Чтение онлайн

Нападавший выкрикнул короткое заклинание.

Огонь опалил шкуру. Я взвизгнул и отполз в сторону, спасаясь от стены огня. Ребра сломаны, дышать тяжело. Перед глазами маячит только кровь и пламя, и я не знаю, куда деться.

Плевать.

Я вижу, как ко мне подходит высокий человек, закутанный в черный плащ. Он поднимает правую руку с перстнем, на котором поблескивает черный перстень. Он обеспокоен, хочет быстро закончить дело. Говорит:

– Охота закончена. Надеюсь, ей уже надоело спасать твою шкуру. Я предпринял все меры предосторожности.

Легко понять, что я уже мертвец. А потом снова провал.

Постель. Опять. Не такая мягкая как прошлая, да и скрипит при каждом малейшем движении, но зато теплая и настоящая. Я не умер. Это хорошо. Но что случилось?

Надо бы и сейчас на все плюнуть, но я должен узнать, что со мной случилось. Я чуял, что все это - большая игра, и я в ней отнюдь не игрок, скорее пешка. Может, король, от этого все равно не легче.

Я оттолкнул в сторону спящую официантку - я помнил ее по харчевне, однако совершенно забыл, как затащил ее сюда, и сколько времени прошло от нападения на меня в лесу странным человеком. Знал ли я его? Кажется, да. Вот только едва ли помнил.

Я сел. Снова взглянул на женщину, взгляд сам собой перешел на ее живот. В затылке больно кольнуло, я схватился за голову и стиснул зубы, чтобы не закричать. Чтобы не разбудить, иначе пришлось бы ее слушать, а это лишние проблемы. Мне надо было хорошенько подумать, она будет мешать.

Я высунулся в открытое окно и вдохнул рассветный воздух, успокаивая роящиеся в голове мысли. Тело дрожало от напряжения, я пытался не отпускать от себя размышления, однако мысли медленно гасли, будто кто-то намеренно пытался подавить мой разум и направить на нужный ему путь. Что если все это время этот "кто-то" мной и управлял? Что тогда?

Бесшумно одевшись, я сунул руку в карман и кинул на кровать два золотых. Потом снова посмотрел на ее живот, добавил к этому еще десяток. Я делал это впервые на своей памяти, но жест казался мне привычным. Я понял, что неосознанно поступал так каждый раз, уходя от очередной женщины на одну ночь.

Зачем?

Чтобы не избавилась. Ясно как день.

Почему же так болит затылок? Что скрыто в памяти, которой я не могу управлять?

Я выпрыгнул из окна и легко приземлился на ноги. Напоследок припомнив тело молодой девушки, спящей наверху, я пообещал себе, что найду ее через месяц-другой, и скрылся в лесу.

Обращение приносило боль. Обещание я забыл спустя два часа.

***

Я понял, что он снова меня нашел лишь потому, что следующий отрезок времени был попросту вырван из памяти. Раньше после такого оставалась просто темнота и полное отсутствие желание узнавать, что было. Теперь же я был заинтригован.

Стоило мне моргнуть, я оказался в карете. Справа и слева сидели рыцари. Закованные в тяжелые латы, подогнанные просто превосходно: с первого раза не пробьешь и хорошим мечом.

Тот, кто сидел передо мной, мог считаться священником. Седые волосы, лысая макушка, старая потрепанная роба и пояс из обычной веревки, завязанной спереди в узел.

Я бы дал ему лет шестьдесят. Морщины испещрили лицо, глаза казались мне не умными, но достаточно мудрыми, и светились эдакой праведностью, цветом богов. Плевать. Я не верил в священнослужителей.

– Что случилось на этот раз?

Я поднял руки, закованные в цепи, и тряхнул ими. Цепи звякнули, все вздрогнули.

Я прислушался к цокоту копыт лошадей и выглянул в окошко. Судя по всему, мы все еще оставались в Северной Голиции. Об этом говорили кривые, будто прокаженные коричневые деревья с излишне желтой листвой. А также трава, чересчур дикая и нетронутая.

– Ты ворвался в храм Райны!
– хриплым голосом заявил священник. Он бы закричал, если бы его шея не была замотана в окровавленные бинты.
– Убил всех братьев, едва не погубил и меня, но Святая Райна услышала мои мольбы...

– Скорее уж я сплоховал, - безразлично заявил я. Тут же отхватил удар под дых от одного из латников.

– Целых сто лет наш храм не видел оружия! А вот пришел ты и все разрушил. Убил всех, - он скорее рассказывал себе, чем мне.
– Изнасиловал послушниц. Вечность на Ледяных Пустошах - слишком малое наказание для тебя!

Он продолжал говорить. Я не слушал, занятый собственными мыслями. Я безрассуден, иногда излишне жесток, но так бы я никогда не поступил. Даже ненависть к богам не заставила бы меня без причины лишить жизни целый храм. Тем более насиловать. Я всегда брал по обоюдному согласию, это впервые.

Если, конечно, он не врет. Но он не врал.

Карета подскочила на кочке. Пора заканчивать.

Резко сорвавшись с места, я поднял связанные ноги вверх и лягнул священника в грудь, выбивая из него дух. Развернулся. Прежде чем латники поняли, что произошло, поднял с пола Кейнекен и вытащил его из ножен.

Они недооценили клинок. Решили, что он сломан, оставили его здесь, словно приглашая меня взять его в руки.

Один взмах - и первый латник свалился обратно в кресло, захлебываясь от собственной крови. Второй поступил умнее.

Пригнувшись, он с ревом попер на меня. Массивный наплечник больно врезался в живот. Воздух вышел из легких. Латник схватил меня за руки и швырнул на дверь. Та с хрустом сломалась, и я вылетел из движущейся кареты, едва не угодив под колеса.

Следом выпрыгнул и латник.

Он подбежал ко мне, схватил своей рукавицей за волосы и поднял вверх, вцепляясь второй в шею. Я не любил, когда меня душили. Пришлось образумить.

Думаю, Кейнекен, чье лезвие легко прошло через его глазницу и застряло в черепе, прибавил ему хоть немного ума.

Так и не отыскав свой кинжал, я скинул с себя одежду. Думаю, меня будут искать, они уже послали грамоту кому-нибудь из местных властей. Но откуда в Северной Голиции храм Райны? Наверное, я вышел за ее пределы, а теперь они просто везли меня на суд через ее земли. Вот и все.