Чтение онлайн

Она скрылась за ширмой и вынесла оттуда красное шелковое платье. Бэлль не смогла сдержать восхищенный возглас. Без рукавов, с низким декольте — это платье было скроено для того, чтобы облегать фигуру, а не скрывать ее.

— Ну-ка, примерь! — велела Марта. — Смелее! За ширмой лежит новая рубашка.

Как только Бэлль сбросила свою одежду и облачилась в новую рубашку, она поняла, что Марта не хочет, чтобы она надевала панталоны. Рубашка была из красного в белый горох крепдешина. Она едва прикрывала соски и была слишком короткой — всего сантиметров на пять ниже ягодиц. Бэлль почувствовала себя развратницей; ей очень хотелось посмотреться в зеркало. Она представила, как бы отреагировал на ее внешний вид Серж.

Платье было невесомым, в корсет был вшит китовый ус, чтобы поддерживать грудь. К юбке было пришито несколько оборок, которые шуршали в такт движениям. Нежная шелковая ткань облегала Бэлль, словно вторая кожа.

— Подойди, я помогу застегнуть! — крикнула Марта.

Она ничего не сказала, когда Бэлль нерешительно показалась из-за ширмы. Мадам молча затянула платье на спине, спрятала лямки от рубашки.

— Посмотри, — кивнула она на большое зеркало в раме.

Бэлль глазам своим не поверила. Она казалась такой стройной, такой взрослой. Она понятия не имела о том, что у нее такая соблазнительная, такая женственная фигура. И, разумеется, свою роль сыграл фасон платья, которое облегало ее тело в тех местах, которые обычно скрывали нижние юбки и панталоны. Бэлль даже не подозревала, что ее грудь стала такой пышной — она грозила выскочить из лифа.

— А я не слишком вульгарно выгляжу? — прошептала девушка, глядя на Марту.

Женщина засмеялась.

— Конечно, ты выглядела бы вульгарно, если бы собралась в этом наряде в церковь. Но для наших господ ты будешь главным призом. Мне кажется, что ты нравишься себе в этом платье. Я права?

Бэлль повертелась перед зеркалом. Были еще свежи воспоминания о вчерашнем свидании с Сержем, а в этом платье у нее кружилась голова от предвкушения.

— Оно мне очень нравится, — призналась девушка и засмеялась. — Мне кажется, в душе я уже стала проституткой!

Марта подошла к ней, положила на плечи унизанные перстнями руки и расцеловала в обе щеки.

— Почти в каждой женщине живет проститутка, но большинство это отрицает, — сказала она. — Ты станешь одной из лучших. Я сразу это почувствовала, когда ты только приехала. А теперь давай снимем это платье. Наденешь его позже, когда примешь ванну и Сисси уложит твои волосы. Можешь глотнуть сегодня немножко коньяка, чтобы успокоить нервы, но не поддавайся, если Сисси начнет соблазнять тебя опиумом — это дорога в никуда.

Бэлль удивилась тому, насколько милы были с ней другие девушки, когда она спустилась в гостиную, разодетая и готовая принять своего первого клиента. Она ожидала язвительных комментариев — в конце концов, она была их конкуренткой, была моложе их, — но ей делали комплименты по поводу того, как прекрасно она выглядит. Каждая готова была поделиться с ней советом.

— Не позволяй мужчинам задерживаться дольше отведенного времени.

— При малейшем намеке на проблемы зови Сисси.

— Не целуйся и не забывай помыть клиента и осмотреть его член.

— Убедись, что у него есть деньги, до того как разденешься.

— Ты выглядишь испуганной, — сочувственно произнесла Хэтти. — Не забывай, мы все были такими. Все будет хорошо. Ты будешь щелкать мужчин, как орехи. Они кончат, лишь только взглянув на тебя.

Марта наблюдала за происходящим. Вошло трое посетителей. Двое из них уже бывали здесь раньше, а третьего она не знала. Он был молод (не старше двадцати пяти) — свежее лицо, светлые волосы. Она решила, что это идеальный кандидат для Бэлль. К тому же он нервничал не меньше самой Бэлль.

Бэлль прекрасно выглядела. Платье произвело настоящий фурор, подчеркивая и ее фигуру, и цвет кожи. Сисси зачесала ей волосы назад и перевязала их тонкой красной лентой, а потом горячими щипцами завила локоны, ниспадавшие на обнаженные плечи. Немного румян скрывали нервную бледность.

Марта была в долгу перед своей парижской компаньонкой. Она откровенно призналась, что с Бэлль ужасно обошлись, и цена, которую за нее запросили, являлась лишним тому подтверждением. Но компаньонка заверила Марту, что Бэлль могла бы блистать. У нее есть тот особый стержень, который свойствен великим куртизанкам.

Было рискованно переводить через банк внушительную сумму денег, ведь не было никакой уверенности в том, что девушка вообще доедет до Нового Орлеана, а даже если и доедет, компаньонка Марты из Парижа могла ошибаться в своих суждениях.

Но как только француз привез Бэлль к ней, Марта поняла, что заполучила настоящее сокровище. Девушка была не просто привлекательной, она была настоящей красавицей с идеальной фигурой, а английский акцент заставит забиться чаще сердца многих мужчин еще до того, как они увидят ее сокровенные прелести. Если брать пятьдесят долларов за посещение — вдвое больше, чем она просит за остальных девушек, — затраты окупятся всего за несколько недель.

Многие клянутся, что сам воздух Нового Орлеана является афродизиаком, и, возможно, отчасти это соответствует истине, поскольку эта юная англичанка расцвела, как цветок, впитав в себя самую суть соблазнения. Возможно, это Этьен залечил ее раны по пути в Америку, может быть, это он разбудил в ней первые сексуальные желания, а когда ей было велено наблюдать и учиться у других девушек, как вести себя с клиентами, слушая их непристойные разговоры, она возбудилась еще сильнее. Но, разумеется, исключительно благодаря Сержу Бэлль созрела и стала женщиной. Марта заметила выражение ее лица, когда девушка вернулась домой. Серж явно позволил ей почувствовать то, что она захочет испытать вновь.

Теперь, когда Бэлль стала одной из проституток, напитки вместо нее разносила Эсме. Эта мать троих детей, которой было за тридцать, больше не хотела торговать своим телом, но была очень хорошей служанкой: обладала врожденным чутьем, была неразговорчива и точно знала, кому из клиентов какая девушка подойдет. И не позволяла проституткам слишком много болтать. Была бы их воля, они бы весь вечер сидели в гостиной, пили, танцевали и флиртовали с мужчинами, но одного взгляда Эсме было достаточно, чтобы они во весь опор мчались вверх по лестнице в свои спальни.