Чтение онлайн

— Приходится даже на входе в контору дежурить, у каждого спрашивать: откуда, куда, зачем? Потому что по слухам они сами ещё по почте кое-кому повестки продублировали. Простого милиционера на вход не поставить — он ни фига в нашем деле не понимает. Самим приходится. Некоторым с такой повесткой, самым сомнительным, сразу пендаля под зад — сгинь и чтобы две недели ни на какие вызовы ни в милицию, ни в прокуратуру.

Слушая Митрофанова, я налил из графина воды в чайник и воткнул в сеть. И графин, и чайник были старыми, заслуженными, обросшими известковым налётом, как морской бриг ракушками. Не знаю, как чайник, но графин был точно ровесником революции. Сбегал к девчонкам в дознание за заваркой, понимал, что надо сделать паузу, или мой друг не выдержит напряжения и взорвётся от возмущения.

Не взорвался. Наоборот, отхлебнув горяченького, Женька вдруг заржал. Я снова обеспокоился — не психический ли?

— А с обэхээсниками? Начальник отдела и так уж на шпагате сидит, того и гляди порвётся. Пацаны рассказывают, матерятся. Намекнули тут, что супруге председателя бригады требуется кокарбоксилаза. Уколы такие, если не знаешь. В Москве-то, видно, нету. Или там таких проверяющих, как наши, до такой-то фени. Ну да ладно, не в этом дело. Начальник ОБХСС звонит в горздрав — выручайте, дело государственной важности. Там люди толковые, отвечают: что уж там, в понимании находимся, изыщем. Гонец приезжает к завгорздравом: так и так, за кокарбоксилазой.

Женька опять заржал.

— Так вот, а ему в ответ: извините, никак не можем. Как так, не можете? А ему опять: не можем, обстоятельства — с. Строгий учёт. И кладут на стол бумагу. Вот говорят, полчаса назад получили. Читает наш парень — Представление об устранении причин и условий, способствующих совершению преступлений. И подписано начальником нашего УВД. А внутри примерно такое: поскольку членами инспекторской бригады выявлены серьёзные нарушения в хранении и отпуске лекарственных препаратов… ну и так далее.Вот тебе ситуация! Каково?

Мне как-то надоело слушать рассказы приятеля. Подумалось: да тут они все чуточку долбанутые от этой проверки. То, что текущие дела запущены, и меня ждёт вал материалов, требующих разрешения, это я уже понял. Все работают на устранение выявленных недостатков, текучкой заниматься некому. Пойду вникать потихоньку. Как известно, спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

На этот раз я отправился в библиотеку не по своей воле, а по милости начальства. Все-таки, одна тысяча девятьсот семьдесят седьмой год — это не только шестьдесят лет Великой Октябрьской революции, но еще и юбилей нашего города. Даже и не знаю, какая дата руководству казалась важнее. С одной стороны — юбилей Октября очень серьезно, но с другой, не так давно праздновали пятьдесят пять лет, более «круглую» дату, а не за горами и семьдесят, а вот двести лет со дня рождения города — это круто! Тем более, что руководству Череповца нужно было показать, что у нас имеется не только современная история, в виде гигантов металлургии и химии, но и древняя. С Вологдой или Белозерском не сопоставимо, но все равно.

Поэтому, альпинисты во главе с Печениным отыскали еще не проименованный пик и дали ему имя Череповца, в Заречье в срочном порядке разбивали парк в честь 200-летия города, а строители украшали фасады зданий цветным кирпичом в виде надписей, напоминающих, что Череповец основан в 1777 году. Подобную надпись даже сделали на трубе котельной, установленной в районе улице Ленина, среди деревянной застройки. Скажу — в будущем всю деревянную застройку снесли, понаставили там панельных домов, но труба стоит.

Вот и у нас, в управлении и райотделах пошло поветрие — провести в честь приближающейся годовщины мероприятия, вроде лекций. В нашем Индустриальном РОВД вновь назначенный замполит, поймав меня после оперативки, «нарезал» задачу — провести в родном подразделении лекцию по истории. Дескать — с музеем договариваться нужно, а это лишнее время, а на лектора из общества «Знание» денег не выделено, а коли и выделят, так все управлению уйдет, а задачу, поставленную вышестоящим начальством выполнять надо. А лейтенант милиции Воронцов, со слов сослуживцев — шибко умный и много по истории родного города знает. Так что, бери ноги в зубы и дуй в хранилище знаний, благо, его замполитова власть это позволяет и никакой ему замначальника по оперативной работе не указ. Вернее — с замом, своим коллегой он уже договорился, что все дела, которые Воронцов не сделал, сделает позже. Двух дней, дескать, должно хватить и на службу можно не выходить.

Откровенно-то говоря, лекцию по истории города я провел бы и безо всякой библиотеки, но кое-что освежить в памяти нужно. Да и зачем отказываться, если тебе дают почти реальные отгулы? Сколько у меня времени на библиотеку уйдет? Час, может два.

Так что, через десять минут я уже сидел в читальном зале, почти ставшим родным, в компании с двумя книгами по истории города. Это в моей реальности книги по «черепановедению» занимают целый стеллаж, даже учебник по истории города имеется, а в семьдесят седьмом году их почти не было.

Итак, с чего бы начать? А начну я с того, что расскажу моим коллегам о том, что название Череповец происходит не от черепа несчастной овцы, о который, как гласит местная легенда, споткнулась императрица Екатерина II, а от слова «череп», означающую не только верхнюю часть скелета, а еще и возвышенность. Именно так называли русские (еще даже и не русские, а славянские) первопоселенцы холм, именуемый ныне Соборной горкой, что плыли к нам по реке Шексне. Соборной горкой холм стали называть лишь тогда, когда там появился храм.

Но люди стали селиться у нас еще в каменном веке. Жаль, что наши будущие археологи, которые станут производить раскопки пока еще учатся в институтах, поэтому подробности указывать не стану. Скажу, что по реке Ягорба у нас имеются стоянки древнего человека, которым уже пять тысяч лет, то могут спросить — откуда я это взял? Не стану же говорить, что открыта стоянка, именуемая «Октябрьский мост», потому что у нас еще и мост-то через Шексну не запущен. Но вроде бы, скоро должны запустить? Как раз к годовщине революции. Забегая вперед скажу, что стоянки, которые не смогли занести в реестр памятников истории и культуры, в двадцать первом столетии закатаны под асфальт, потому что вдоль реки устроили набережную. Городские власти понять можно. История историей, но народу где-то гулять надо. Авось археологи будущего, где-нибудь в двадцать пятом веке вооружатся приборами, способными восстановить реалии каменного века.

Первыми людьми, о которых что-то известно науке, стали финно-угорские племена, переместившиеся в Европу из Сибири во время Великого переселения народов. Финно-угры, словно река, растеклись на десятки ручейков, дав начало многим народам, а потом и государствам, вроде Финляндии, Эстонии и Венгрии. И первые поселения в Вологодской области основывали финно-угры. В наших краях до сих пор живут вепсы — их потомки.

А потом, как появилось древнерусское государство, пошли к нам славянские колонисты. Из Новгродчины шли новгородские словене, а из Владимирщины кривичи. Вначале приходили купцы, менявшие у местного населения пушнину на железные издели и соль, потом появились охотники, сами желающие добыть ценные меха, а следом потянулись уже и земледельцы. Эти шли либо со своими семьями, либо брали в жены местных барышень из числа веси. Словене и кривичи перемешивались между собой, а еще ассимилировали финно-угров.