Чтение онлайн

Но Джимми ответил, что дядя и Мог могут ехать, а он останется здесь на тот случай, если придет весточка от Бэлль. Гарт заявил, что еще не встречал такого упрямца, такого наивного человека, который надеется получить весточку через полтора года после исчезновения девушки.

Ной с Джеймсом трижды ездили в Париж, отчаянно пытаясь найти обитель, о которой говорила девушка из борделя. Ною казалось, что он побывал во всех парижских монастырях, которых больше сорока, но ему не удалось найти человека, который бы признался, что имеет какое-либо отношение к мадам Сондхайм. Некоторые монастыри служили лечебницами, и везде говорили, что у них много больных, которые были проститутками, женщин, которых изнасиловали, и тех, у кого возникли осложнения во время родов. Но там Ноя и Джеймса заверили, что у них не было девушек-англичанок и ни одна из их пациенток не жаловалась на то, что ее принуждали к занятию проституцией.

Ной не верил, что монашки, с которыми он беседовал, хладнокровно помогают тем, кто эксплуатирует молодых женщин. Все обитательницы монастырей были предельно откровенны и страшились одной мысли о том, что человека в рясе могут заподозрить в попытке скрыть подобное преступление.

Исходя из услышанного, Ной предположил, что люди, торговавшие девушками, скорее всего, называли это место «обителью», чтобы отвести от него подозрения, а на самом деле это простой дом, где девушек содержат, пока не переправят в другое место. Но сейчас, не имея ни малейшей подсказки, где находится это место, он понимал, что надежды найти его нет.

Джимми не прекращал поиски. Он вновь залез в конторы к Кенту и к Колму, чтобы порыться в бумагах, опросил половину жителей Севен-Дайлс в надежде, что кто-то из них что-нибудь слышал. Год назад ему удалось кое-что найти: он узнал, где живет Чарльз Брейтвейт, известный под прозвищем Слай.

Юноше сообщили только, что этот человек живет в Эйлсфорде, в Кенте, и Джимми отправился туда, надеясь разузнать о Слае побольше. Ему рассказали, что уже три поколения Брейтвейтов держат здесь ферму, но Чарльза Брейтвейта воспитали так, что он считал себя джентльменом, и, с тех пор как он унаследовал ферму, б'oльшую часть времени он проводил в Лондоне.

Вместе с Гартом Джимми наведался на ферму с намерением выбить из Брейтвейта хоть какую-нибудь информацию, но они нашли там только Тэда Коннора, управляющего. Он сообщил, что Брейтвейт уехал месяца три назад и с тех пор от него не было ни слуху ни духу, ни денег. Коннор показался им честным, порядочным человеком, оказавшимся в ловушке: уехать он не мог, потому что имел жену и троих детей, которых необходимо было кормить. Жили они в тесноте. Тэд сказал, что выживает за счет фермы и молока. Если Брейтвейт в скором времени не объявится, ему придется продать коров на рынке.

Джимми спросил, не привозил ли Брейтвейт в январе прошлого года юную девушку. Тэд ответил, что помнит, как однажды поздно ночью приехал его хозяин с приятелем, а на следующий день они уехали — это был их единственный визит в январе. Коннор сказал, что если девушка и была с ними, он лично ее не видел. Но добавил, что раньше здесь девушки бывали. Дат он назвать не мог и самих девушек видел только издали, поэтому не сможет их описать, но припоминает, что ему показалось: Брейтвейт с приятелем затевали что-то недоброе, потому что в дом его тогда не пустили, хотя обычно так не поступали.

Джимми вспомнил, как Колм с Кентом говорили о том, что Слай струсил. Юноша посоветовал Коннору сообщить об исчезновении хозяина в полицию. Похоже, тот посчитал это излишним, но пообещал подумать, если Брейтвейт не объявится через месяц.

Вскоре после возвращения Джимми и Гарта из Эйлсфорда Ной признался юноше, что больше не знает, что можно предпринять, чтобы найти Бэлль. Тогда Ною показалось, что Джимми с ним согласен. Но сейчас создавалось впечатление, что юноша не намерен прекращать поиски.

— Ты отлично придумал написать в газете о пропавших девушках, — сказал Джимми. — Я, если честно, надеялся, что это заставит полицию зашевелиться. Но они ничего не предприняли.

Ной ласково потрепал парнишку по рыжей голове. Его статья, вышедшая в начале года в газетах, была попыткой добиться справедливости и каких-то действий. Однако оказалось, что полиции все нипочем, — там продолжали уверять, что уже сделано все возможное. В газету со всех уголков Англии посыпались сотни писем. История явно не оставила людей равнодушными, поскольку среди писем, в которых выражали сочувствие родителям пропавших девушек, были и такие, в которых люди сообщали о том, что у них тоже пропала дочь. Некоторые давали советы, правда, большинство из них были бесполезными. Пару писем прислали те, кто думал, что знает, кто стоит за этим преступлением; Ной сообщил эти имена полиции, чтобы она провела расследование.

По иронии судьбы, статья не помогла найти Бэлль, но Ною стали поручать гораздо больше журналистских расследований — «лакомых кусочков», в которые можно вонзить зубы.

— Полиция, если говорить откровенно, действительно сделала многое, — напомнил Ной Джимми. — Кента и Колма привели на допрос, и я искренне верю, что полицейские как могли пытались прижать их. Но эти двое — тертые калачи, и против них нет весомых улик, которые указывали бы на их связь с пропавшими девушками. Даже показания Энни о том, что Кент убил Милли, не выдерживают никакой критики. Мог не было в борделе в ту ночь, и она не может подтвердить ее слова. Все, что есть у полиции — это показания со слов девушки, которая пропала. Если бы Энни рассказала полиции правду в тот вечер, когда все произошло, сейчас все было бы по-другому.

— Разве мы больше ничего не сможем сделать? — грустно спросил Джимми.

— Остается надеяться на то, что объявится одна из пропавших девушек и расскажет, где она была и кто ее похитил.

— Если бы это была Бэлль! — воскликнул Джимми. Голос его сорвался.

Ной был знаком с Джимми уже почти два года, вместе с ним отметил его восемнадцатый день рождения. Но только сейчас он заметил, как изменился юноша. Джимми вырос по крайней мере сантиметров на семь. Казалось, рубашка вот-вот треснет на его широких плечах и сильных руках. На подбородке юноши появился пушок. Сейчас перед Ноем стоял молодой мужчина с рыжими волосами и веснушками, которого едва ли можно было назвать классическим красавцем, но лицо у него было волевое и симпатичное.

Джимми был решительно настроен сделать все, что в его силах, чтобы разыскать Бэлль. Он так же усердно работал на дядю.

— Тебе следует развеяться и начать встречаться с другими девушками, — негромко произнес Ной. — Вы с Бэлль были знакомы всего несколько дней. Если однажды она и объявится, маловероятно, что у вас обнаружится что-нибудь общее.

Джимми взглянул Ною в лицо. В его глазах появилось предупреждение: не стоит больше говорить на эту тему.

— Я обязательно найду ее, Ной, — убежденно ответил юноша. — Возможно, она не захочет меня знать, тогда я смирюсь с ее решением. Я уже встречался с парой девчонок, с тех пор как Бэлль уехала. Для меня они ничего не значат. Они не идут ни в какое сравнение с Бэлль.