Чтение онлайн

— В нашей практике бывает всякое, — заметил Арсений Николаевич. — Сейчас нам важно объединить усилия и вычислить убийцу.

Она молчала.

— Уголовное дело по факту убийства секретарши должна вести наша прокуратура, а домработницы — ваша. Плюс пропажа девочки. Нужно решить, к какому из дел ее отнести — к вашему или к моему. Или мы объединим все эти три дела.

— Нужно объединить, — согласилась Линовицкая, словно очнувшись. Она взглянула на сидевших перед ней женщин. — Мне нужно будет вас допросить и составить протокол. Думаю, вы понимаете, что вам нельзя уезжать из Москвы без нашего разрешения.

— Я предупреждала, — напомнила Оксана, — теперь нам придется задержаться в Москве. Для меня-то это не проблема, я живу у сестры. А вот проживание остальных будет некоторой проблемой для Эдуарда Леонидовича. Ему придется платить за них.

— Спасибо, — вдруг вмешалась Элга, — но это не нужно. Не обязательно. Я могу сама заплатить за свой отель.

— И я могу, — вставила Фариза.

— Разве дело в оплате? — горько воскликнул Халупович. — Да я бы все свое состояние отдал, чтобы воскресить Оленьку и Елизавету Матвеевну!

— Увы, — взглянул на него Бозин, — это уже невозможно. Давайте сделаем по-другому. Составим список людей, которые знали, что у вас есть квартира на Тверской, и были здесь, в здании, в момент убийства. Так сказать, очертим круг подозреваемых.

— Верно, — подал голос Дронго, — нужно определить, с кем мы должны работать.

Линовицкая, обернувшись, внимательно посмотрела на него. Что-то в ее глазах заставляло Дронго напрячься. Это было не просто любопытство. Это было другое чувство. Больше интереса, чем он мог ожидать.

— Первый номер — это вы, Халупович, — сказал Бозин, аккуратно написав фамилию хозяина кабинета и поставив перед ней цифру один. — Следом идут ваши дамы. — Он записал их данные — Элга Руммо, Фариза Мамаджанова и Оксана… — Простите, ваша фамилия Филиппенко, как указано в удостоверении?

Оксана Григорьевна согласно кивнула.

— Значит, еще трое, — отметил Бозин. — А ваш помощник и секретарша знали о вашей квартире?

Халупович бросил взгляд на Дронго. Отрицать это было бы глупо.

— Знали, — сознался он, — но они там никогда не бывали.

— Они могли там быть, — резонно возразил Бозин и добавил еще две фамилии. Затем, подумав, спросил: — А Шальнев? Он ведь, кажется, отвечает у вас за безопасность. И к тому же является вашим заместителем.

— Он никогда не бывал у меня дома, — ответил Халупович, — во всяком случае, на этой квартире.

— И, тем не менее, мы его поставим следующим. Семь человек, — сказал Бозин, — не густо, но и не мало. Кто еще? Кто мог знать об убийстве и побывать в вашей квартире?

— Никто. Я не посвящаю посторонних в свои личные дела, — нервно заметил Халупович.

— Значит, больше никого? — настаивал Бозин.

— А водители? — вдруг напомнила Элга. — Они нас отвозили и привозили.

— Да, — кивнул Эдуард Леонидович, — они тоже знали, где находится моя квартира, и были знакомы с Олей.

— Как их фамилии?

— Михаил Жислин и Егор Скрёбов.

— Итого девять человек, — подвел итог Бозин. — Мне кажется, что убийцу нужно искать среди них.

— А если это кто-то посторонний? — предположила Элга. — Вы не думаете, что кто-то мог появиться в доме нашего друга, а потом прийти сюда и убить несчастную девушку?

Дронго заметил, что при этих словах вздрогнула Фариза. Но он не стал вмешиваться в разговор.

— Возможно, что так и было, — согласился Бозин, — но ведь этот посторонний должен был сначала незаметно проникнуть в квартиру, а потом так же незаметно появиться здесь, украсть девочку, а потом убить Ольгу.

— Правильно, — неожиданно поддержала его Оксана Григорьевна, — не нужно считать, что преступления совершаются при помощи нечистых сил или какими-то особыми людьми. Обычно это делают нормальные люди, которые живут среди нас. Вернее, не совсем нормальные. Они нормальны лишь внешне, и их трудно отличить от действительно нормальных людей.

— Получается, что одна из нас — убийца? — вмешалась Элга.

Когда она волновалась, акцент проявлялся сильнее. Оксана Григорьевна недовольно заметила в ответ:

— Я не сказала, что убийца сидит за этим столом. Я лишь сказала, что убийца не обязательно должен обладать какими-то сверхъестественными способностями. Это может быть человек, похожий на нас.

— Девять человек, — подвела итог затянувшемуся спору Линовицкая. Она повернулась к Дронго: — Вы ничего не хотите сказать?

— Хочу, — поднялся со своего места Дронго. — Мне кажется, что вы несколько увлеклись в своих рассуждениях. А я видел погибшую и могу сказать, что удар, нанесенный ей, был очень сильный. Тяжелым предметом ей проломили череп с первого удара, и к тому же она упала с некоторой высоты. Женщина не способна нанести такой удар. Думаю, что убийца — мужчина. Но, с другой стороны, зачем ему рисковать, проникнув в квартиру, и пытаться отравить воду? Если бы он хотел убить либо Эдуарда Леонидовича, либо его домработницу, то мог бы спокойно дождаться жертву на лестничной клетке и нанести удар. Здесь что-то не состыковывается.

— Есть еще одна версия, — вмешалась Оксана Григорьевна. — А если Ольгу убила сбежавшая девочка?

— Судя по рассказам, это рахитичный ребенок, хрупкого телосложения, — заметил Дронго. — Она постоянно недоедала, была замкнута, сторонилась людей. Вряд ли у нее нашлись бы силы для смертельного удара. И потом — куда она делась? Поверить в то, что ребенок прячется весь день, а потом появляется, чтобы убить молодую женщину и снова спрятаться… Для этого нужно обладать бурной фантазией. Но самое важное — девочка не могла нанести удар такой силы и уже тем более не могла ударить сверху вниз, а именно таким и был удар.

— А если она стояла выше на лестнице? — не успокаивалась Оксана Григорьевна.

— Нет. Погибшая стояла рядом с убийцей на лестничной площадке. Там обнаружены капли крови.

— Вы можете разбить любую версию, — недовольно заметила Оксана Григорьевна.

— Вы не сказали, кого вы подозреваете, — напомнила Линовицкая.

— Я не строю подобных умозаключений, основываясь лишь на предположениях, — ответил Дронго. — Мне нужны конкретные данные.

— И что же вам нужно? — поинтересовалась Линовицкая.