Игра Льва
Шрифт:
— Читай дальше.
«Мы не можем простить того, что случилось, — заявил Каддафи в день годовщины американской бомбардировки, в результате которой, по словам Ливии, было ранено свыше ста человек, погибло тридцать семь человек, включая приемную дочь Каддафи. Наши дети… значит, они животные, а американцы люди? — спросил Каддафи у репортера Си-эн-эн, который брал у него интервью среди развалин дома ливийского лидера».
Я посмотрел на Кейт.
— Подозреваю, что Асад Халил жил в этом военном городке вместе с семьей Каддафи, — предположила она. — Вспомни, в наших досье упоминалось о семейных связях.
— Верно. На момент бомбардировки Халилу было лет пятнадцать или шестнадцать. Его отец к тому времени уже умер, но, наверное, у него жили друзья и семья в этом городке.
Кейт кивнула.
— Он мстит за них и за семью Каддафи.
— Что ж, на мой взгляд, вполне логично. — Я подумал о том, что мне говорил Габриель. — Теперь мы знаем, что движет этим парнем, и должен сказать… я не сочувствую этому ублюдку, но я его понимаю.
Кейт кивнула.
— Оказывается, Халил гораздо опаснее, чем мы думали. Ладно, читай дальше.
Я прочел окончание статьи.
«Каддафи сказал, что по всей Ливии проходят церемонии в память о жертвах американской бомбардировки столицы Ливии Триполи и других городов. Эта бомбардировка явилась ответом на взрыв дискотеки в Берлине пятого апреля тысяча девятьсот восемьдесят шестого года, в результате которого погибли два американских техника. Требования Ливии являются зеркальным отражением требований США передать в руки американского или британского правосудия двух человек, подозреваемых во взрыве в тысяча девятьсот восемьдесят восьмом году самолета „Пан-Ам“, рейс сто три, над Локерби в Шотландии — тогда погибло двести семьдесят человек».
Я отложил статью в сторону.
— Око за око, зуб за зуб. Никто не знает, когда это закончится.
— Вот именно, — согласилась Кейт. — Бесконечная война, одна битва сменяется другой.
Я подумал, что это угнетающая мысль. Затем просмотрел еще несколько статей, прочитал более поздние статьи о капитане из Винсенса. Как я уже говорил, его дело не было непосредственно связано с Халилом, однако я отметил для себя интересный прогресс в газетных заголовках, один из которых, в «Нью-Йорк таймс», гласил:
«Расследование дела о взрыве уходит от версии государственного терроризма».
В последующих статьях уже говорилось о том, что, возможно, иранское правительство не имеет отношения к взрыву. Экстремистские группы, вероятно, здесь тоже ни при чем. Может быть, это разовый политический выпад, либо просто совпадение, или чьи-то личные счеты. Тогда остается только выяснить, кого своим поведением оскорбили капитан или его жена. Полная чушь. Просто удивительно, как Вашингтон манипулировал этими статьями, чтобы успокоить общественность и не вызвать злобы в отношении иранцев, иракцев, ливийцев или других стран, которые действительно нас не любили и по малейшему поводу натравливали на нас свои народы.
Наверное, существовала какая-то высшая стратегия дипломатии, которую я не понимал. Тогда, в соответствии с ней, уже через месяц Асада Халила назовут мятежником-одиночкой, который разозлился на США за то, что таможенники капнули чернилами на его въездную визу. Ладно, как бы там ни было, Халил сделал то, что сделал, и сейчас направляется к очередной жертве.
— Есть какие-то новости о пилотах, принимавших участие в бомбардировке? — спросил я у Кейт.
— Нет. Может, нам ничего и не станут сообщать. Но думаю, ФБР уже взяло оставшихся в живых под охрану.
— А я считаю, что нам следует сообщать обо всем. В Департаменте полиции Нью-Йорка детектив, ведущий расследование, знает все и за все отвечает.
— Терпеть не могу сообщать плохие новости, но понимаешь, Джон, здесь не Департамент полиции Нью-Йорка. Придется смириться с тем, что тебе, может быть, позвонят и поставят в известность об аресте Халила.
Да, действительно, неприятный факт. Я подумал, что можно предпринять в такой ситуации, но в голову ничего не лезло, за исключением того, что с Джека Кенига причитается, хотя в этом вопросе мы не достигли с ним согласия. Однако Кенига сейчас здесь не было, а больше никто и ничего не был мне должен.
Пришлось вернуться к чтению. Следующей оказалась статья из «Бостон глоб», довольно пространная, от 20 апреля 1986 года. Она перечисляла в хронологическом порядке события, которые привели к американским бомбардировкам. Начался кризис 7 января. В статье говорилось:
«Президент Рейган обвиняет Ливию в вооруженной агрессии против Соединенных Штатов, вводит экономические санкции и призывает всех американцев выехать из Ливии. Западные союзники отказываются присоединиться к бойкоту. Соединенные Штаты связывают Ливию с атаками палестинских террористов 27 декабря 1985 года в аэропортах Рима и Вены, в результате которых погибло 20 человек».
Я продолжил чтение:
«11 января старший советник полковника Муамара Каддафи заявляет, что Ливия предпримет попытку убить Рейгана, если Соединенные Штаты нападут на Ливию. Каддафи приглашает Рейгана приехать в Ливию и говорит, что их встреча может изменить отношение Рейгана к его стране».
Лично я не рискнул бы поставить на это какую-либо сумму. Хронология событий напоминала борьбу упрямых, волевых мужиков.
«13 января два ливийских истребителя демонстративно близко подлетели к разведывательному самолету ВМФ США;
5 февраля Ливия обвиняет США в том, что они помогли израильтянам обнаружить и сбить их самолет, и клянется отомстить;
24 марта самолеты США наносят удар по ливийской стартовой ракетной площадке;
25 марта США уничтожают четыре ливийских патрульных катера;
28 марта Каддафи предупреждает, что военные базы в Италии и Испании, или же в любой другой стране, снабжающие 6-й американский флот, будут целями ударов возмездия;
2 апреля — взрыв в самолете компании „Транс уорлд эйрлайнз“, следовавшего рейсом Рим — Афины, погибли четыре человека — палестинцы заявляют, что это ответ Соединенным Штатам за нападения на Ливию;
5 апреля — взрыв бомбы на дискотеке в Западном Берлине, погибли два американских техника;
7 апреля посол США в Западной Германии заявляет, что у США имеются очевидные доказательства причастности Ливии к взрыву на дискотеке…»
Я просмотрел до конца перечень событий, предшествовавших 15 апреля 1986 года. Учитывая степень противостояния, не было ничего удивительного в том, что произошло. Но сейчас, в более терпимой и вежливой Америке, сказали бы, что к трагическим последствиям привело непонимание культурных и политических стереотипов. Возможно, проблему могло бы решить увеличение потока иммигрантов. Вот так. Но и при сегодняшних темпах иммиграции лет через пять Бруклин полностью заселят выходцы с Ближнего Востока.