Чтение онлайн

– Вы уверены, что у нас есть лишний меч? – очень проникновенно посмотрел на Сакамото криогенщик.

Чем, надо сказать, сильно озадачил японца.

– Ну да, – не очень уверенно кивнул нито кайса. И быстро глянул на Леву. – Найдем мы ему меч.

– Ну вот и славненько! – Стотник поднял заново наполненную чашечку, дождался, когда Сакамото поднимет свою, звонко чокнулся с нито кайса и вкусно выпил. – Значит, так, – уже совершенно иным тоном, по-деловому, заговорил он, закусив кусочком тофу: – Мои ребята скоро закончат осмотр корабля и составят калькуляцию. Сегодня же… – Лева посмотрел на часы. – Нет, наверное, лучше завтра, я отведу вас к Соломону. Обменяете свои мечи на твердую валюту. А ремонт можно начать безотлагательно. Я своим друзьям доверяю! – Чтобы продемонстрировать, кто у него тут первейший друг, старший мастер гильдии ремонтников хлопнул нито кайса Сакамото по плечу. – Вот так!

На следующий день…

Да, тут нужно сказать, что понятие «день» на Новой Одессе, по понятным причинам, носит весьма условный характер. Условные сутки Новой Одессы делятся на тридцать два часа. Улицы освещаются круглосуточно. Так что каждый может сам выбрать для себя оптимальный режим сна и отдыха.

Итак, на следующий день после банкета, устроенного на «Дасоку» в честь прибытия на борт старшего мастера гильдии ремонтников, Бутов, Сакамото и Ёситика явились в Левин офис, расположенный неподалеку от дока «восемнадцать-эм».

По дороге Сакамото поинтересовался у Бутова, почему он был против того, чтобы подарить Стотнику меч.

– Вы не знаете одесситов, Сакамото-сан, – скорбно покачал головой криогенщик. – Лева мгновенно растрендит повсюду, что за особые заслуги японцы наградили его антикварным мечом, которому цены нет. Это еще полбеды, если, обнаружив среди своих отдаленных предков потомственных самураев, Лева лично объявит сайтенам войну. Гораздо хуже то, что, узнав о подарке, каждый одессит, с которым нам придется иметь дело, станет требовать для себя такой же.

– На каком основании? – поинтересовался мастер-оружейник.

– На том, что он не хуже Стотника. – Заметив, как удивленно поползла вверх бровь Ёситики, Бутов сделал жест, предупреждающий очевидный вопрос. – Это – особенность одесситов, которую невозможно ни понять, ни объяснить, поэтому давайте будем просто относиться к ней как к должному.

Офис Стотника располагался в небольшом трехэтажном корпусе, зажатом между двумя подпирающими искусственные небеса высотками. На первом этаже здания располагался платный зал для тренировок – не иначе, как здесь накачивают мускулатуру Левины подручные, подумал Бутов, на втором – некое странное заведение, напоминающее курильню опиума; на расстеленных по полу цветастых коврах возлежали люди неопределенного возраста, еще более неопределенной национальности, да к тому же кажущиеся бесполыми, и томно тянули дым из стоявших рядом кальянов; чуть в стороне группа таких же андрогинов распивала кофе – о том, что это был именно кофе, а не что-то еще, свидетельствовал витающий в воздухе божественный аромат, – четверо играли в триктрак; офис старшего мастера гильдии ремонтников располагался на самом верху. И, надо сказать, представлял он собой зрелище, ничуть не менее странное, чем кофейня этажом ниже.

Поднявшись на третий этаж, русский и японцы попали в просторное помещение без окон – кому нужны окна, если на улице все равно искусственное освещение, – забитое людьми едва ли не до предела. Примерно половина собравшихся были одеты в комбинезоны с эмблемами гильдии ремонтников на рукавах и номерами доков на спинах, другая половина отдавала предпочтение тем же легкомысленным костюмам, которые были на Левиных экспертах, явившихся накануне на «Дасоку». Все одновременно что-то говорили, размахивали руками, показывали друг другу какие-то документы, и при этом каждый пытался как можно ближе притиснуться к одному из шести полукруглых столиков. Что происходило возле столов, понять было решительно невозможно.

– Что здесь творится? – растерянно посмотрел на Бутова Ёситика.

– Не знаю, – пожал плечами криогенщик, как ни странно, не проявлявший ни малейшего беспокойства.

Умело раздвигая плечом толпу спорящих о чем-то своем ремонтников, Бутов протиснулся к ближайшему столику и решительно постучал согнутыми пальцами по столешнице, дабы привлечь к себе внимание сидевшей за столом миниатюрной девушки с коротко подстриженными волосами зеленоватого оттенка. Знаком велев умолкнуть ремонтнику в комбинезоне с эмблемой «Сварка. Клепка. Зачистка», с которым она вела активный диалог на повышенных тонах, зеленовласая окинула быстрым, профессиональным взглядом склонившегося над столом Бутова и, видимо, пришла к заключению, что с ним стоит обменяться хотя бы парой фраз.

– Вы из какого дока? – спросила девушка.

– «Восемнадцать-эм», – ответил Бутов.

Зеленовласая пробежалась пальчиками по клавишам высвеченной на столе виртуальной клавиатуры.

– «Восемнадцать-эм» занят, – коротко бросила она.

– Верно, – согласился Бутов. – Там стоит наш корабль.

– Название?

– «Дасоку».

– Порт приписки?

– Мы в свободном плавании.

Зеленовласая подняла на криогенщика вопросительный взгляд.

– «Дасоку» не имеет порта приписки.

– Даже временного? – уточнила девушка.

– Даже временного, – подтвердил Бутов.

– Так не бывает.

– Бывает.

– Объясните.

– Послушай, дорогая… – начал было недовольным голосом «Сварка. Клепка. Зачистка».

Зеленовласая только показала ему пальчик с длинным, наманикюренным ногтем апельсинового цвета, и ремонтник умолк, проглотив окончание фразы, вкус которой ему явно не понравился.

Бутов наклонился через стол к девушке и таинственным полушепотом произнес:

– Мы пираты.

– Пиратов не бывает, – игриво улыбнулась зеленовласая.

– Бывает, – уверенно наклонил голову Бутов. – Вам говорят, что нас нет, только для того, чтобы вы не боялись летать. На самом деле мы берем на абордаж каждый третий грузовой корабль и каждый пятый пассажирский. Впрочем, – недовольно поморщился криогенщик, – от пассажирских рейсов мы, по всей видимости, в ближайшее время откажемся.

– А что так?

– Слишком много хлопот с пассажирами, которых после завершения операции нужно еще и по домам развозить.

Зеленовласая прыснула в кулачок.

– Дорогая, – простонал «Сварка. Клепка. Зачистка». – Я не могу больше ждать.

– Все ждут, и вы подождете, – не глядя на него, как лезвием Оккама, отсекла зеленовласая.

– Но у меня же заказ! – взвыл ремонтник.

– У всех заказы! – быстро повернув головку, девушка опалила недовольного ремонтника взглядом, да так, что, несмотря на плотно прижавшую его к столу толпу, тот отшатнулся. – У него, думаете, нет заказа? – указала зеленовласая на Бутова. – Однако ж человек спокойно стоит и скандалов не закатывает!