Чтение онлайн

– Тебе надо с кем-то позаниматься.

– Надо, - согласилась девушка.
– Я и занимаюсь, вот поэтому времени у меня и нет.

– Слушай, у вас же в классе этот, Сильвио, он же вроде хорошо химию знает, - вспомнил Бо.

– Точно, - поддержал его Тод.
– Он даже на олимпиаду ездил в Тауэр. Хотя... он же тоже в хоре поет.

– А еще подрабатывает, - добавила Мэй.

– Но как же быть?
– спросил Бо.

– Ты не переживай так, я занимаюсь уже, мне миссис Гилберт посоветовала репетитора.

– Тогда ладно, - успокоился мальчик.
– Бо, а помнишь как Бланка Крачке сказала что ей картина не нравится, - вспомнил он и засмеялся.

– Помню, - Бо живо, в лицах принялся рассказывать что было с бедной Джейн, когда та посмела усомниться в "святости" искусства.

После школы Мэй домой не спешила, ей надо было все обдумать. Помимо проблем поселка у нее были проблемы и с заданием, ради которого собственно Мэй тут и была. У нее больше не было кандидатур для проверки. Весь список, предоставленный миссис Гилбертс по тем или иным причинам отпал, никто из него в кандидаты на строптивого ученого не подходил. Часть отмела сама Мэй, а часть отпала из-за рассказов тетушки Кончиты, которая довольно охотно делилась с девушкой информацией о соседях. А еще Мэй было очень тяжело. Жизнь в семье Родригесов плохо на нее действовала, девушка стала все чаще мучиться угрызениями совести, ей настолько нравилась приютившая ее и Сью семья, что она очень тяжело переносила то, что этих людей приходится обманывать. К тому же совсем недавно, при гадании с девочками по цитатам, ей выпала фраза "Если ты делаешь что-то, о чем потом не сможешь без стыда рассказать окружающим, так может не стоит этого делать?" Девушка мучилась, ей очень надо было связаться с Агентством, чтобы поговорить, рассказать о своих страхах и сомнениях, там ее всегда понимали и успокаивали, там всегда находили слова заставляющие девушку снова поверить в себя и в то дело, которое она делает. Но сейчас возможности позвонить в Агентство и обстоятельно поговорить, у Мэй не было. Сью тоже ничем помочь не могла, да и не считала она дело Мэй действительно важным, скорее наоборот.

Девушка подошла к тому месту где раньше стоял дом Сью, пожарище давно было расчищено и рядом уже вовсю взводили новый дом. Мэй опустилась на траву неподалеку и вдруг заплакала. Рядом затормозила машина и из нее вышел Полав.

– Привет, малышка, а я вот домой ехал, смотрю, ты. Эй, ты что, плачешь?

– Тебе показалось, - Мэй отвернулась и вытерла слезы.

– Я могу помочь?

Девушка отрицательно покачала головой.

– Если тебя кто-то обидел, скажи.

– Это личное, - выдавила из себя Мэй.

– Вот как, - кивнул Полав.
– Это из-за твоего приятеля из Сити?

– Угу, - девушка сочла, что это прекрасный повод.

– Поссорились? Да не переживай, помиритесь еще.

Мэй не ответила, уверенный в себе, сильный и красивый мужчина рядом не уменьшал, а лишь усиливал желание плакать. Младшие дети Родригисов давно дразнили девушку, заметив, что она часто наблюдает за Полавом, но сам он не воспринимал Мэй всерьез.

– Что совсем поссорились?
– Полав воспринял молчание Мэй по-своему. Девушка кивнула.

– Мне жаль, - только и сказал Полав.
– А я тебе тортик купил, - сказал он, чтобы хоть как-то отвлечь девочку от грустных мыслей. Мэй подняла полные слез глаза.
– Ты ведь любишь сладкое?
– мужчина ухватился за короткий интерес.
– Мне сказали он самый вкусный.

– А я думала твоя мама печет самые вкусные пироги, - улыбнулась девушка.

– Ну мама - хмыкнул Полав.
– С мамиными я и не сравниваю, но это же такой как ты любишь, искусственный.

– Спасибо.

– Не за что. Поехали, попробуем, мне даже самому уже интересно. Ты ведь поделишься со мной?
– мужчина встал и помог подняться Мэй.

– Я подумаю, - улыбнулась девушка и побежала к дому.

– Мэй, - Кончита присела на крыльцо, рядом с девочкой, которая как обычно после ужина выходила посидеть на крыльце.
– Может быть ты хочешь поговорить?

– О чем?
– Мэй подняла на женщину глаза.

– Ну я не знаю, может о мальчиках или о твоем городском друге.

– Полав рассказал?
– усмехнулась Мэй.

– О чем? Нет, Полав мне ничего не рассказывал, просто я же вижу, что тебя что-то гнетет.

– Я справлюсь.

– Мэй, иногда стоит поговорить с кем-то из взрослых, это помогает. Взрослые они не такие зануды, как тебе кажется, они тоже когда-то были молодыми, просто с высоты прожитых лет любая ситуация осмысливается несколько иначе.

– Например?
– Мэй никак не понимала к чему клонит Кончита.

– Ну я не знаю, - развела руками женщина.
– Просто я вижу, что ты редко общаешься с родителями, а у тебя явно какие-то проблемы.

– Я с ними общаюсь, - вздохнула Мэй.
– Мама вот сегодня днем звонила.

– Но она не смогла помочь тебе.

– А чем она тут поможет?
– удивилась девушка.
– Я ей про пожар вообще не рассказывала.

– Почему?
– удивилась Кончита.
– Разве ей не стоит об этом знать?

– Не стоит, - покачала головой Мэй.
– Иначе она решит забрать меня к себе.

– А ты не хочешь?

– Не хочу, - твердо сказала Мэй и замолчала. Кончита очень хотела спросить почему, но не знала как сделать это поделикатнее.
– Я не хочу еще раз менять школу, - сама ответила на незаданный вопрос девушка.
– Мне осталось чуть больше полутора лет. Это тяжело. Новые люди, новые правила, новые требования. Я и тут себя идиоткой чувствую. Не хочу проходить через все снова.

– Милая, ты вовсе не идиотка. Ну не дается тебе химия, ну это же ничего не значит. В конце концов, можно неплохо жить и без этих знаний. Ты прекрасно знаешь литературу, разбираешься в живописи.

– И что?
– усмехнулась Мэй.
– Что мне это дает? Кому в современном мире нужны живопись и литература? Никому.

– Ты не права.

– Ну хорошо, горстке фанатиков типа миссис Крачковски и мистера Джонса. Я не хочу быть учителем.

– А кем ты хочешь быть?

– Не знаю, - девушка вздохнула и отвернулась.
– Вот окончу школу, вернусь в Сити и устроюсь на работу, куда возьмут, а там уже буду решать учиться дальше или нет.

– Ты хочешь вернуться в Сити?
– удивилась Кончита.

– Конечно, - Мэй удивленно посмотрела на женщину.
– Там я по крайней мере не чувствую себя карликовым дегенератом.

– Господи, - Кончтита засмеялась.
– Какой же ты еще ребенок. Ну это ж надо было выдумать? И не дуйся, карликовый дегенерат, - фыркнула она.
– Пошли в дом, поздно уже.

Мэй нехотя подчинилась.

– Мэй, тебе ту звонили, - радостно сообщила Кони, едва девушка переступила порог.

– Ты записала кто звонил?
– спросила Кончита.