Чтение онлайн

Я любила Стаса безоговорочной, всепрощающей любовью и условие, поставленное Чертом, неприемлемо для меня. И если есть сила, способная помочь мне, то я непременно о ней узнаю. Нам нужно поговорить с Катей, оставить позади ссору, на которой так ловко сыграл Черт. Потом я позвоню мужу.

— Вы встречались? — я была уверена — она не знает, что Стас приходил ко мне.

— Да. Он любит меня, Лина. Меня. И сегодня он доказал это.

— Избавь меня от эротических подробностей.

Если они и встречались, то только потому, что Стас приревновал меня. Я сочла это первой победой, но не знала, стоит ли этому радоваться. Означает ли она неминуемую гибель Кати? Или мне все же удастся остаться со Стасом, сохранив ей жизнь?

Катя тихонько рассмеялась и протянула мне руку.

— Посмотри, какая прелесть.

Этот удар я пропустила, он попал точно с цель. Мне не требовалось смотреть на ее руку, чтобы понять, что на пальце красуется кольцо. И только тогда в моей голове начала складываться чудовищная картина. Стас по-прежнему встречается с Катей — это раз! Все что происходит со мной, подстроено Чертом — это два! Стас не вернется ко мне, он любит Катю — это три.

А самое главное и самое страшное получается, что он сделал ей предложение, и она согласилась! Я хотела вернуть мужа, но не любой ценой! И я даже не могла толком разозлиться, слишком свежо в памяти воспоминание о ее гибели. Я ощутила себя попугаем, запертым в клетке, вместо прутьев у которой: факты, отсутствие выхода и безысходность. Стас не откажется от своего слова, не пойдет на попятную — дверь клетки захлопнулась.

— Лина, я могу только сказать, что Стас — не твоя судьба, тем более что у тебя появился другой.

— Что ты несешь? — недоумевала я. — Какой другой?

— Демьян, кажется.

— Да какой Демьян? — вспыхнула я. — Не тот ли, который этим утром выполз из твоей кровати? Ты не достойна моих терзаний!

Почувствовав подступающие слезы, я выбежала из квартиры. Гулкие шаги эхом отскакивали от бетонных стен подъезда, створки лифта медленно поползли в стороны. Я вбежала в кабинку, нажала кнопку первого этажа, вжавшись спиной в стену, и закрыла глаза.

Снова и снова, как мазохист со стажем, я прокручивала в голове увиденное, сдерживая дрожь волненья. Я не только все видела, но и пережила в действительности все моменты: любовь и ненависть, рождение и смерть, надежду и обреченность. Счастье было настолько реальным, что моя душа захлебывалась от восторга. Потом я вспомнила о цене, которую придется заплатить за него. Эпизод, увиденный в зеркале Катиного будущего, взорвал любовное томление, оно потерялось в дыме горящего дома.

Смущенная мыслью, что на мгновение смогла забыть о страшном пророчестве, я уже жалела обо всех проклятиях и злых словах, легко слетевших с моих губ.

Свернув к уходящей к скверу аллее, я задумчиво брела по дороге, не понимая, куда и зачем иду. И я была уверена, что двигаюсь в правильном направлении, меня вела невидимая нить, как поводырь, которому я неосознанно подчинялась. И с каждым шагом, чувствовала, как она ослабевает.

Ко мне пристроилась пятнистая облезлая кошка, она скользила между моими ногами, приветливо мурлыкая. Идти пришлось осторожно, чтобы невзначай не наступить на неожиданную спутницу.

Вдруг кошка замерла, ее спина выгнулась дугой, шерсть поднялась дыбом, из оскаленной пасти вырвалось предупреждающее шипение. Когда я посмотрела в сторону, куда повернулась кошка, то ничего не заметила. Дул легкий летний ветерок, путаясь в листьях деревьев, растущих вдоль тропинки, только этот шелест нарушал тишину ночи.

— Эй, ты чего? — я опустила руку и погладила кошку, но в ответ та приняла боевую стойку, издав воинственный вой.

Я как-то читала, что в древнем Египте для охраны специально тренировали кошек. В той книге было написано, что кошки отличаются кровожадностью и жестокостью, но я, с детства обожавшая кошек, никак не могла представить что-то подобное. Но теперь, когда это взбесившееся создание так рассерженно шипит, трудно не поверить, что такое бывает. Дальше — хуже: с кошкой случился нервный припадок, она истошно завопила и прыгнула мне на руку, крепко вцепившись в нее когтями. Я испуганно отскочила в сторону, и каблук провалился в трещину тротуарной плитки.

Подпрыгивая на месте, я трясла рукой, и вместо того чтобы отцепить кошку, прочно зафиксировала каблук в трещине. И босоножка, слетев с ноги, осталась торчать в щели между плитами, я неуклюже покачнулась, но на ногах устояла. А кошка на миг замерла, потом отскочила в сторону.

Я осмотрела саднящую руку, осторожно, стараясь не касаться поврежденной плоти. Царапины маленькие, но глубокие, нужно обработать дома. Прихрамывая, я подошла к лавке и села.

— Черт! Зачем я вообще вышла на улицу?! — выругалась я.

— Хороший вопрос, — вдруг услышала я в ответ и вздрогнула от неожиданности.

Между деревьев напротив скамейки мелькнула тень. По позвоночнику пробежал жуткий холодок, а та самая загадочная нить резко натянулась и ослабла…

Я нервно потерла переносицу, стараясь дышать ровно. Отголосок недавно отпустившей меня тревоги, снова зазвучал в голове, вторя ритму пульсирующей в жилах крови.

— Если вы вздрагиваете от каждого шороха, — тень шагнула к фонарному столбу, обретя очертания высокого мужчины, который продолжал тихо говорить, — зачем вышли на улицу глухой ночью?

Он сделал еще шаг, и яркий свет ночного фонаря полностью осветил его статную фигуру. Я поражено заморгала. Вот ведь какая штука: я была так напугана, что искреннее удивилась, когда увидела перед собой обычного человека. И не просто человека, а Демьяна!

Он направился ко мне, по пути вытащив босоножку. Почему он делает вид, что мы не знакомы, когда по его вине вчера Стас ушел в бешенстве? Если бы не Демьян, то возможно эта дурацкая история не нашла бы продолжения. От этой мысли вся растерянность испарилась, разум прояснился.

— Мы опять на «Вы»?

— Опять? — удивленно переспросил он, но глаза лукаво блеснули.

— Вот только не надо делать вид, что мы не знакомы, хорошо?

— Как скажешь, — Демьян присел на корточки рядом со мной, осторожно приподнял мою ногу и надел босоножку. Его движения были плавными и тягучими, как горячий шоколад.

Я ненавидела себя за то, что не могла отвести взгляд от Демьяна.

«Гипноз. Однозначно», — решила я, пытаясь сглотнуть слюну.

Я старалась не глазеть так откровенно на его руки, вообще разумнее было самой надеть туфлю, чтобы избежать легких волнующих и не совсем уместных прикосновений, но вместо этого заворожено следила за его действиями.