Чтение онлайн

– Если вы так хорошо осведомлены о моей биографии, мистер Хэнкс, то для вас, должно быть, не секрет, что я лишь номинально являюсь директором компании, а на самом деле совершенно не в курсе ее дел. Я никогда не интересовалась нашим семейным бизнесом.

– Другими словами, вы хотите убедить меня, что ничего не ведаете о «Драконе»? – скептически хмыкнул Говард Хэнкс.

– Ну почему же? Мне известно, что мы потеряли корабль, а страховая компания ставит нам палки в колеса.

– А как бы поступили вы, если бы ваши клиенты потопили судно и потребовали страховку за груз, которого там не было?

Ошеломленная этим обвинением, Реми пролепетала:

– Но… это просто нелепость! С какой стати нам предъявлять такие требования? Для чего?

– Чтобы дважды получить деньги за один и тот же груз.

– Не понимаю, – растерянно помотала головой Реми. – Боюсь, вы меня вконец запутали, мистер Хэнкс. Повторите, пожалуйста, что вы сказали?

– Когда корабль пошел ко дну, его трюмы были пусты, мисс Жардин. Из Нового Орлеана судно вышло груженым, а когда попало в шторм, груза на нем уже не было. Я вполне допускаю, что корабль потопили намеренно, устроив взрыв.

– Но это лишь ваши предположения, не так ли?

Реми вспомнила разговор в солярии. Ее отец, Гейб и Марк собирались разведать, какими уликами располагает страховая компания.

– Мисс Жардин, существует только два надежных способа пустить корабль ко дну: можно открыть люки и накачать внутрь воду – но порой на это уходят целые сутки, а можно начинить судно взрывчаткой и избавиться от него в считанные минуты.

– И вы полагаете, с «Драконом» случилось второе?

Громадным усилием воли ей удалось сохранить спокойствие. Ведь слова инспектора повергли ее в страшное смятение. Наконец-то Реми поняла, почему родные так взволнованы. Да уж, обвинение действительно серьезное.

– Готов побиться об заклад – дело обстояло именно так, – уверенно заявил инспектор.

Реми покачала головой.

– Мне очень жаль, но ваша гипотеза не выдерживает критики. С какой стати нам было топить собственный корабль? Неужели страховка за несуществующий груз окупала эту потерю?

– «Дракон» сильно обветшал, мисс Жардин. Еще несколько рейсов – и он очутился бы на свалке. А так вы получили за него вполне приличную сумму… я полагаю, не меньше той, за которую пытались продать этот корабль. Да плюс еще предстоящие выплаты…

– Но если «Дракон» был уже старой развалиной, то он вполне мог получить пробоину во время шторма и пойти ко дну вместе с грузом.

– Тогда почему на воде не обнаружили следов нефти?

– Ну… наверное, танкеры… или как там это называется… не были повреждены. – Реми поставила чашку на стол и решительно сказала: – Я считаю ваши обвинения необоснованными, мистер Хэнкс. Моя семья не способна запятнать себя участием в таких авантюрах.

– А Коул Бьюкенен?

Хэнкс задал вопрос спокойно, но Реми вздрогнула как от удара.

– Коул? – потрясенно переспросила она и натужно засмеялась, хотя у нее засосало под ложечкой и смеяться совсем не хотелось. – Только не говорите, будто вы и его подозреваете!

– Почему не говорить?

– Потому что это абсурд! Что могла принести ему такая махинация?

– Как что? Деньги!

– Какие? Кто ему их даст? Эти деньги будут переведены на счет «Кресент Лайн»… Или, по вашему мнению, Коул обкрадывает нашу компанию?

– Не напрямую. Он мог продать нефть – перегрузить ее на какую-нибудь баржу, – а деньги прикарманить. Компания бы при этом ничего не потеряла. Разумеется, в том случае, если ей выплатили бы страховку.

– Нет! Я не верю, Коул не способен на такую подлость! – возмущенно вскричала Реми, но при этом вспомнила намеки Гейба на то, что репутация Коула далеко не безупречна.

– Почему не верите?

– Не верю – и все тут!

Она любила Коула и, естественно, не могла поверить в его непорядочность. Но, может, ей просто не хотелось верить в его виновность, и потому Реми не допускала даже мысли об этом?

Однако Реми постаралась скрыть свои сомнения и решительно заявила:

– Если вы подозреваете Коула, логичнее было бы поговорить с ним самим.

– Я уже поговорил. Он, как и следовало ожидать, все отрицает.

– Тогда почему вы обратились ко мне? Я же не интересуюсь делами компа…

– Но зато проявляете интерес к Коулу Бьюкенену, – с усмешкой перебил ее Хэнкс.

Во всяком случае, Реми показалось, что он усмехнулся. Хотя под густыми усами и бородой губ было почти не видно, так что она могла и обмануться.

– Я возьму на себя смелость утверждать, что вы достаточно близко знаете Бьюкенена. И даже вхожи к нему в дом.

– Да, наши близкие отношения с Коулом ни для кого не секрет, но я не понимаю, при чем тут это.

– Может быть, в последние месяцы в его поведении появилось что-то необычное? Он не покупал вам дорогих подарков? Или у него появились лишние деньги? Вы не замечали каких-то странных телефонных звонков? Короче, вас ничто не настораживало?

– Нет! – отрезала Реми.

– Не торопитесь, подумайте. Если вспомните что-нибудь любопытное, позвоните мне. Мой телефон указан в визитке. Мне не хотелось бы, чтобы у вас из-за этой истории были неприятности.

– Это звучит как угроза, мистер Хэнкс.

– Скорее как предупреждение. – Хэнкс достал кошелек, вынул два доллара и небрежно бросил их на стол. – Благодарю вас, что уделили мне время, мисс Жардин. Давайте держать друг друга в курсе происходящего.

Хэнкс ушел, а Реми еще долго сидела за столиком, сникнув под градом вопросов, которые она не осмеливалась задать себе в присутствии следователя. Неужели он сказал правду и кто-то действительно пытается обмануть страховую компанию? Так вот где, вероятно, притаилась опасность? А Коул… неужели он соучастник преступления? Но тогда… вдруг она перед отъездом в Ниццу заподозрила неладное? Может, потому они и расстались? А может, она, как предполагает бородатый мистер Хэнкс, услышала или увидела нечто подозрительное и именно поэтому так рвалась поскорее вернуться в Новый Орлеан?