Остров
Шрифт:
— Джейк! — он громко позвал, больше надеясь, чем веря, и тогда он увидел, что это действительно была его овчарка, ошибки быть не могло, на левом ухе — белое пятно. Это было невероятно; он видел, как собаку засосала трясина на Торфяном болоте! Это было какое-то чудо, но у него нет времени в нем разбираться. Достаточно того, что Джейк здесь, что он жив. Боже, как же ты мне нужен, дружище!
Джейк остановился, обернулся, пробежал несколько ярдов; затем подождал. Было ясно, что он хотел выразить этим: «Следуй за мной, и я уведу тебя от этих дьяволиц». Джейк залаял: «Мы должны торопиться, а не то они поймают нас!»
Фрэнк бросился бежать. Одного взгляда назад было достаточно; дверь дома открыта настежь, из нее выскочили Саманта с окровавленным лицом и ее дочери. Они увидели его, издали ужасающий вопль, в котором слышались ярость и жажда крови. И, может быть, голод!
Джейк вприпрыжку бежал впереди, его белые отметины служили Фрэнку ориентиром в темноте. Вскоре Фрэнк нагнал его, и они побежали рядом. Они бежали по знакомой овечьей тропе, потом сошли с нее. Фрэнк не знал, где они находятся — он бежал по траве вслепую, следуя за Джейком.
В отдалении Фрэнк слышал крики своих преследователей, они страшно выли, как шедшие по запаху волки; их замысел провалился. Все, что ему требуется — отыскать какое-нибудь укромное местечко, чтобы дождаться рассвета. Завтра придет почтовый паром — внезапно он в этом уверился. Старый паромщик пришвартует судно к шаткой пристани, в его беззубых, окаменевших деснах будет зажата трубка, он будет неразговорчив, может быть, даже не станет объяснять причину задержки парома.
Он поднимется сразу же на борт вместе с Джейком. Ни минуты дольше, они просто унесут отсюда ноги, даже не пойдут за вещами. Потому что остров Альвер был обиталищем живых мертвецов.
Нет смысла сообщать в полицию. Рут и Джанет не умерли, потому что они уже были мертвы; «похороны» были спектаклем, рассчитанным на него. Они могли владеть этим островом; «Макбэннон и Браун» предложат его на продажу, но покупателей не найдется.
Он вернется в Шропшир и начнет все с нуля, даже без самой необходимой одежды. Он был благодарен и за то, что остался жив; он и Джейк наймутся работать на ферму, найдут там жилье.
Он остановился и прислушался; только рокот волн поблизости — женщины, очевидно, прекратили погоню. Он не хотел о них думать, о том, как они могли бы разрезать его для своего людоедского пира.
— Ладно, приятель, я только отдышался. Пошли, веди меня, найди мне уютную дыру, в которой я смог бы прилечь. Только ты да я.
Пес побежал дальше, в темноте мелькнуло белое пятно и пропало. Только чернота ночи. Фрэнк шагнул вперед; Джейк, наверно, спрятался в какой-нибудь впадине, в небольшом углублении. Или же нашел им тайное убежище.
— Где же ты, парень?
Внезапно Фрэнк полетел вниз. Под ним не было почвы, только нескончаемая, несущая вниз темнота. Набирая скорость, вращаясь, он изгибался и поворачивался, слыша, как волны бьются о скалистый берег, чувствуя ледяные брызги на своем падающем обнаженном теле.
Это Котел, о Боже! Он весь собрался в комок, моля, чтобы конец наступил скорее, чтобы он потерял сознание от удара еще до того, как утонуть.
Судьба не пощадила его даже в эти несколько последних секунд жизни. Он вновь услышал слова старого паромщика: «Альвер не хочет, чтобы его продавали, потому что мертвые хотят владеть им. То, что случилось на острове, началось гораздо раньше, чем сорок лет назад. Гринвуды не покинули остров, они умерли!»
Гринвуды! С ними произошло то же самое. Они бежали из дома посреди ночи, они бросились в Котел навстречу смерти. Они предпочли водяную могилу жару печи и унижению быть съеденными дьяволицами Альвера.
Фрэнк упал в бушующие волны и пошел ко дну. Перед тем, как потерять сознание, он ощутил что-то мягкое и волосатое рядом с собой. Он протянул руку, схватил его и понял, что это был Джейк.