Чтение онлайн

Ветер качнул факел на дилижансе. Караван, сквозь объятья ночи, полз на север.

Ард убрал карандаш и прижал исчёрканное письмо к груди, под куртку, поближе к сердцу.

Потом допишет. Когда найдёт правильные слова.

А пока — звёзды, степь и дорога.

Ардан зачерпнул походной, тонкой и немного потемневшей поварёшкой наваристый, густой суп. Над костром, подвешенный на слегка помятую треногу, качался едва ли не чёрный котелок. Арди даже не знал, сколько именно лет его походным принадлежностям. Он купил их на ферме у одного из ковбоев, а тот, в свою очередь, будучи в возрасте Арди, приобрёл их на блошином рынке к западу от Эвергейла, когда ездил с ковбоями на аукцион рогатого скота.

На ферме шутили, что походный набор Арда, который тот неоднократно чинил как сам, так и у кузнеца, мог смело принадлежать эпохе Рождения Империи. Что, впрочем, не делало его хуже, а может, наоборот — еда становилась лишь вкуснее.

Во всяком случае, суп на кореньях и рёбрах дикого кабана, с добавлением множества любимых приправ Арда, пах так, что слюнями можно было наполнить ждущую своего часа походную жестяную кружку. И не только у него одного.

Рядом, на чурке, немного ёжась от вечернего ветра, сидела Таисия. Прошли уже сутки с момента их отбытия из Еллика. Они даже миновали Волчий Плед (плато, на котором когда-то располагались дальние территории Шангра’Ар, так что порой северные орки устраивали набеги на тех, кто ступал на их «земли предков»). И благо миновали без всяких проблем. Впереди оставался лишь Медвежий Разлом — ущелье между двумя скалистыми холмами, а затем быстрый ручей и небольшой сосновый бор, а дальше уже и Первая Станция.

Хотя называть Станцией посёлок с населением в почти двадцать тысяч человек уже не совсем актуально. То, что когда-то являлось перевалочным пунктом, пользовавшимся спросом лишь у Гильдии Охотников, давно уже разрослось до многотысячного поселения. Парк ведь находился не на всей территории леса, примыкавшего к Холодному Озеру и обрамлявшего его.

Так что угольные шахты в скалистых холмах, непосредственно лесозаготовки, а также рыболовство в Холодном Озере позволяли Станции вполне успешно расти и развиваться.

— Пожалуй, я больше не жалею, что решила отказаться от общей кухни, — едва ли не облизываясь, жадно протянула Таисия.

На несколько дилижансов впереди от Арда с Таисией расположилась походная кухня. Несколько охотников из экспедиции Гильдии размешивали варево в громадных котлах литров по двадцать пять каждый и накладывали в миски по очереди подходящим к ним голодным людям. Кроме варева, пахнущего одновременно… всем, им выдавали толстенный кусок хлеба и просили не задерживать очередь.

Кроме запалённого Ардом в ночной степи костра мелькало всего лишь три костерка, около которых также собрались кашевары.

— Я начинаю лучше понимать, каким именно достоинством вы смогли заслужить себе такую жену, — блестели глаза Таисии, не сводящей взгляда с котелка. — Говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, но поверьте мне, Скофский, эта дорога одинакова для обоих полов.

Госпожа Шприц сменила свой наряд. Городское платье и сапожки уступили место высоким ботфортам, в голенище которых Таисия заправила широкие штаны из плотной ткани с кожаными нашивками на бёдрах и коленях. Под пояс она убрала простую рубашку, поверх которой легла вязаная жилетка и слегка поцарапанная куртка не из свиной или говяжьей кожи, а из бизоньей.

Что говорить о других охотниках, если даже Ард завидовал наличию подобного изделия. Кожа бизона лучше всего защищала от ветра и испарения собственной влаги. Надёжная, способная выдержать самые жёсткие испытания и потому — безумно дорогая.

Весь внешний вид Таисии, которая немного нелепо смотрелась в своём наряде, то одёргивая куртку, то поправляя ремень, обошёлся журналистке, скорее всего, эксов в семьдесят. Так что, несмотря на весьма подходящие для похода предметы гардероба, она всё так же выглядела заблудившейся в степи городской госпожой. Которой, по сути, и являлась.

Арди же, стараясь не срываться в очередную круговерть сарказма и взаимных попыток уколоть друг друга, продолжал помешивать суп. Самая важная деталь в данном блюде — именно работа поварёшкой. Если постоянно не помешивать, то коренья прилипнут к костям, а мясо недополучит влаги и скукожится настолько, что проще резину разжевать.

Снова зачерпнув, Ардан потянулся губами к поварёшке.

— Вечные Ангелы, капитан! — воскликнула Таисия, постучав деревянной ложкой о такую же деревянную плошку. — Не вы один тут голодны! Или вы решили съесть весь суп самостоятельно?

Арди в недоумении посмотрел на журналистку.

— Вообще-то это мой суп, — ответил он. — Из моих припасов. Вы попросили поделиться, и я согласился. Так что наберитесь терпения.

Таисия закатила глаза и всплеснула руками.

— Какая тоска… я себе иначе представляла это путешествие, капитан, — тяжело вздохнула Таисия. — Никаких приключений… И о чём мне писать в статье? О вашем супе и о том, как престарелый маг-чиновник пытается залезть мне в трусы? Я, конечно, пускала в них разные руки, но всегда молодые и красивые, а не вот это вот…

Ардан почувствовал, как кровь приливает к лицу. Ну почему большинство из его знакомых напрочь игнорировали правила приличия.

— Госпожа Шприц! — возмутился юноша.

— Да-да, капитан, знаю-знаю, — снова закатила глаза Таисия. — Ваши нежные уши не выдерживают моих описаний.

— Я бы предпочёл их и вовсе не слышать, — уточнил Арди.

Сам же Старший Магистр в данный момент находился в дилижансе с двумя Жёлтыми магами — другими старшими научными сотрудниками экспедиции. Так что Таисия наконец могла отдохнуть от своего утомляющего (причём их обоих, как саму журналистку, так и Арда) образа наивной дурочки.

— Как будто вы сами никогда ни в чьи трусы своими, вынуждена признаться, весьма изящными пальцами не вползали, — губы Таисии вновь исказила хищная улыбка. Ей явно нравилось доставлять Арду неудобства. — Или у вас с женой исключительно возвышенные, далёкие от плоти, отношения? Слышала, кстати, что у полукровок габаритных рас зачастую случаются вполне естественные природные отклонения в размерах их…

— Таисия! — рявкнул Ард и так сильно взмахнул поварёшкой, что едва не опрокинул котелок.