Шрифт:
Глава первая
Дронго лежал на диване, наслаждаясь новым изданием Борхеса. Парадоксальность мышления великого писателя всегда приводила его в восторг. Телефонный звонок заставил невольно поморщиться. Он посмотрел на аппарат, послушал, как включился автоответчик. Раздался знакомый голос Владимира Владимировича:
— Если ты дома, возьми трубку. Мне надоело слышать твой голос на автоответчике.
— Что случилось? — спросил Дронго, подняв трубку.
— Тебя хочет видеть один человек. Мне кажется, тебе будет интересно с ним встретиться.
— Опять, — поморщился Дронго, — опять кто-нибудь из ваших бывших коллег. Вы ведь знаете, как я не люблю работать с офицерами ваших спецслужб. С годами идет очевидный регресс, разве вы этого не замечаете? После того как закончилась «холодная война», лучшие офицеры на Западе ушли в бизнес, а многие из наших стали консультантами криминальных группировок. Может, поэтому остались лишь неудачники.
— Свое компетентное мнение насчет спецслужб лучше выскажешь мне при личной встрече, — парировал Владимир Владимирович, — на этот раз могу тебя успокоить. Речь идет об одном бизнесмене, который хочет с тобой увидеться.
— Какой бизнесмен? Вы стали заниматься коммерсантами? — удивился Дронго. — Или он работает на секретном предприятии? Хотя какие секретные предприятия могли остаться в стране. Кто он такой?
— Интересный человек. Очень интересный. Мне кажется, он тебе понравится. Вы с ним чем-то похожи. Только ты стал циником, а он сохранил оптимизм.
— Поздравляю, — пробормотал Дронго, — кстати, почему вы решили, что я циник?
— Это я пошутил. В общем, я пришлю к тебе этого человека. Прямо сейчас. Ты с ним поговори, и поймешь, что я был прав. Он тебе понравится.
— Хорошо, — согласился Дронго, — присылайте ко мне вашего бизнесмена. Только с такими типами я еще не имел дел. Все нынешние бизнесмены либо государственные воры, которые успели присосаться к государственному имуществу и урвать свою долю, либо просто воры, которые смогли обмануть своих компаньонов и коллег по бизнесу. Или вы знаете другую категорию бизнесменов?
— Он из другой категории. Иногда бывают исключения, — загадочно сказал Владимир Владимирович, — ты с ним поговори, а потом спрошу твое мнение. Уверяю, как минимум, не разочаруешься.
Дронго положил трубку и вернулся на диван читать Борхеса. Через час ему позвонили. Он поднял трубку и услышал незнакомый голос.
— Здравствуйте, — раздался уверенный звонкий голос незнакомца, — извините, что беспокою вас дома. Но мне сказали, что у вас нет своего офиса.
— К счастью, нет, — добродушно пробормотал Дронго, — иначе мне пришлось бы принимать людей на работе, имитируя бурную рабочую деятельность.
— Я хотел бы с вами встретиться. Извините, что беспокою. Мне ваш телефон дал Владимир Владимирович…
— Это я уже догадался. Можете приехать, — разрешил Дронго, — я предупрежу охранников, чтобы вас пропустили.
В элитном доме, где жил Дронго, существовала частная охрана, обеспечивающая безопасность жильцов. Такие дома появились в Москве в середине девяностых, когда уголовный беспредел, захлестнувший город, вынудил создавать в подобных жилых комплексах собственную охрану, хотя бы отчасти гарантирующую их жильцам защиту от непрошеных визитеров.
Неизвестный появился примерно через полчаса. Когда он позвонил в дверь, Дронго, взглянув на экран монитора, увидел гостя. Это был мужчина чуть выше среднего роста, с живыми глазами, подвижным лицом, облысевший, с крупным мясистым носом и большими ушами. Гость дважды нервно поправил узел галстука, пока Дронго не спеша разглядывал его. Дронго обратил внимание на его длинные красивые пальцы. В правой руке пришелец держал целлофановый пакет. Дронго остался доволен увиденным и, поднявшись, пошел к двери, чтобы впустить гостя.
— Здравствуйте, — произнес неизвестный, входя в квартиру.
От него пахло дорогим парфюмом и сигарами. Сладковатый запах сигар. Дронго почувствовал его, как только открыл дверь.
— Добрый вечер.
Дронго кивнул гостю, он никогда не протягивал руку незнакомцам.
Гость снял пальто. «Довольно дорогое пальто, — отметил Дронго, — кажется, итальянское, из хорошего темно-синего кашемира».
Гость был одет в дорогой костюм. Дронго неплохо разбирался в подобных марках одежды. Это был конечно не «Бриони» и не «Валентино». Но одежда была очень хорошего качества. «Наверно «Балансиага», — подумал Дронго, — они любят использовать кашемир, а этому типу, кажется, нравятся подобные костюмы. А вот галстук у него наверняка от Диора. Его невозможно спутать ни с чем».
— Эдуард Леонидович, — представился вошедший, — моя фамилия Халупович.
— Очень приятно, — пробормотал Дронго, — проходите в гостиную и сразу скажите, что будете пить: кофе, чай, спиртные напитки?
— Я знаю, что вы живете один, и поэтому не хочу вас утомлять. Кстати, я пришел не с пустыми руками, — он показал на пакет, в котором угадывались очертания бутылок.
Ловким движением он достал из пакета две бутылки французского коньяка. Не обязательно любить коньяк, чтобы разбираться в его дорогих сортах. Дронго коньяк не пил, но понимал в нем толк.
— Хорошо, что я не должностное лицо, — пробормотал он, — иначе спустил бы вас с лестницы. Но раз вы принесли коньяк, можете пройти в гостиную и открыть бутылку. Я принесу шоколад. Надеюсь, вы не закусываете коньяк солеными огурцами?
— Нет, — хохотнул Халупович. Они явно понравились друг другу.
В гостиной гость, открыв бутылку, разлил янтарную жидкость в два пузатых бокала. Дронго сел в свое любимое кресло. Гость устроился на диване. Коньяк оказался превосходным, Дронго оценил его аромат.
— Итак, — сказал он, — давайте начнем разговор. Как к вам обращаться? Господин Халупович? Или по имени-отчеству? Или вам больше нравится старорежимное «товарищ»?
— Можно просто Эдик, мне сорок четыре, хотя в этом году будет уже сорок пять и, мне кажется, вы старше меня.
— Между прочим, я младше вас на несколько лет, — улыбнулся Дронго, — мне всегда нравилось удивительное свойство лысых людей. В молодости выглядишь гораздо старше, а в зрелые годы — гораздо моложе. Не так видна седина, как у людей, имеющих шевелюру. Но учитывая, что мы похожи друг на друга, я надеюсь, что выгляжу не старше.