Наследник
Шрифт:
«Что такое „лось“? — Слава показал картинку. — М-да… так бегать я вряд ли буду. А на голове у него что — антенны?»
«Рога это. Надеюсь, у тебя их никогда не будет. Но, если мы вскорости не появимся на корабле, у меня они появятся. Розовые. Есть у меня такое ощущение…»
«Почему розовые?»
«Узнаешь. Всему свое время. Это непереводимые идиоматические выражения. Вставай… ага… молодец. Смотри-ка, и вправду уже шагаешь, как заправский ходок! Ну, почти ходок… не падаешь — и то хорошо. Теперь пошли в вашу коляску. Не подскажешь, какой у нее принцип работы?»
«Обычный принцип. Садишься и думаешь, куда хочешь лететь. Учти: шар может летать только в том секторе пространства, где ты связан с мегамозгом. Это он тебя поднимает в воздух. Или в стратосферу. Он, как щупальцем, переносит тебя в пространстве. Оборвется связь и ты в неуправляемом шаре полетишь, куда тебя потянут природные силы притяжения. Понял?»
«Понял. То есть чисто местечковое средство передвижения».
«Можно сказать и так. Но он может летать и в космосе, вокруг планеты. Воздуха, правда, надолго не хватит. Впрочем, можно заказать шар с большим автономным запасом воздуха. Этот же получает кислород из воды, из атмосферы».
«Ну что же, будем использовать то, что есть. Осторожнее… вот так… садись… лучше тебя привязать, ага. Вот!» — Слава удовлетворенно осмотрел белые ремни-тяжи, высунувшиеся из кресла Гены и притянувшие его к спинке так, что он не мог пошевелиться. Потом облегченно вздохнув, уселся в свое кресло, и шар, зарастив отверстие шлюза, через которое люди вошли внутрь, плавно приподнялся над полом и двинулся вперед, к выходу из зала.
ГЛАВА 12
Шар медленно и важно выплыл в длинный, высоченный коридор, подсвеченный панелями облицовки и, ускоряясь, полетел вперед.
В толщу воды, сдерживаемую силовым полем, он врезался так, что у Славы заложило в ушах от звука удара, все равно как если бы кто-то врезал палкой по корпусу шара. Слава поморщился, но скорость снижать не стал, и шар помчался к поверхности, оставляя за собой длинный шлейф лопающихся пузырьков.
Через минуту он вырвался из озера и взмыл в воздух. Слава зажмурился, получив удар лучей по глазам, привыкшим к мягкому свету подземелий, но его спасли мгновенно потемневшие стенки: шар как бы откликнулся на подсознательное желание хозяина.
Слава добавил скорости, и внизу все слилось в непрерывную зелено-бурую полосу так, что зарябило в глазах. Тогда Слава пожелал подняться выше, и шар послушно пошел вверх. Подъема совершенно не чувствовалось — внутри царила стандартная гравитация, присущая этой планете.
Слава решил не поднимать Шаргион и не перемещать его к озеру. В этом не было надобности: куда проще переместиться к кораблю самому, тем более когда есть и подходящее транспортное средство. И не стоит лишний раз привлекать внимание существ, живущих на поверхности станции, — пока все остается так, как есть.
Однако предстоит хорошенько подумать: куда же девать эти существа, которых Гена натаскал на планету. Непонятно только, за каким чертом. Скорее всего когда Гена вдруг решил приобрести себе компанию, он уже был не в себе. Эдак слегка дурковат. Паразит уже тогда сидел в его мозгу. Вот только как он там оказался? A-а, так ли это важно? Может, какой-то зараженный корабль забросило на эту планету, а Гена пообщался с его обитателями.
Можно расспросить Коса, каким способом происходит заражение. Вообще-то это довольно важно. Если уж Гена не заметил заразу у себя в мозгу, так и другие существа могут поймать эту гадость. Слава, например.
Хотя… был же разговор, что заразиться могут существа только нескольких видов. Может, люди в них и не входят?
«Слава, с тобой все в порядке?» — послышался в голове голос Шаргиона, окрашенный в тона беспокойства и волнения, и Слава тут же поспешил ответить:
«Прости, Шарги! Я был настолько занят, что не мог с тобой поговорить. Хорошо, что ты меня вызвал. Что там у вас делается? Девчонки в порядке?»
«А что им сделается!» — усмехнулся корабль. — «Ждут тебя, ругаются за право обладания твоим телом. Выигрывает в спорах, конечно, Лера: она просто время от времени дает Надие подзатыльник. После этого споры на время стихают. Тебя когда ждать к нам?»
«Минут через двадцать».
«Так быстро? — удивился корабль. — Ты на чем-то передвигаешься?»
«На летающем пузыре», — пошутил Слава.
«Вот как! Где же ты его взял?»
«Пожелал, и он появился. Как бы тебе объяснить… В общем, теперь я — демиург. Создатель то есть. А эта планета — совсем не планета, а инкубатор жизни. Кстати, я везу с собой Гену».
«Эту тушу размером со звездолет?! Как он влез в твой „пузырь“?»
«А он теперь он выглядит вот так». — Слава показал Шаргиону картинку.
«Как так? — сразу не понял Шаргион, потом его непонимание сменилось изумлением. — Ты дал ему свое тело?!»
«Нет. Я сделал ему тело по образцу своего, и теперь он выглядит почти так же, как я. Интересно, смогут ли нас различить наши женщины?»
«Слава, ну, ты и… Развлекаешься, да? — хмыкнул Шаргион. — Забавная шутка. Посмотрим, что получится. Я не буду предупреждать женщин, что ты натворил».
«Не предупреждай. Открывай шлюз. Мы уже подлетаем».
Внизу тянулась бескрайняя степь. Шар забрался вверх на несколько километров, и с этой высоты трудно было разглядеть подробности происходящего на планете. Где-то там, видимо, шло большое стадо животных — за ним тянулся шлейф пыли, и этот шлейф был виден даже отсюда. Блестели речки и ручейки, сеткой пересекающие поверхность планетоида, зеленели леса. Идиллические картины.
Слава задумчиво смотрел вниз, потом неожиданно спросил Гену:
«Ген, открой мне тайну великую: что скрывают круглые озера? И откуда в них вода?»
«Скрывают? Ничего они не скрывают, кроме воды. Вода должна же быть на планете? Иначе что тут может расти? При том мы любим плавать в чистой, прохладной воде… любили. Никак не могу привыкнуть, что моей расы уже нет. Слишком быстрый переход от вчерашнего дня к нынешнему. Ведь то, что я помню о станции, было ВЧЕРА. Понимаешь? И вдруг — ничего этого нет… В общем, озера — просто хранилища воды. Ничего такого особого в них нет. Собирают воду, дают приют различным существам. Все».