Чтение онлайн

— Скорее всего, — вздохнул Большой Меч, — ты будешь смеяться, но стратегически это и правда гениальное решение.

— Нормальный человек не сможет тут копать из-за отката…

— А благородные культиваторы не захотят. Ты знаешь все эти “акты о чистоте” и прочие вещи в таком духе.

— Хм. Но разве одежду в крупных орденах не зачаровывают на случай непредвиденных ситуаций? Ну, чтобы ребята всегда выглядели, как дивные видения? Там, где воспитывалась я, практиковались только защитные и маскировочные чары, ну и ещё несколько тому подобных. Но мне также известно, что в светских орденах внешности уделяется… несколько больше внимания.

Большой Меч кивнул.

Он никогда не спрашивал Не Зовут о её подноготной (он никогда и никого из их ордена об этом не спрашивал), но Большой Меч умел смотреть. Это всегда давалось ему проще, потому что люди не верили в его проницательность примерно никогда.

Это на поверке обычно оказывалось очень удобно.

Так, он знал, что какой-то период своей жизни Не Зовут провела среди высшего общества. Возможно, самого высшего. Хотя она и не принадлежала к нему с рождения, как тот же Монах-Паникёр, который был, судя по всему, членом Кочерги с самым высоким происхождением… Хотя, сам Большой Меч ушёл не слишком далеко, по крайней мере, изначально.

— Они действительно зачаровывают одежду, чтобы выглядеть представительно в любой ситуации, — признал он, — на это уходят огромные деньги и магические ресурсы. Любой детали внешности в светских орденах уделяется огромное внимание… И именно потому они не стали бы выполнять работу вроде этой.

Дело пошло медленно, но упорно.

И очень впечатляюще пахло.

— Тебе всё ещё не обязательно это делать, — заметил Большой Меч.

— Я знаю, — ответила Не Зовут.

Они продолжили копать в тишине.

Ну, если не считать воплей призраков за барьером.

…

Большой Меч очень любил работать в паре с Не Зовут.

У этого были, конечно, стратегические причины — потому что все процессы в голове Большого Меча упирались в стратегию, так или иначе. И да, он разумно рассудил, что их камушки должны лежать рядом на доске: он был культиватор физического типа, она — духовного, он пользовался солярной энергией, она — хтонической, он был хорош в стратегии, она — в дипломатии. Даже направления их знаний дополняли друг друга…

Но это всё были причины, по которым им стоило работать вместе.

Любил работать с ней он совершенно по другому поводу: с Не Зовут было… Легко.

Во-первых, она знала цену тишине, во всех смыслах того слова. Её плавные движения не вызывали у Большого Меча неуверенности, её тон голоса был ровен, а эмоции всегда контролируемы — не только на поверхности, как у Кухарки Хэн, но и внутри. Нет, разумеется, Не Зовут всё ещё что-то испытывала, но её энергия напоминала огромное чёрное озеро в сетке рек, вода в котором текла причудливыми, но гармоничными потоками.

Звучание её эмоций не вызывало ни тошноту, ни усталость.

Опять же, с ней было легко разговаривать. Хотя бы потому, что с ней было необязательно разговаривать.

Это хороший фундамент для понимания.

…

— Монах-Паникёр связался со мной, — отметила Не Зовут. — Точнее, он помог Хо-Хо со мной связаться.

Большой Меч, который как раз выпихивал очередного прорвавшегося призрака за барьер, тут же переключил внимание на неё.

Монах-Паникёр очень редко делал что-либо, кроме, собственно паники. Он познал мудрость лени, невмешательства и здорового дневного сна — и всячески этим занятиям предавался.

Монах-Паникёр взялся обучать Кухарку Хэн и Хо-Хо, да. Правда, никто, кроме Большого Меча, этого не замечал. Включая, собственно, самих обучаемых.

Но в том-то и дело: Монах-Паникёр никогда не вмешивался напрямую. О, он влиял на всё, разумеется! Его воля успела опутать их поместье, она шептала в воздухе и плелась вместе с корнями, она находила отзвуки в каждом из них. Большой и Длинный Меч слышал её постоянно, он ощущал внимание Монаха там и тут, признавая его силу, как очевидную неизбежность. Но всё это были вещи неочевидные, как падение листа, что перевешивает чашу весов. Прямое вмешательство?

Это значит, что дома должно было случиться нечто по-настоящему серьёзное.

— Что…

— Не смотри на неё, смотри на меня! — призрак был глубоко возмущён. — Это варварство и произвол!

Ах да, ещё и это…

Большой и Длинный Меч перевёл на призрака взгляд, полный, как он надеялся, терпения и понимания.

— Вам всё равно придётся сменить место жительства, — сказал он, — с этим ничего не поделаешь.

— Я протестую!..

— Всё тут произошедшее — не наша вина! Мы — жертвы!

— Это мой дом!

Вопль едва не заставил Большого Меча поморщиться; у обычного человека он наверняка вызвал бы проблемы с ушными перепонками.

Ещё один пункт, который в романах о культиваторах описывается весьма неверно.

В указанных романах призраки почти всегда представляют собой эдакое зло, которое нужно побороть. Бывают исключения, но самые популярные книги — истории о том, как кто-то активно размахивает мечом, уничтожая призраков направо и налево.

Что, конечно, случается.

Иногда.

Примерно одна из десяти историй, куда вовлечены последователи нечистых путей, этих самых призраков создающие и себе подчиняющие. Либо привидения, уже переродившиеся в мелких демонических тварей, голодных до чужих жизней.

Но случается нечто подобное куда реже, чем принято думать.

Призраки, будучи отголосками и осколками душ, по сути своей редко становятся проблемой. Да, они могут культивировать, преображаясь в демонов, духов и даже мелких божеств. Но это доступно единицам, тогда как большинство из них представляли собой просто отголоски обсессий, маний и сожалений. Что порой поучительное и забавное, но чаще просто печальное зрелище.