Чтение онлайн

Все присутствующие истолковали последние слова министра обороны как обещание высокой награды за оригинальную идею. Так оно и было. И военная мысль заработала. Только что ведь придумаешь, кроме количества и качества?

И все же оригинальная идея была найдена. Принадлежала она генерал-полковнику Огаркову, бывшему офицеру саперных войск.

Огарков предлагал не только демонстрировать мощь армии, но и показать, что вся эта мощь твердо стоит на гранитной основе столь же мощного тыла и военной промышленности. Он, конечно, не собирался раскрывать всю систему снабжения, это и не было нужно. Чтобы убедить гостей в своем богатстве, хозяину дома совсем не обязательно демонстрировать все свои сокровища, достаточно показать одну подлинную картину Рембрандта.

Огарков тоже хотел показать лишь один элемент, но достаточно убедительный. По его замыслу необходимо было в рекордный срок, за один час, например, построить железнодорожный мост через Днепр и пустить по нему железнодорожные эшелоны, груженные боевой техникой, и колонны танков. Такой мост не только символизировал бы мощь тыла, но и наглядно демонстрировал Европе, что никакой Рейн ее не спасет.

Идея Огаркова была встречена с восторгом в Министерстве обороны и в Генеральном штабе. Это было именно то, что требовалось. Конечно, в Советской Армии не было такого моста, и времени до начала учений оставалось совсем мало. Это, однако, никого не смущало – главное, желанная идея была найдена.

Генерал-полковник Огарков был наделен абсолютными полномочиями, не меньшими, чем Генеральный конструктор перед запуском первого космонавта. Сам Огарков не только блестящий эрудит и опытный инженер-мостовик, он еще и небывало требовательный и волевой командир, каким до него был только Жуков. Это, конечно, облегчало выполнение задачи. Под его непосредственное руководство были переведены все научно-исследовательские учреждения инженерных и железнодорожных войск, а также все промышленные предприятия, производящие армейскую инженерную технику. На этих заводах было остановлено все производство в ожидании того момента, когда поступит приказ производить что-то небывалое.

Тем временем, пока конструкторы делали первые наброски и эскизы будущего моста, который предстояло использовать всего лишь один раз, в железнодорожных и инженерных войсках начался отбор самых молодых, здоровых и крепких офицеров, а также наиболее грамотных и опытных инженеров. Кроме того, прошли конкурсы среди курсантов-выпускников, практически уже офицеров, железнодорожного и инженерных училищ Советской Армии. Тысячи лучших офицеров и курсантов-выпускников переодели в солдатскую форму и со всех концов Союза собрали в Киев. Тут была сформирована 1-я Гвардейская железнодорожная мостостроительная дивизия.

Пока не было ясно, каким будет мост, дивизия приступила к небывало тяжелым тренировкам – каким бы мост ни был, а все, кто будет его собирать, должны работать, как акробаты под куполом цирка.

Тем временем идея сверхскоростной сборки железнодорожного моста продолжала развиваться и углубляться. Было предложено сразу после завершения сборки пропустить через него путеукладчик и несколько эшелонов с рельсами и столь же скоростными темпами проложить отрезок железнодорожной магистрали на правом берегу, а уж после этого пустить через мост эшелоны с войсками и боевой техникой. Эта идея тоже была принята и одобрена.

Между тем все КБ, которые независимо друг от друга вели разработку моста, заявили, что построить наплавной мост даже грузоподъемностью 1 500 тонн за такой короткий срок невозможно.

Огарков вскипел. Его репутация и будущее были поставлены на карту. Он реагировал быстро и точно. Во-первых, он обратился в ЦК и добился заверения, что конструктору, которому все же удастся создать такой мост, будет присуждена Ленинская премия. Во-вторых, он собрал всех конструкторов на совещание и, сообщив им о решении ЦК, предложил обсудить все детали еще раз. На этом совещании была отвергнута возможность переправить путеукладчик и эшелоны с рельсами. Было решено также не переправлять колонны танков одновременно с железнодорожными эшелонами. Кроме того, все вагоны решили переправлять только пустыми, а рядом с поездом пустить не колонну танков, а колонну грузовых машин, тоже пустых. Оставалась лишь одна проблема: как переправить локомотив, весящий 300 тонн. Естественно, возникла идея снизить вес локомотива, насколько это возможно.

Два локомотива, основной и дублирующий, срочно переделали. Все, какие только можно, стальные детали были заменены алюминиевыми. Были сменены паровые котлы и топки. Тендеры паровозов были совершенно пустыми, ни угля, ни воды, только по очень маленькой бочке предельно калорийного топлива, возможно, авиационного бензина или керосина.

А время летело как никогда. Проект моста заканчивали уже прямо на заводе. Туда же на заводы прислали большую часть офицеров 1-й Гвардейской железнодорожной знакомиться с его конструкцией прямо в ходе изготовления. Заводы, не работавшие до того несколько месяцев в ожидании проекта, были переведены на военный режим. 24 часа работы из 24. Все рабочие получали бешеные деньги, и всем пообещали, в случае если они успеют вовремя, небывалые премии лично от министра обороны.

Первые элементы моста поступили тем временем в дивизию, и начались тренировки. Каждую неделю прибывали все новые элементы моста, и в ходе каждой тренировочной сборки он становился все длиннее и длиннее. Теоретические расчеты показывали, что он должен выдержать пустой эшелон. Как это будет на практике, никто, конечно, не знал. Самое опасное было то, что при сильном прогибе моста под локомотивом, состав может перевернуться в воду. Экипажи локомотивов и водителей машин, переодетых офицеров автомобильных войск, которым предстояло двигаться по мосту одновременно с эшелоном, начали спешно учить пользоваться спасательными средствами, которые используются танкистами при вождении под водой.

Дать же им практическую тренировку в переправе по мосту было невозможно, – все еще не хватало нескольких элементов моста, чтобы соединить два берега.

В тот день, когда в дивизию пришли два последних понтона, начались самые мощные в истории человечества войсковые маневры под кодовым наименованием «Днепр».

Железнодорожный наплавной мост через Днепр был построен в рекордно короткий срок, и, когда на правом берегу вбивали последние сваи, с левого берега на мост плавно вошел локомотив и медленно потянул за собой длинный железнодорожный состав. Одновременно с эшелоном на мост вступила колонна военных машин.

Руководители партии и правительства и многочисленные иностранные гости, наблюдавшие за строительством гигантского моста, просто не ожидали, что он строится для железнодорожного сообщения, и, когда локомотив вступил на мост, на правительственной трибуне дружно зааплодировали.

По мере того как паровоз все дальше и дальше удалялся от берега, прогиб моста под ним угрожающе увеличивался. От прогиба моста к двум берегам реки пошли тяжелые медленные волны и, отразившись от берегов, вернулись к мосту, плавно закачав его из стороны в сторону. На крыше паровоза мгновенно появились три фигуры испуганных машинистов.