведьмы. Ты ведьмой стала, Катриша…
Немая сцена, как в Ревизоре. После я стал ей объяснять, а сестра заинтересованно слушать, буквально глядя мне в рот. То, что она теперь ведьма её обрадовало и озадачило одновременно, но до конца поверить не могла.
– …способности будут открываться постепенно и главное для тебя – учёба, - я заканчивал первую лекцию.
– Тебе придётся выучить Книгу Мёртвых на зубок, иначе наговоры не сработают…
– Да они вообще не сработают, - проворчала хмурая от каши в голове Катришка. Я тоже, признаюсь, устал языком ворочать.
Мысленно прикрыв глаза, я всмотрелся в сестру «глубинным взором», которому научился после натурального воскрешения, благодаря подсказке старухи. Я много узнал той ночью, многому научился. По заверению той же ведьмы – уникальному. Например, видеть силу. В Катришке её излишек имелся, на заклинание должно хватить. И вдруг почувствовал запах роз, разбавленный разнотравьем, который явственно веял от сестрицы – чёткий след цветочницы Лады. Заметил обрывки своих заклятий, которые прошлись по девчонке касательно, тени растаявших наговоров Веры, пахнущих бензином, железом и маслом, и яркое сияние браслетов. А вот печати внушений так и не разглядел. Не обманула Лада, эта моя особенность отношение к колдовству имеет самое отдалённое; как, впрочем, и к гипнозу.
– Сработают! – уверил я и полез под кровать за книгой.
Полностью погрузившись в старуху-интуицию, я показывал Катришке буквы, заставлял выдавать правильное звучание, потом слога, числом три, и как произнести слово целиком. Из-за обилия гортанно-шипящих звуков с обязательным соблюдением тонов и разности громкости дело оказалось нелёгким. Наконец, мне-ведьме понравилось, заклинание сказано правильно.
– Если перевести на русский, то ты прочитаешь примерно следующее: «Омут глубокий воды стоячей, да сокроет предмет сей от взгляда любого». Надо чётко знать, что это за предмет, желательно его касаться и представлять, что с ним должно случиться…
– Да что же! – Катришка не выдержала моего интригующего молчания.
– Он исчезнет. Ненадолго. Я буду снимать видео, чтобы ты убедилась, что не обман и не фокус. Подойди к столу и выбери любой предмет.
– Ручка пойдёт? – сглотнув, спросила начинающая ведьмочка.
– Да, - согласился я. – Больше не стоит, силы у тебя маловато. Начинай.
Ручка исчезла с третьего раза, когда Катришка, у которой заболело горло, совсем отчаялась.
– Ух ты! – тускло восхитилась она. А через десять секунд воскликнула ещё более грустно, - ой! – Ручка вновь стала видимой.
– Что-то я устала, - призналась она. – Тоскливо мне почему-то, нерадостно… а должна прыгать от счастья…
– Часть силы Инь из твоей сути израсходовалась, поэтому у тебя депрессия. Лечение одно – восполнить недостаток энергии Инь. А как это сделать, ответь, ученица?
– Через секс вроде ты говорил…
– Садись, три. Через оргазм, - уточнил я. – Тогда женщина выбрасывает немыслимое количество Инь; мужик – Ян. Иди в туалет и дрочи.
– Не до этого мне сейчас…
Я подошёл, поднял её лицо вверх, поймал взгляд и чётко произнёс.
– Уединись и сама с собой поработай, - я всё-таки решил облегчить младшенькой жизнь. Но не до конца – желание не внушал.
Так завершился первый урок, по окончанию которого довольная Катришка, выйдя из ванной, сообщила.
– Так хотелось тебя по заднице пошлёпать, когда ты мне голову задирал, чуть зубы не стёрла…
– И что тебя остановило? – поинтересовался я, точно зная, что специально дразнит, Афродита недоделанная.
– Добрая я, братик. Помни мою доброту… на сегодня всё?
– Нет, Катриша, будем к встрече с Веркой готовиться.
– Тогда я пару часиков отдохну… можно?
– Нужно! Я тоже поваляюсь. Мама придёт, покормит вкусненьким и приступим.
Глава 17
Как бы мне ни хотелось, но попасть к Верке мы смогли только через день, в субботу. Хрен с ней, со школой, легко можно было прогулять, но избавиться от лишних посетителей было решительно невозможно. Незаметно для Верки невозможно. Дело в том, что всю пятницу она трахалась, как умалишённая; будто последний день для неё настаёт, и она надышаться не может. Вероятно, Настька вот-вот приезжает и для ученицы наступает строгач, - тогда нам надо вдвойне торопиться. Но вполне может быть, что она просто нимфоманка и удовлетворяет похоть, но скорее всего, верны оба варианта плюс пополнение запаса накопителя. Последнее предположение подтверждалось тем, что кроме двух мужиков, которые с жаром ублажали Веру, вечером пятницы в номере сидела её сестра, Надя, которая наблюдала за соитием сестрёнки выпученными, как у краба, глазами, заставшего кита за топтанием камбалы, и мастурбировала. Занималась этим без жара, явно по принуждению. Мужики, наверное, тоже не совсем по своей воле трудились, но они старательно, с полной отдачей работали – что в постели с отпадной красоткой неудивительно.