Чтение онлайн

— И кстати, — решительно сказала она. — Ричард еще и новый фасон туфель делает. Тот, о котором писала твоя сестра из Нового Амстердама.

— Тебе решать, — ответил Филипп.

Считать он умел замечательно. Выписывать из метрополии обойдется в несколько раз дороже, чем у местного кабального. И жене потрафит, и сам не в убытке. Пусть порадуется.

Глава 5

Поиск пути

В Старом Свете неизвестно с каких пор существует правило, в соответствии с которым человек не должен тратить больше трети дня на дорогу к рынку. Подразумевается, что вторая треть уходит на покупки и остатки — на возвращение домой. Это как раз те самые полтора лье от нашей фермы до города. Проблема в том, что других населенных мест, кроме редких ферм, во всей округе не найти. Поэтому ярмарочные дни отсутствовали. Вернее, ими являлся любой приход купцов по реке или с озер. Лавочники и ремесленники моментально слетались, норовя перехватить привезенные товары по низкой цене.

Сегодня выпал удачный день. Как раз всей семьей прибыли за последними покупками перед свадьбой. Все присутствующие обернулись на краснеющую Рут и шествующую за той сзади с видом сторожевого пса, с поджатыми губами и прямой спиной, мамашу. Разговоры и торговля временно прекратились. Люди дружно здоровались и наверняка разберут потом по косточкам прибывших. Во что одеты, что приобрели и на какую сумму — это обсудят до мельчайших подробностей обязательно.

Подозреваю, женская часть семейства и сама не очень представляла, зачем приехала, но в такие дни частенько удается отхватить нечто полезное и красивое. Выросшим в Мичигане или подобной глуши происходящее, наверное, представлялось огромным рынком и массой богатств, но я видел не только маленькие городки и Лондон, а и парочку портовых. Ничем особенным здесь удивить не могли.

Конечно, везли в основном произведенное за океаном. Шерстяные ткани и оружие всякого рода из Англии. Шелк, кружева, вино, оливковое масло, мыло и бумагу из Франции. Ткани попроще, посуду и всевозможные металлические изделия из Фландрии. Кофе, какао, сахар, перец, индиго, корицу с островов в Индиях. Соль, морскую рыбу, хлопчатобумажные ткани, кукурузную муку, табак, рис, индиго — из колоний.

Добрая половина заморских товаров попала сюда контрабандой. Даже не требовалось спрашивать бумагу об уплате пошлины. По низкой цене, понятно. То есть для тощих карманов она не такая уж и маленькая, но ничего общего не имеет с настоящей.

Дело в том, что наши пекущиеся о доходах короли за отсутствием золотых и серебряных рудников, как в южных землях, решили сделать прииск из колониальных жителей. Все здешние товары должны продаваться только на территории Соединенных Королевств, ввозиться только принадлежащими ее гражданам кораблями. Нам запрещено напрямую торговать с иностранцами, даже при уплате налогов и таможенных сборов.

Соответственно метрополия дерет три шкуры со своих заморских территорий. А местные негоцианты нередко при негласной поддержке здешних властей, с которыми находили общий язык, а иногда просто игнорируя запреты, тащат импортные вещи в огромном количестве. Аж до Мичигана свободно доходит.

Ну чего тут еще интересного? Живность продают, но уже все больше выращенную на фермах. Кур, гусей, поросят, кроликов. Рыжего трехлетку-мерина. Тысяча двести ливров. Не заоблачная цена, но каждому не по карману. Да первый попавшийся лошадь и не купит. Ага, гвозди. Трех размеров. И сколько стоит? Да что ты говоришь! Ну вообще. Выходит, есть смысл в моей идее.

А это что он делает? Нюхает бутыль объемом в пинту с какой-то черной жидкостью с задумчивым видом.

— Петрол? — потребовал Глэн. — Ты уверен?

— Естественное природное целебное средство! — авторитетно заявил продавец, закатывая глаза. — Помогает при лечении ревматизма, хронического кашля, лихорадки, зубной боли, мозолей, невралгии, геморроя, расстройства мочеиспускания, нарушения пищеварения и заболеваний печени.

Когда лечит от всего сразу, значит, ни от чего не помогает. Это я точно знаю. Моя тетка как раз промышляла замечательным универсальным средством. По крайней мере, боль оно точно облегчало. За счет присутствия в растворе опиума. Правда, торговля не особо шла. В деревнях не купят за неимением средств, а в городах и аптекарей хватает, со своими снадобьями. Им конкуренты без надобности.

— Тысячи благодарных больных, — твердо заверил мой родственник если не по крови, то по нахальству и готовности всучить любую гадость за полновесное серебро.

— Сколько стоит?

— Два с половиной ливра.

— Сколько? — возопил Глэн.

— Дешевле никак. Добывают в одном-единственном месте аж в округе Аллегейни, что в колонии Батавия, и ни у кого такого нет. А я ездил за снадобьем сам!

Я молча схватил Глэна за рукав и оттащил в сторону. Вот уж не собираюсь возвращать прохиндею дорожные расходы, чтобы глотать настолько дурно пахнущую жидкость.

— Ты не понимаешь, — зашипел великий предприниматель, быстро перебирая ногами, чтобы не упасть, — замечательное горючее. Гораздо лучше животного жира, китового или свечей.

— Вот это?

— Ну, желательно очистить для получения фракций. Бензином любые пятна сводятся, керосин в лампу заливают. Обычный перегонный куб, как при винокурении. Ты же умеешь. И сделать не проблема.

— Опять? Ты и сооруди. А потом купи петрол да продай результаты деятельности.

— У меня нет денег!

— Вот когда появятся, тогда и приступишь.

— Глупо даже не попытаться!

— За мой счет? Головой думай, — постучал ему пальцем по лбу, — ты представляешь, по какой цене твой замечательный петрол пойдет после перегонки? Затраты, финансовый директор! Масло или китовый жир гораздо дешевле. Сколько можно повторять: для правильной коммерции цена должна быть верной!

— Ричард! Глэн! — завопила хозяйка. — Где вы? Сюда идите!

Ну, кажется, поход закончился. Ржаную муку она продала еще при мне за нормальную цену. На севере выгоднее нашу брать, чем свою растить. Теперь погрузим закупленное в телегу — и домой.

— А еще, — уныло заявил Бэзил, — керосин хорошо вшей выводит. Меня воротит, когда вижу, как в волосах ползают.

— Лучше всего, — наставительно произнес я, — для избавления от клопов и прочей живности использовать красную ромашку, а также корень дудника и белой чемерицы. И потом… как думаешь, почему все коротко стригутся и бороды бреют? Отнюдь не из-за подлого происхождения. Так мыться проще.

— Не очень-то часто вы это делаете, — ядовито пробормотал вечно недовольный.

— А потому что не все еще усвоили твои правила гигиены. Ты пока баню построить не сумел. Потому преимущества ее остались даже для меня тайной. У дикарей, кстати, есть парильни, но мне не понравилось. Лучше в теплое время до речки сбегать и окунуться.