Чтение онлайн

— Нет-нет, дело не в тебе, а во мне! Ты не обычная, ты — обворожительная. И ты вовсе не невзрачная, а душераздирающе прекрасная!

(«Ха, я всегда это знала!»)

Он протянул ко мне руки, и я взяла их в свои.

— Что касается твоей… задницы, — продолжал Тэдди, — то я назвал бы ее апогеем каллипигии или, в переводе с древнегреческого, прекраснозадости. Но я вампир, Бегги. Кровожадный монстр из мрачной юдоли смерти. Я рожден, чтобы убивать, и мне это нравится. Ты своими глазами видела, что произошло возле библиотеки. Ты подвергаешь себя страшной опасности, находясь рядом со мной. В любой момент я могу оскалить клыки и впасть в кровавое буйство. Да я и сейчас могу запросто врезать тебе кулаком в нос!

И тогда я упала ему в объятия.

— О, Тэдди, как я тебя понимаю! Но риск меня не остановит. Сама судьба свела нас, и теперь мы всегда будем вместе, как Бен и Джерри. [16]

— Ну да… всегда… — несколько встревожено пробормотал Тэдди.

— В чем дело, любовь моя? Неужели ты не хочешь, чтобы мы вечно были вместе?

— Я… вообще-то хочу. Какая-то могучая сила неодолимо притягивает меня к тебе. Даже не знаю, почему — может, все дело в том, что повествование ведется от твоего лица? Однако мы с тобой принадлежим к разным мирам. Да, внешне я похож на стройного и мускулистого юношу, однако я уже долгие годы пребываю в этом образе, и останусь таким еще очень долго после того, как ты станешь горстью праха. Вампиры не стареют, милая Бегги. В отличие от людей.

До сих пор это не приходило мне в голову. Погано.

— Сколько тебе лет?

Он снова усадил меня на карусель.

— Я стал вампиром уже очень давно, однако родился человеком. Это было много-много лет тому назад… в 1979 году.

— Тридцать? — ахнула я. — Боже мой, тебе тридцать лет? Но это же глубокая старость — нет, даже дряхлость!

«Ох, меня начинает подташнивать, когда я думаю об этом!»

Тэдди отвернулся от меня. Я положила руку ему на плечо.

— Но это неважно! Я хочу быть с тобой, Тэдди Килледи. Я брошу Академию, оставлю попытки выглядеть более взрослой, навсегда останусь семнадцатилетней, и мы с тобой вечно будем вместе!

Тэдди стремительно обернулся ко мне, его прекрасное лицо и сияющие карие глаза были полны изумления.

— Семнадцатилетней? Тебе… семнадцать? Вот это новость, я и подумать не мог! Судя по тому, как ты ведешь себя с другими людьми, можно подумать, что тебе гораздо мень… — он быстро осекся.

(Интересно, что он хотел сказать?)

— Хм, мне кажется, тебе все-таки лучше остаться в школе, ради нас обоих. Сама понимаешь, занятия очень важны, и я бы никогда не простил себе, если бы ты из-за меня упустила возможность столь необходимого тебе личностного роста.

— Ну ладно, как скажешь. Тогда давай сделаем так — ты превратишь меня в вампира! Насколько я знаю, это не слишком трудно, да и тебе будет приятно. Тогда я перестану стареть, и мы сможем вечно быть вместе!

Тэдди с опаской отошел от меня и сел на качели, уныло облокотившись на столб и уронив голову на руки. Всегда полезно прервать затянувшийся диалог сменой плана.

Через несколько мгновений Тэдди снова заговорил.

— Я уже говорил тебе, что мы, Килледи, отличаемся от других вампиров. Несмотря на ужасное проклятие нашей природы, мы научились сдерживать свои человекоубийственные порывы. Более или менее, если быть совсем откровенным. Мы не пьем кровь людей, за исключением случайных бродяг, которых грех было бы пропустить. Мы занимаемся науками, ходим в пешие походы, мы даже являемся членами «Сьерра клуба». [17] Да что там говорить, мы ведь даже уменьшаем выброс двуокиси углерода на своих спортивных машинах! Мы… чувствительные.

— Чувствительный вампир? Боже мой, значит, ты как Ангел? [18] Я его обожаю, он чудо! А ты тоже борешься с преступностью, как он?

Тэдди нахмурился, вернулся к карусели, на которой я сидела, и приблизил лицо к моему лицу.

— Я не знаю, что это за «Ангел» такой. Никогда о нем не слышал, и даю тебе слово, что никогда не смотрел фильмы с его участием в качестве пособия по преследованию юных человеческих дев… Так на чем я остановился? Ах, да. Как я уже сказал, мы добры и чувствительны, но обычные вампиры абсолютно иные. Они предпочитают длинные кожаные плащи и дешевое серебро, а главное, видят смысл жизни в охоте на людей с целью кровопийства.

— Как Спайк, [19] да?

— Прекрати ссылаться на телесериалы, которых я почему-то не видел, и которые, несомненно, не оказали никакого влияния на оригинальное произведение нашей Степфорди Май'О!

На этот раз он выглядел довольно грозно, поэтому я решила продолжить наш разговор.

— А эти готы! Они ведь тоже были вампирами, да? Они схватили меня, чтобы превратить в себе подобную? При одной мысли об этом я почему-то испытываю погибельный восторг и странное чувство оскверненности.

— Нет, никакие они не вампиры — обычные шакалы, прислужники вампиров. Однако их массовое присутствие в Глухомань Виладж дестабилизирует обстановку. Возможно, в нашем городке появился еще один клан вампиров… Нужно будет переговорить об этом с Бобби, она у нас очень умная и частенько понимает, что к чему. До последнего времени я пытался с присущим мне миролюбием игнорировать этих беззаконников, но когда они напали на тебя, мне пришлось вмешаться.

— Да ведь ты поубивал их всех, Тэдди! Получается, ты совсем не Махатма Ганди, мой милый.

— Я знаю, но ведь готы — это абсолютное зло, и я не мог допустить, чтобы ты стала одной из них.

— О, Тэдди, какой ты милый!

Я снова обняла его, а он обхватил меня.

Я закрыла глаза и мы долго стояли так, обнявшись. Ноги у меня подгибались, сердце колотилось за нас обоих. В этот миг я поняла, что люблю Тэдди Килледи — люблю безоговорочно, безысходно, безвольно, больно… навсегда!

В тот же миг в глаза мне ударил свет. Я открыла их, и увидела солнце, поднимавшееся над верхушками деревьев.