Чтение онлайн

Тишина на «Колыбели» стала привычной, почти естественной средой. Её нарушал лишь ропот дизелей и скрип палубы. Поэтому, когда дверь радиорубки с грохотом распахнулась, все на мостике вздрогнули, как от выстрела.

В проеме стоял Карлссон. Но это был не тот одержимый алхимик, что неделями вслушивался в шипение пустоты. Его лицо, обычно бледное, теперь пылало неестественным румянцем, а глаза были широко раскрыты, полные не ужаса, а шокированного, почти маниакального торжества.

— Капитан! — его голос сорвался на визгливый фальцет, и он сглотнул, пытаясь взять себя в руки. — Эфир... Он... жив! Полон! Но это... это не то, что мы ждали.

Капитан резко развернулся, отложив бинокль. На его лице не было надежды — лишь мгновенная, привычная готовность к новой беде.

— Объясни.

— Я... я не знаю, как. Помехи почти стихли. Ионизация спала. Идут передачи. Мощные, четкие. Но не наши частоты. Не маяки... — Карлссон мотнул головой, пытаясь найти слова. — Это... новости. Американские, британские... Они... они говорят такое, что...

Капитан молча двинулся к радиорубке. Команда замерла, застыв в ожидании. Через мгновение из репродукторов, вмонтированных в стены корабля, раздался голос. Четкий, спокойный, поставленный баритон диктора, говорящий на безупречном английском. Тон был не истеричным, а деловым, почти благостным, как при объявлении о росте акций на бирже.

«...подтверждают, что операция «Возмездие Небес» достигла всех поставленных целей. Режимы в Пекине, Пхеньяне и Нью-Дели более не представляют угрозы для свободного мира. Коалиционные силы приступают к этапу стабилизации...»

В воздухе повисло непонимание.

— Что? Какую операцию? Какое возмездие? — прошептал кто-то.

— Тише! — рыкнул капитан из рубки.

Голос диктора продолжал, невозмутимый:

«...временные трудности со связью в Азиатско-Тихоокеанском регионе, вызванные геомагнитной аномалией, успешно преодолены. Усилиями инженеров коалиции уже восстановлена работа ключевых спутниковых группировок. Мы приносим наши глубочайшие соболезнования мирному населению, пострадавшему от хаоса и беззакония, спровоцированным действиями свергнутых режимов...»

Ледяная тишина повисла на мостике. Слова были ясны, но их смысл не укладывался в голове. Это звучало как сводка с очередных учений, а не как сообщение о конце света.

И тут Алексей вспомнил. Телевизор. Старый, допотопный телевизор, вмонтированный в стену кают-компании. Его использовали раз в год для показа новогоднего обращения капитана. Он был всегда выключен, пылился в углу. Цельный, немой кусок пластика и стекла.

Не говоря ни слова, он сорвался с места и побежал вниз. Через минуту в кают-компании собралась толпа. Алексей, дрожащими руками, нашел пульт. Батарейки, к всеобщему удивлению, еще подавали признаки жизни.

Он нажал кнопку.

Телевизор молчал.

Он переключил на внешнюю антенну.

Экран засветился мертвенной синевой.

И вдруг — рывок. Изображение проплыло, запрыгало и застыло. На экране был логотип международного новостного канала. И тот же самый диктор, в идеальном костюме и при галстуке, говорил с невозмутимым выражением лица.

«...открываются беспрецедентные возможности для переустройства региона в соответствии с принципами демократии и свободного рынка. По предварительным оценкам, восстановление займет не более двух десятилетий...»

Кто-то позади Алексея сдавленно выдохнул:

— Господи... Да они... Они совсем с ума сошли... Это же...

Алексей не слышал. Его рука сама потянулась к карману. Его смартфон, старый, верный, разряженный и бесполезный. Он машинально нажал на кнопку питания. И — о чудо — значок батареи показал три процента. Он судорожно ткнул в иконку браузера.

Страница грузилась мучительно долго. Спутниковый интернет, видимо, все еще работал с перебоями. Наконец, загрузилась стартовая страница новостного портала.

Заголовки бросились в глаза, кричащие, победные, бесчеловечные в своей деловитости:

«Эра нового мира: как Запад остановил тиранов»

«Биржевые индексы бьют рекорды на фоне новостей о стабилизации»

«Аналитики: крах китайской экономики откроет рынок сбыта на триллионы долларов»

«Гуманитарные миссии готовятся к входу в зону ответственности»

Алексей медленно опустился на стул, не в силах оторвать глаз от экрана. Он чувствовал, как почва уходит из-под ног. Они ждали разрушений, хаоса, криков о помощи. А получили — пресс-релизы победителей. Холодные, расчетливые, отполированные тексты, в которых гибель сотен миллионов людей называлась «временными трудностями» и «открывающимися возможностями».

Мы прорвались сквозь тишину, — мысленно произнес Архант. Но тишина оказалась куда милосерднее, чем эта леденящая душу реальность.

Кают-компания «Колыбели» превратилась в штаб по приему апокалипсиса. Люди стояли в оцепенении, уставившись на мерцающий экран телевизора, где под бодрые фанфары крутили ролик о «силе и единстве свободного мира». Алексей, бледный, сидел за столом, подключив свой наконец-то заряженный на все сто смартфон к розетке. Он лихорадочно листал сайты международных новостных агентств, которые грузились с чудовищной задержкой, выдергивая из потока информации самые чудовищные фрагменты. Это были не крики ужаса, а сухие, официальные сводки, от которых кровь стыла в жилах.

Он не читал — он сканировал, выхватывая ключевые фразы и зачитывая их вслух срывающимся голосом, пока остальные слушали, не в силах вымолвить слово.

«…по последним данным Пентагона, в ходе операции «Возмездие Небес» было применено ровно 527 ядерных боезарядов по заранее выверенным стратегическим целям на территории КНР, КНДР и Индии. Удар признан исключительно успешным…» — его голос дрогнул на слове «успешным».

«…основной ударной силой выступили баллистические ракеты подводных лодок класса «Огайо», находившихся в акватории Тихого океана. Полное отсутствие противодействия со стороны систем ПВО противника подтвердило расчеты о тотальном выходе из строя их электроники в результате геомагнитной аномалии…»