Чтение онлайн

— Это уже заслуживает название особого, — чуть слышно произнесла она, проведя ладонью по живому столбу и еще раз поразившись его размерам.

— Расстегни пояс, — попросил он, занявшись тем временем манжетами. Тепло ее рук наполняло его блаженством.

Когда она принялась проворно исполнять просьбу, настала его очередь поразиться тому, насколько опытна эта женщина. В других условиях такое наблюдение наверняка вызвало бы у него раздражение и даже гнев. Однако сейчас он быстро погружался в состояние, когда подобные нюансы бледнеют перед всесильным зовом плоти. У него осталось только одно стремление — раствориться в бесподобном Ангеле, и все прочие соображения отпали сами собой. Кит сдернул с себя рубашку, расстегнув пуговицы одним рывком.

— Я сам, — коротко бросил он и, оттолкнув ее руки, быстро расстегнул кожаные бриджи.

Она сдавленно охнула, когда тесные лосины соскользнули с ног и из-под бледно-желтой замши показалось крепкое, загорелое тело. Горячий скакун, вырвавшийся на волю, был великолепен.

— Можно ли считать это согласием на мое предложение руки и сердца? — игриво спросил Кит и выпрямился. Очевидно, все женщины без исключения реагировали на подобную сцену одинаково, поскольку он с внутренним самодовольством заранее был готов к этому возгласу.

— Тысячу раз да, — прошептала Анджела в ответ, осторожно дотронувшись до подрагивающей макушки эвкалипта, выросшего над поджарым, смуглым животом. Требовательный пульс, бившийся между ее ног, совпадал с подрагиванием этого ствола, наполненного жизненной энергией. Трепетно скользнув по нему пальцами, она ощутила, как ее собственное тело призывно открывается, словно кончики пальцев только что сообщили мозгу нечто важное — самое важное из всего, что существовало сейчас для нее на свете.

— Я подойду тебе? — озабоченно прошептал Кит, просовывая руку между ее ногами. — Сможешь ли ты принять это… полностью? — спросил он, ощущая ее пульс.

— Попробую, — томно простонала она в ответ, не в силах сказать больше ни слова от исступления, в которое приводили ее эти жесткие, но вместе с тем чуткие пальцы. 0н не столько ласкал, сколько исследовал ее, и в конце этого исследования графиня жарко прильнула к нему, сгорая от нестерпимого желания.

— Теперь ты готова? — Горячая влага, обволакивающая его пальцы, уже служила утвердительным ответом, однако ему хотелось услышать это от самой Анджелы. — Готова или нет? — повторил он с мягкой требовательностью.

— Я хочу… его, — смогла наконец выдохнуть графиня, снова дотронувшись до эвкалипта, который, казалось, все продолжал расти. Нагнувшись, она лизнула великолепную крону.

Его пальцы куда-то исчезли.

— Он весь твой, — услужливо пробормотал он, наблюдая, как Анджела нежно и вместе с тем задумчиво ласкает его ствол, словно опять производя измерения, и от этого не мог не возбудиться еще больше.

— О Боже… — ахнула она, убедившись, что царственное дерево действительно растет под ее рукой.

— Мы с ним просто без ума от тебя, — улыбнулся Кит уголками рта.

Она поглядела на него, и уголки ее губ тоже поднялись в озорной улыбке.

— Пожалуй, я запру тебя в монашеской келье, мой милый, чтобы вы с ним принадлежали только мне.

— А я, скорее всего, соглашусь на это.

— Но ведь с тобой, должно быть, трудно будет справиться?

— Думаю, что невозможно.

Впервые в жизни Анджела задумалась над тем, чтобы оставить рядом с собой мужчину не просто ради мимолетного развлечения.

— Значит, я должна наслаждаться тобой, пока ты позволяешь, — чувственно прошептала она, вновь возвращаясь к испытанным приемам, и, склонив голову, прильнула к живому утесу ртом.

Вероятно, это не должно было показаться ему неожиданным, но ощущение было столь потрясающим, что Кит не сомневался: этот момент навсегда останется в его памяти. Кто знает, не было ли это следствием слишком долгого ожидания, когда женщина, завладевшая его мечтами, реально станет принадлежать ему?

Его руки сами собой потянулись, чтобы нежно поддержать голову Анджелы, в то время как великолепный ствол все глубже входил в кольцо ее пунцовых губ, которые демонстрировали одновременно умение и неутомимость. Глаза медленно закрылись, и из его горла вырвался тихий стон. Беззащитный перед острым, парализующим наслаждением, Кит не мог шевельнуться. Ее теплый рот и тонкие пальцы работали в таком ритме, что от гибельной услады, казалось, вот-вот перестанет биться сердце. В мгновение ока эта колдунья завладела его жизнью.

«Она многое может, очень многое», — шевельнулась мысль в отдаленном закоулке сознания, до которого еще не докатилась волна дурманящего восторга.

Через несколько секунд Кит почти не помнил себя. Нечеловеческим усилием воли подавив в себе судорогу оргазма, он дернулся назад, рывком поднял Анджелу с пола и, схватив за руку, торопливо потащил к кровати. Неловко повалившись на льняное покрывало, он увлек графиню следом, но не дал ей упасть, а, легко подхватив, осторожно положил ее на себя. Так через несколько недель погони и бегства, мольбы и отказов наконец по-настоящему встретились эти двое — два тела, два сердца, две неуемные страсти.

Какую-то долю секунды она покоилась на его широкой мускулистой груди; ее миниатюрное тело чувствовало себя потерявшимся на этом поле, сотканном из мышц. Кожа Анджелы казалась молочно-белой на фоне бронзовой плоти, светлые локоны, рассыпавшись, как простыней, прикрыли его плечи. Затем, ослепленный диким порывом, Кит быстро повернулся, и она оказалась под ним.

— Наконец-то, — обессиленно выдохнула Анджела. — Прошу прощения за возможную грубость.

— А я и не жду от тебя деликатности, — Он взволнованно вздохнул.

— Не надо так говорить. — Но я говорю правду. — На мгновение Кит зажмурился, и когда открыл глаза, в их зеленой глубине светился какой-то особый, сосредоточенный огонь.

— Я хотела тебя с самого начала — с той самой ночи в Коузе, — прошептала Анджела, внезапно, как и тогда, почувствовав, что их близость неизбежна, заранее предопределена судьбой и бурными вихрями мироздания, у которых своя, высшая логика.

— Я не хочу причинить тебе боль, — тихо сказал Кит.