Не опоздай...
Шрифт:
– Что значит «что такое»?... Зачем Вы утащили сюда мальчишку?! Он мне нужен! Он не закончил свою работу!
– Работу? Какую работу? – ангельским голосом уточнил де Винсент, но вот выражение глаз его при этом было пугающе свирепым. – С каких пор сидение персонала на постели администрации называют «работой»?
Раджив Сингх гневно постучал своей тростью об пол:
– Мсье де Винсент! Этот юноша проводил весьма важный сеанс массажа, и он его не закончил! И Вы не смеете вот так вторгаться и мешать нам!..
– ВАМ, – с улыбкой кивнул Франсуа, покосившись на Иньяцио.
– Вот именно, нам с моим подчиненным! – не обращая внимания не этот змеиный сарказм, кивнул Сингх. – Я не стану поднимать вопрос об этом инциденте перед хозяином, но впредь больше не вмешивайтесь в мои дела! А сейчас я его забираю.
– Пожалуйста, – очень доброжелательно согласился Франсуа и даже театрально развел рука, – забирайте.
Раджив Сингх обернулся к Иньяцио и указал своей тростью на дверь:
– Пойдем со мной!...
Но юноша пожал плечами и демонстративно пошевелил пристегнутой рукой.
– Иньяцио! Что такое?... – управляющий приблизился к нему и своими глазами увидел, «что» там такое. – Это как понимать? Дайте мне ключ, мсье Винсент!
Последние слова были обращены к Франсуа, все еще стоявшему спиной к окну.
– Ключ? Какой ключ?.. Этот? – улыбнулся мужчина, доставая из кармана маленький ключик, но вместо того, чтобы передать его индийцу, развернулся и швырнул ключ от наручников в открытое окно!
Даже Иньяцио такого не ожидал сейчас. Управляющий с бамбуковой тростью чуть слышно выругался на санскрите и сказал:
– Что за игры, мсье Винсент?!.. Я сказал, что мне нужно забрать отсюда мальчишку!.. Сейчас же!
– Ну так забирайте, – пожал плечами де Винсент.
– Каким образом?! Вы только что выбросили ключ от наручников в темноту! Как его теперь отстегнуть?
– Ой, даже не знаю…. Ну, оторвите ему руку, – предложил де Винсент миролюбиво, – Думаю, Иньяцио и одной рукой очень неплохо приведет Вас в порядок… А, Иньяцио?
Юноша не захотел участвовать в разворачивающимся фарсе и отвернулся.
– Что значит «оторвите руку»? Вы соображаете, что говорите, мсье?! – возмутился Раджив Сингх.
– Ну… я хоть что-то предлагаю для решения «проблемы»!
Раджив посмотрел на него, потом на пленника у кровати, снова на управляющего и сказал:
– Вы больны! Завтра я поговорю с мсье Герардески. Ваше поведение недопустимо!
Мужчина развернулся и вышел в коридор. Вид у него был крайне недовольный.
– Ну и что все это значит? – устало поинтересовался Иньяцио, когда они остались вдвоем. – Я ведь и правда не закончил массаж.
Франсуа молча отвернулся к окну.
– Мсье Франсуа! Отпустите меня!
Мужчина отошел от окна и приблизился к своему пленнику.
– Пожалуйста! – сказал пленник, но управляющий покачал головой. – Мсье, но не могу же я всю ночь простоять вот так!...
– А зачем тебе стоять? Ложись, отдыхай…
– Я не смогу лечь в таком положении… Вы же видите… Мсье Франсуа! Можно мне вернуться к себе?
– Нет! – рявкнул де Винсент, сверкнув глазами. – Ты останешься здесь!
Управляющий повернулся и вышел, громко хлопнув дверью. Юноша посмотрел ему в след и покачал головой:
– Псих!..
Но едва он это сказал, как дверь открылась! Де Винсент выразительно прищурился на него из коридора… ничего не сказал и снова скрылся за дверью.
====== LIX. Жажда обладания. Дубль второй. Ужин вампира... ======
Время тянулось невыносимо медленно, и стоять вот так, с пристегнутой к железной спинке кровати рукой было не удобно… если бы рука была правая, можно было бы сесть… но рука была левая, и сидеть можно было только на корточках, лицом к кровати… но тогда рука оставалась наверху, и начинала затекать… и затекали колени… Иньяцио маялся так возле кровати уже больше двух часов, в комнате уже совсем стемнело, а Франсуа все не было.
В открытое окно влетела ночная бабочка и стала глухо биться крыльями о стекло… потом опять все стихло. Где-то вдалеке завыла собака. Пленник готов был уже сам завыть, стоя в темноте, когда в коридоре раздались чьи-то тихие шаги. Шаги внезапно стихли совсем рядом. Иньяцио затаил дыхание, готовый уже закричать, чтобы его здесь обнаружили, но кричать ему не пришлось. Дверь тихо отворилась – и в просвете возник силуэт управляющего.
– Ну наконец-то, мсье! – почти с облегчением выдохнул пленник и выразительно брякнул железным браслетом, от которого жаждал избавиться.
Франсуа де Винсент ничего не сказал ему. Он молча вошел, запер дверь и остановился. Какое-то время оба находились почти в полной темноте. Потом вошедший щелкнул выключателем, и комната озарилась мягким светом. Управляющий огляделся, потом все так же молча приблизился к юноше и замер. Его лицо было сейчас почти обычным… но вот глаза! Этот взгляд спящей кобры, готовой к прыжку… светлая радужка медленно уступала пространство черноте, расползающейся из середины…
– Мсье Франсуа… Вы меня слышите? – тихо сказал тот, кого хищник наметил своей жертвой.
Но управляющий молчал. Потом так же, ни слова не говоря, он шагнул к нему, а юноша инстинктивно отступил назад и почувствовал, как его лопатки коснулись холодной стены. Все.
– Что? – вдруг сказал Франсуа еле слышно. – Думал удрать?.. А бежать-то тебе некуда… друг мой.
– Я и не собирался.
– Правда? – прошипел хищник совсем рядом, и его холодный нос оказался так близко от его лица, что кончик носа случайно коснулся кожи на щеке.
Иньяцио вздрогнул от этого прикосновения, словно по нему пропустили ток, и машинально откинул голову назад, ударившись затылком о стену. Франсуа оторвался от него и внимательно посмотрел в глаза.